Согрешить с негодяем - Эллиот Кара - Страница 22

– Забудем? – эхом откликнулся он.

– Да. Мы оба были пьяны. А я была… В белой горячке.

– …под действием шампанского. Я не пила его целую вечность, – сбивчиво закончила она.

– Это правда, частенько я тоже не помню, что делал, когда был пьян, – признался Лукас.

– Может, глоток свежего воздуха освежит голову. И мою тоже. – Кьяра с треском опустила окно. – А может, вам окунуться в холодную воду?

Он развеселился.

– Тише!

Кьяра вздохнула, гоня прочь воспоминания о последних минутах.

– Что, если нам перестать все время быть на ножах, сэр?

– Извиняюсь, – пробормотал он. – Ничего не могу с собой поделать. Однако постараюсь сконцентрировать все мои усилия на том, чтобы… не вытаскивать меч из ножен, когда мы вместе.

– О, пожалуйста, постарайтесь. – Ей хотелось бы выглядеть разозленной, но, учитывая, что ее собственное поведение было небезупречным, устраивать представление не имело смысла. Вдобавок нужного эффекта не получилось бы: ей очень хотелось зевнуть. – Видит Бог, у меня просто нет сил затевать еще одно сражение.

– Насчет вечера можете не волноваться. Вы одержали победу на всех фронтах. Чувство собственного достоинства и грация привлекли на вашу сторону многих влиятельных людей. Одним словом, вы были роскошны, мадам.

Удивившись такому комплименту, Кьяра снова покрылась румянцем. Это была большая любезность с его стороны. Тем более что он видел, с какими трудами ей давалось быть полной достоинства и грациозной.

– Благодарю вас, сэр.

Лукас обратил внимание, как она теребила свою сумочку, но, к ее облегчению, сделал вид, что не заметил.

– Не стоит благодарности, леди Шеффилд. Я просто выполнял свою часть сделки. – Судя по всему, он тоже решил, что будет безопаснее держаться подальше от прямых личных контактов. – Так вот, о рукописи моего дяди…

Глава 10

– Блестяще! Блестяще! Работа леди Шеффилд даже более впечатляюща, чем можно было ожидать. – Генри отложил первую порцию заметок, присланных Кьярой этим утром. – Тут, конечно, возникает множество вопросов, на которые нужно дать ответы. – Фраза повисла в воздухе. – Но я уверен, что по мере продвижения исследования она прояснит массу деталей.

Лукас отвернулся от окна.

– Если хочешь, изложи свои основные соображения, а я ей передам.

– О, это касается нескольких простых вещей – например, что она думает по поводу определения маршрутов караванов, которыми в старину арабы доставляли пряности с Востока, и что…

– Лучше изложить это на бумаге, – прервал его Лукас. – Тема не относится к женщинам и вину, поэтому я вряд ли все запомню.

На губах Генри промелькнула улыбка, когда он, подняв голову, пытливо посмотрел на Лукаса.

– Сомневаюсь. – Дядя все так же пристально рассматривал племянника. – Ты все запоминаешь, если нужно.

Лукас демонстративно зевнул.

– Может, и так. Только умственная работа требует многих усилий, а отдача при этом небольшая. Я предпочитаю тратить энергию на то, что гарантирует немедленное вознаграждение. – Он сделал паузу. – Интимная близость намного приятнее, чем размышления.

Дядю не рассмешила его шутка. Какое-то время слышалось шуршание бумаг: дядя складывал листы в стопку, – затем едва слышный вздох.

– Мой милый мальчик, если бы ты только знал…

– Что именно? – Помимо воли в голосе Лукаса прозвучало любопытство. – Поделись. Я могу представить себе что угодно, у меня очень живое воображение.

Генри не стал развивать тему.

– Когда будешь уходить, попроси, пожалуйста, Хиггинса отправить кого-нибудь к Хэтчарду, – добавил он. – Мне из Бостона прибыли заказанные книги.

– Я сам их заберу, – предложил Лукас.

– Не утруждай себя.

– Что же здесь трудного? – настаивал он. – Меня там тоже ждет посылка.

– Если это какая-нибудь книжка с эротическими картинками, дай взглянуть одним глазком, – пошутил дядя. – Смотреть – единственное удовольствие, которое мне теперь осталось.

