По ту сторону тени - Уикс Брент - Страница 19

Тело пронзила нестерпимая боль. Под тяжестью бака напряглись все мышцы ног и живота. Сейчас эта махина увлечет его вслед за собой в бездну или разорвет пополам. Но вот крышка бака открылась, нечистоты выплеснулись в желоб, и боль стала понемногу утихать.

Теперь, когда бак опорожнился, Тобби помог Дориану выбраться из желоба.

— Что, захотелось отправиться вслед за предшественником? — с добродушным смешком спросил раб.

— Каким еще предшественником? — не понял Дориан.

— А как ты думаешь, зачем понадобился еще один евнух? — хмыкнул Тобби. — Евнух, который выносил дерьмо из гарема, выполнял ту же работу, что и ты. Вот только я в тот день малость замешкался.

— Черт побери! — выругался Дориан.

Тобби захохотал, и его смех напоминал ослиный крик. Неужели забавно смотреть, как человек захлебывается в дерьме? При мысли о том, что смерть подкралась совсем близко, Дориана охватила дрожь. Господи, а ведь ему даже в голову не пришло призвать на помощь талант.

— Самое смешное, — продолжил Тобби, — что он не разбился во время падения. Его убили там, внизу.

— Как это? Куда ведет этот желоб?

— Хочешь знать, куда отправляется все дерьмо? — эхом отозвался Тобби и вновь расхохотался. — Вниз, в шахты. Только что не падает этим недоноскам на голову. Как только Арри угодил в желоб, я направил его в один из самых безопасных. Окажись он немного сообразительнее, остался бы в живых.

— Один из самых безопасных? — не понял Дориан.

— Э, да ты ни черта не знаешь и не разбираешься в здешнем дерьме! — Он ткнул Дориана кулаком в бок, — Я отправил его в хороший желоб, понимаешь?

— Нет, — откликнулся Дориан, заставляя себя улыбнуться, но улыбка получилась вымученной.

— Видел дерьмо, которое я сейчас вылил?

— Нет, не видел.

— У меня тут уйма сточных желобов, — доверительно сообщил Тобби.

— Не сомневаюсь, — откликнулся Дориан, а про себя подумал: «Если и есть на свете человек, заслуживающий жить в рабстве, сейчас я его вижу перед собой». — Почему некоторые сливные желоба считаются безопасными? — спросил он вслух.

— Эти желоба стоят здесь сотни лет. А все начиналось с одного желоба. Расстояние от его нижней части до дна пропасти, куда падало дерьмо, было двести футов. Через пару сотен лет, во время которых двадцать тысяч человек исправно гадили и сбрасывали нечистоты вниз, места почти не осталось, и падать дерьму стало некуда. Старина Бэтти Бертольд занервничал, вообразив, что армия рабов из шахты заберется вверх по желобу и нападет на Цитадель изнутри. Вот он и распорядился соорудить новые сливные желоба. А теперь, когда между кучами дерьма и дном желоба остается пятьдесят футов, мы переходим к другому желобу. А то, прежнее, дерьмо выстаивается, пока не превратится в землю, потом работающие в шахте рабы поднимают его в тележках наверх, и стражники продают его как удобрение. Разумеется, мне приходится использовать каждый желоб хотя бы раз в день, чтобы не заржавели механизмы. И чтобы рабы не могли определить, где под несколькими дюймами жижи находится твердая почва, а где можно запросто в ней захлебнуться, если надумаешь лезть наверх. Когда Арри рухнул вниз, я быстренько поменял желоба, чтобы дать ему шанс выжить.

— И сколько тебе для этого нужно времени? — поинтересовался Дориан.

Тобби непристойно выругался, потянул за третий и восьмой рычаги, а потом дернул последнюю цепь. На все ушло около трех секунд.

Дориан удивленно присвистнул, мысленно представив весь процесс.

— Что же случилось с евнухом?

— Он поделился дерьмом с одним из колдунов-майстеров там, внизу. После того что ему довелось перенести, я его не виню.

— Похоже, у него выдался поистине дерьмовый день, — сострил Дориан и сразу же пожалел о своей злой шутке.

— Вот-вот, — согласился Тобби, который не оценил каламбура. — Рабов караулят два майстера, и это занятие не доставляет им радости. Пачкаться в дерьме им не захотелось, а Арри они вывернули наизнанку. — Тобби шутливо толкнул Дориана в бок.

Дориан натянуто рассмеялся, подумав о том, что легко справился бы с двумя майстерами.

