Контракт Паганини - Кеплер Ларс - Страница 31

— Что случилось? — спросил Йона.

— Ничего особенного. Просто заморочки с этими современными брандмауэрами, сандбоксами и поддельными антивирусами… Странно, что компьютер вообще работал, с таким-то количеством защит.

Йонсон покачал головой и слизнул табачную крошку с нижней губы.

— У меня никогда не было ни одной вирусной программы… Помолчи-ка, — оборвал он собственное словоизвержение.

Йона подошел ближе и заглянул ему через плечо.

— Ну-ка, ну-ка, — протянул программист, — так что у нас тут?

Молодой человек откинулся на спинку стула, потер шею, что-то настучал одной рукой, нажал Enterи улыбнулся сам себе.

— А у нас тут вот что, — проговорил он.

Йона и Эрикссон уставились на экран.

— Секундочку… все не так просто. Данные идут понемногу, мелкими фрагментами…

Йонсон прикрыл экран рукой и подождал. На экране медленно появлялись буквы и обрывки графики из интернета.

— Глядите, дверь приоткрывается… посмотрим, что Бьёрн Альмскуг делал на этом компьютере.

Эрикссон поставил свою коляску на тормоз и наклонился вперед, чтобы разглядеть что-нибудь на экране.

— Да здесь только какие-то черточки! — пожаловался он.

— Посмотри в углу.

В правом нижнем углу экрана повис разноцветный флажок.

— У него Windows.Очень оригинально…

— Хотмейл, — сказал Йона.

— Логин, — отозвался Йонсон.

— Становится интересно, — подхватил Эрикссон.

— Можешь прочитать? — спросил Йона.

— Система действует не очень… просто перемещается по времени. — Йонсон прокрутил колонки цифр вниз.

— Что там было? — показал Йона.

— Мы сейчас в папке отправленных писем.

— Он отправил письмо? — напряженно спросил комиссар.

На экране появились разрозненные обрывки рекламы дешевых туров… Милан, Нью-Йорк, Лондон, Париж. А в нижнем углу виднелись светло-серые циферки — время: 07.44.42 РМ.

— Так, кое-что есть, — обрадовался программист.

На экране его компьютера появился новый фрагмент:

— Рекламная рассылка, — фыркнул Эрикссон. — Никто на такое не ведется. Я сам…

Он вдруг замолчал. Юхан осторожно прокрутил непонятные обрывки графики, резко остановился и с широкой улыбкой отъехал от компьютера.

Йона встал на его место, прищурился — ему мешал солнечный свет — и принялся читать. Посреди экрана значилось:

Йона почувствовал, как волоски на шее встают дыбом. Дрожь прошла по спине. Пальмкруна, подумал комиссар, снова и снова перечитывая появившиеся на экране обрывки слов. Комиссар пригладил волосы и отошел к окну. Он попытался мыслить ясно и дышать спокойно. Мигрень дала о себе знать легким уколом и тут же отступила. Эрикссон не отрывался от экрана, ругаясь сквозь зубы.

— Ты уверен, что это написал Бьёрн Альмскуг? — спросил Йона.

— Наверняка, — ответил Йонсон.

— Точно?

— Если в указанное время за компьютером сидел он, то это его письмо.

— Да, значит, это его письмо, — согласился Йона. Его мысли уже неслись в другом направлении.

— Ну и ну, — прошептал Эрикссон.

Юхан уставился на фрагмент адреса [email protected]/* */ и хлебнул фанты прямо из термоса. Эрикссон подался вперед и на секунду прикрыл глаза.

— Пальмкруна, — сосредоточенно, как бы для себя сказал Йона.

— Да ну, что за ерунда, — заявил Эрикссон. — Причем здесь, на хрен, Пальмкруна?

Йона в задумчивости направился к двери. Молча вышел из молельной, молча оставил здание больницы и обоих коллег. Пересек парковку и, широко шагая, вышел на жгучее солнце, к своему черному «вольво».

37

В одной лодке

Йона быстро прошел по коридору к кабинету шефа. Комиссар собирался рассказать о том, что Бьёрн Альмскуг писал Пальмскруне. К его удивлению, дверь кабинета была распахнута. Карлос Элиассон выглянул в окно, после чего снова сел за стол.

— Она все еще здесь, — сообщил он.