Лукас не знал, сказать Генри или нет, что заказанная книга – подробная история британской орнитологии. Дяде было известно, что они с Кьярой заключили договор, но он не знал, что они еще заключили пари. Лукас так ничего и не сказал ему об этом, сам не зная почему.

На случай, если он вдруг провалится?

Кьяра с успехом выдержала свое первое испытание. Сегодня вечером его черед. В сравнении с этой перспективой его привычная жизнь казалась достойной восхищения. Вино, карты, женщины…Простое перечисление его недостатков и пороков заняло бы больше места на бумаге, чем все научные записи вдовы.

Он скользнул взглядом по золоченым корешкам ученых книг, автором которых был Генри. А вот если бы все его успехи зафиксировать вот так, в печатном виде, поводов для гордости было бы не много.

– Лукас? – Негромкий голос Генри оторвал его от неприятных мыслей. – Что-то ты неважно выглядишь. Присядь и налей себе бренди.

– Спасибо, не хочу. У меня назначена встреча, на которую лучше не опаздывать.

Генри хмыкнул:

– Дама охотно извинит тебя.

– Только не эта, – пробормотал Лукас и громко добавил: – Я могу опоздать за твоими книгами. Если запишешь свои вопросы, я передам их леди Шеффилд. Мы договорились вместе появиться на вечеринке у леди Хиллхаус.

– Как она себя держит?

– Ты же видишь, я пока жив, – усмехнулся он.

Солнце светило сбоку. Ввалившиеся щеки Генри стали еще заметнее.

–  Carpe diem [6] .Постарайся воспользоваться этим подарком судьбы, мой дорогой Лукас.

Над кипевшей водой поднимался пар. За ним не были видны выстроившиеся рядами стеклянные пузырьки. Надписи на них расплывались; какого они цвета – тоже трудно было разобрать, поэтому Кьяра постояла в нерешительности, прежде чем отыскала тот, который был нужен.

Что может быть хуже, чем потерять ориентировку в собственной лаборатории? Это было единственное место на земле, где Кьяра могла передвигаться с закрытыми глазами.

Отшвырнув ложку, Кьяра сделала несколько записей в блокноте. Из-за волнения лекцию, назначенную лорду Хэдли, не отменишь. Может, быстренько состряпать какое-нибудь питье, чтобы превратить его в лягушку? Сразу бы решилось две проблемы: ее перестали бы преследовать неприличные мысли, а у Перегрина появилась бы живая игрушка.

Перегрин!

Кьяра вздохнула. Сын ее заботил намного больше, чем распутный мерзавец. Мальчик стал каким-то угрюмым после той поездки. Осторожные расспросы ясности не принесли. Что, если до него каким-то образом дошли сплетни на ее счет? Дошли все эти разговоры про Черную вдову?

Кьяра стиснула перо в руке. Возможно, ей придется вернуться в поместье, но ее поверенный считает, что делать этого не следует. А может, сбежать за границу? В этом случае Перегрин лишится прав на титул и привилегии, зато сможет жить свободной жизнью, не обращая внимания на последствия отвратительного скандала.

Услышав шаги в коридоре, Кьяра поняла, что поиск вариантов нужно отложить на час. Пришел лорд Хэдли, и, несмотря на то что ее усилия вряд ли обернутся чем-нибудь путным, можно будет хоть немного развлечься, обучая графа азам исследовательской работы.

Бог даст, он не устроит в лаборатории пожар.

Кьяра почувствовала, что краснеет. Черт! Не только порошки и жидкости должны быть вне досягаемости для шаловливых графских ручонок. Надо скрыть свое отношение к нему за семью печатями. Это нелегко. И с каждым днем становится все труднее и труднее.

Почему? Ответ на вопрос был опасен сам по себе.

– Пришел лорд Хэдли, миледи. Ему назначено, – доложил Маккейб.

Сделав глубокий вдох, Кьяра распахнула двери.

– Оказывается, вы пунктуальны, – отметила она, мельком взглянув на часы на каминной полке. – Это шаг в правильном направлении, сэр. Осваивая любую научную дисциплину, необходимо пунктуально, по минутам и секундам блюсти время, иначе результаты могут оказаться недостоверными.