Опорожнив все баки, Дориан вернулся в гарем и застал там причитающих на разные голоса наложниц. Ничего подобного в жизни не слышал. Поставив пустой бак на пол, Дориан бросил вопросительный взгляд в сторону Хоппера.

— Король-бог, — прошептал старик, на которого вопли женщин, похоже, наводили ужас. — Только что получили новость, что его святейшество скончался.

На мгновение сердце Дориана перестало биться.

«Отец умер!»

Словно во сне, он побрел в огромную комнату, где находился гарем. Среди мраморной роскоши дворца собралось около двухсот женщин. Они с остервенением рвали на себе одежды и волосы на голове, били кулаками в обнаженную грудь и раздирали ногтями белоснежную кожу. Из накрашенных глаз катились черные слезы. Некоторые бились в истерике на полу, а другие и вовсе лишились чувств.

Дориан знал, что в любви, горе и состоянии опьянения его народ ведет себя весьма экстравагантно, но слезы женщин были искренними. Все они благоговели и трепетали перед королем-богом, и лишь немногие осмеливались его любить. В комнате не было ни одной из любимых наложниц Гэрота Урсуула. Никто не донесет, которые из женщин оплакивают смерть повелителя, а кто не пролил ни слезинки. Король-бог являлся центром, вокруг которого вращаются их жизни, и вот теперь центра не стало, и весь привычный мир рухнул в одно мгновение.

Наложниц заставят броситься в погребальный костер Гэрота Урсуула, чтобы сопровождать его в загробной жизни и остаться навек его рабынями. Гэроту всегда нравились молоденькие женщины.

Внимание Дориана привлекла красивая девушка по имени Приция, которая едва успела созреть. Ей только исполнилось четырнадцать лет. Приция сидела в стороне от остальных наложниц, устремив в пространство ничего не выражающий взгляд. Она была девственницей, и Йорбас Зурга собирался предложить ее в качестве подарка его святейшеству, когда тот вернется домой.

— У тебя есть возможность выжить, — безразличным тоном пробормотал Дориан. — Возможно, следующий король-бог возьмет тебя в гарем.

— Все мои подруги собираются принять смерть, — откликнулась Приция, даже не взглянув в его сторону.

Ответ девушки устыдил Дориана. Приция не думала о себе. В этой комнате, среди рыдающих наложниц, он снова почувствовал себя циником, каким всегда был в прежней жизни.

Мысль о других последствиях, связанных со смертью Гэрота Урсуула, пришла на ум минутой позже. Король не оставил после себя прямого наследника, и любой из этелингов, которому удастся захватить престол, непременно перебьет всех остальных. Если о смерти его святейшества известно наложницам, то скоро о ней узнают и этелинги. А ведь, пожалуй, новость уже дошла до их ушей!

Господи, Дженин!

Дориан вихрем ворвался в комнату евнухов, где застал Хоппера.

— Выводи их всех отсюда! — приказал он старику. — Сначала девственниц!

— Что? — не понял Хоппер.

— Спрячь их в моей комнате. Кто-нибудь из этелингов попытается захватить гарем короля-бога, чтобы все восприняли его как законного наследника и будущего повелителя. Или на них набросятся обезумевшие стражники. Конечно, всех не спрячешь, но надо спасти хотя бы девственниц, тогда у них появится шанс стать избранницами нового короля-бога. Если девушек изнасилуют, им придется принять смерть вместе со всеми остальными.

Хоппер все понял и согласно закивал.

— Все будет сделано, — заверил он Дориана.

Дориан бросился к Тигриной башне.

Двух уродов, охраняющих внизу вход в башню, на месте не оказалось, и у Дориана все похолодело внутри. Он стремительно взлетел наверх, перепрыгивая через три ступеньки. До заветной двери оставалось не более двадцати ступеней, когда до слуха донеслись громкие голоса.

— Иди ко мне, а иначе будет плохо… Все равно будет по-моему…

— Хорошо, — покорно согласилась Дженин.

Дориан увидел на двери остатки расплавленного замка. Вот подонок! Тави уже явился сюда, чтобы изнасиловать Дженин. Дориан открыл ногой дверь как раз в тот момент, когда девушка выхватила подаренный кинжал и вонзила в грудь насильника. Он отчаянно закричал, и на поверхности кожи стал мгновенно вырисовываться вир. Белый шар размером с кулак ударил Дженин в грудь, и девушка отлетела в другой конец комнаты.