— Кто?

— Мать этой девушки.

— Клаудия? — Йона тоже подошел к окну.

— Она там стоит уже час.

Йона выглянул, но Клаудии не увидел. Прошел какой-то папа в синем костюме, с королевской короной на голове. Папа вел девочку, одетую в розовое платье принцессы.

И тут, прямо напротив широких дверей Управления полиции, комиссар увидел ссутулившуюся женщину, стоявшую возле немытого пикапа «мазда». Клаудия Фернандес. Женщина стояла неподвижно, не отрывая взгляда от входа в Управление.

— Я вышел и спросил, кого она ждет. Подумал, что ты договорился с ней встретиться и забыл…

— Нет, — тихо ответил Йона.

— Она сказала, что ждет свою дочь, Пенелопу.

— Карлос, давай поговорим.

Однако Йона не успел приступить к рассказу о письме Альмскуга. В дверь легонько постучали, и вошел Вернер Санден, шеф отдела, ответственного за меры безопасности.

— Рад видеть, — произнес рослый гость, пожимая Карлосу руку.

— Здравствуй, здравствуй.

Вернер поздоровался с Йоной, потом быстро оглянулся и пробасил:

— Куда делась Сага?

Сага медленно вошла в кабинет. Ее хрупкая светлая фигурка словно бы отражала серебристое сияние аквариума.

— Я и не заметил, что ты отстала, — улыбнулся Вернер.

Карлос повернулся к Саге. Похоже, он сомневался, удобно ли это — пожать руку лесной фее, и потому ограничился тем, что отступил на шаг и сделал приглашающий жест.

— Добро пожаловать к нашему шалашу, — натужно-витиевато произнес он.

— Спасибо.

— С Йоной Линной вы уже знакомы.

Длинные волосы Саги блестели, но взгляд был жестким, а зубы крепко стиснуты. На лице выделялся белый шрам, пересекавший бровь.

— Чувствуйте себя как дома! — добавил Карлос. Ему почти удалось изобразить радушие.

Сага села на стул рядом с Йоной; держалась она скованно. Карлос выложил на стол блестящую папку, на которой значилось — «О совместной работе отделов полиции». Вернер в шутку по-ученически поднял руку, и в кабинете раздался его низкий голос:

— С формальной точки зрения расследование целиком принадлежит Службе безопасности. Но если бы не уголовная полиция и Йона Линна, мы бы так и топтались на месте.

Вернер указал на папку, и Сага покраснела до корней волос.

— Мы и с уголовной полицией не очень-то далеко продвинулись, — буркнула она.

— Что? — Вернер повысил голос.

— Йона всего лишь нашел отпечаток ладони и обрывок фотографии.

— И теперь у тебя… благодаря ему ты получила информацию о том, что Пенелопа Фернандес жива и ее преследуют. Я не утверждаю, что это исключительно его заслуга, но…

— Да фигня все это! — закричала вдруг Сага и сбросила бумаги на пол. — Какого черта мы сидим тут и его нахваливаем?! Ему вообще нечего там было делать, ему даже нельзя было знать, что Даниэль Марклунд…

— Но он уже это знает! — перебил Вернер.

— Это был засекреченный материал! — не унималась она.

— Тебе тоже не следовало там быть! — жестко сказал Вернер.

— Да, но тогда бы…

Сага внезапно замолчала.

— Теперь мы можем продолжить обсуждение? — спросил Вернер.

Сага с полминуты смотрела на шефа, потом повернулась к Карлосу:

— Извините. Мне очень стыдно, что я сорвалась.

Она нагнулась и принялась подбирать с пола разбросанные документы. Ее лоб покрылся злыми красными пятнами. Карлос попросил ее оставить бумаги лежать на полу, но Сага подобрала все, сложила по порядку и вернула на стол.

— Мне ужасно стыдно, простите, — повторила она.

Карлос кашлянул и медленно повернулся к ней:

— Мы все же надеемся, что вклад Йоны Линны… или как это еще можно назвать… позволит вам подключить комиссара к расследованию.

— Говоря серьезно, — сказала Сага Вернеру, — мне совершенно не хочется отзываться о ком-то плохо, но я не понимаю, почему надо вводить Йону в состав следственной группы. Он нам не нужен. Да, благодаря ему мы сдвинулись с мертвой точки, но…