Сладкая парочка - Макколи Барбара - Страница 4

– Очень странно. Мне предложили прийти сегодня осмотреть помещение и забрать ключи.

– Но... – Ее голос сорвался. – Этого не может быть.

– Я уже подписал договор.

– Договор? – переспросила она несчастным голосом.

– Вчера мой агент передал вашему отцу чек. – Рэй никак не мог понять, почему эта новость так потрясла девушку. – Какие-то проблемы?

Проблемы? Да у нее сейчас истерика начнется! Такого просто не может быть, твердила она себе. Конечно, родители сказали бы ей, если бы сдали дом. Ее дом!

Но сидящий напротив человек был живым доказательством того, что дом сдан.

– Простите, я оставлю вас на минуту.

И, не дожидаясь его ответа, Тина выскочила из офиса и устремилась на кухню.

Отец, низко наклонившись над столом, украшал сбитыми сливками фруктовые Пирожные.

Тина нависла над ним, как грозовая туча.

– Что?! Ты?! Делаешь?!

– Пирожные. Основа из песочного теста, потом слой тонко нарезанной клубники, чуть-чуть желе, теперь вот украшаю, – спокойно ответил Иван, не отрываясь от работы.

– Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю! – Тина выхватила у него из-под носа плошку со сбитыми сливками. – Ты обещал сдать это помещение мне!

– Ничего я тебе не обещал. – Александр выпрямился во весь свой высоченный рост и скрестил на груди громадные ручищи. – Я сказал, что подумаю.

– Такое прекрасное место для кофейни! – Тина едва сдерживалась. – Я всю душу вложила в этот проект! У меня все готово: эскизы интерьера, меню, смета. Ты сказал, тебе нравится.

– Нравится, – кивнул Александер.

– Тогда почему? – Ее голос срывался. – Почему ты так со мной поступаешь?

– Ты слишком молода, чтобы открывать собственный бизнес, Катина. Подрастешь, поговорим.

– Мне двадцать четыре года! – завопила Тина. – Мне незачем подрастать. Я и так не ребенок. Мы уже не дети – ни я, ни София, ни Рэйчел. Почему ты не можешь этого понять?

– Потому что я твой папа, – сказал Иван твердо. – Мой долг заботиться о своей семье.

Тина едва не расплакалась.

– Папа! Я с десяти лет работаю у тебя в пекарне. Ты же знаешь, я справлюсь.

– Слишком много денег.

– Тетя Яна собиралась помочь...

– Яна – это не выход, – оборвал ее Иван. – У Яны цыганская кровь, она носится по всему свету и понятия не имеет о бизнесе и материальной ответственности.

– Не называй ее безответственной только потому, что она путешествует, – кинулась Тина на защиту любимой тетки.

Но Иван властным жестом остановил ее.

– Дело сделано. Я сдал помещение на год. Потом поговорим.

– Но...

– Будь умницей, Катина. – Иван привычным жестом потрепал дочь по щеке. – Отведи мистера Данфорта и покажи ему его владения.

– Что?! – задохнулась Тина. – Ты думаешь, я...

– Делай то, что я тебе говорю! – громовым голосом оборвал ее отец. – И будь с ним любезна! Ясно?

Тина открыла рот, чтобы ответить, но тут же закрыла его. Спорить бесполезно. Дело сделано. Она знала своего отца. Будет спорить – останется ни с чем и через год.

Стиснув зубы, Тина вернулась в кабинет. Перед дверью она глубоко вздохнула и постаралась взять себя в руки. Она и так уже вдоволь позабавила Рэя Данфорта, хватит на сегодня.

Улыбнувшись, Тина распахнула дверь.

– Все хорошо, – заявила она, входя в комнату. – Просто я вас неправильно поняла. Когда планируете въехать?

– Завтра.

– Завтра?!

Этот мужчина умеет брать быка за рога.

– Мы собираемся начать предвыборную кампанию отца через несколько дней, – объяснил он.

– Тогда пойдем, посмотрим помещение?

Рэй заметил, что девушка вернулась очень подавленной, хотя и пыталась скрыть эмоции. За дежурной улыбкой и любезным голосом бушевали эмоции. Это его заинтриговало.

Они вышли через черный ход и оказались в небольшом живописном саду, отгороженном от улицы старой кирпичной стеной. Пышные кусты шиповника окружали каменные скамьи, тихонько журчал маленький фонтан, украшенный спящим ангелочком.

– Это внутренний двор между нашим и вашим домами, – сказала Тина голосом, в котором сквозила горечь.

Рэй заметил кованую наружную лестницу, которая вела от снятого им первого этажа наверх.

– А кто арендует верхние этажи?

– На втором – квартира моей тети, на третьем – ее фотостудия. Тетя почти все время в отъезде и тревожить вас не будет.

Она-то не будет, невольно подумал Рэй, следуя за девушкой и любуясь ее ладными бедрами и длинными ногам.

А вот кое-кто другой...

Мужчина нахмурился и попытался сосредоточиться на словах своей спутницы, рассказывавшей, что здание было построено в начале XIX века, в конце XX перепланировано и так далее.

Тина подошла к черному ходу и отперла дверь.

Из большого холла еще не выветрился запах свежей краски. Полуденное солнце, проникая через отворенную дверь, играло на до блеска натертом полу.

– За холлом – два офиса, ванная и кухня, – прокомментировала Тина.

Рэй перехватил ее взгляд и увидел в нем тоску. Тоску потери, вдруг понял он.

Так вот отчего красотка так расстроена!

– Вы сами хотели снять это помещение, не правда ли? – спросил он.

Девушка вздрогнула, потом посмотрела ему в глаза и отрезала:

– Не имеет значения. – И вручила ему ключ. – Он ваш. На один год. Поздравляю.

– Мне очень жаль. – Рэй удержал ее руку. Кожа оказалась удивительно мягкой и теплой. – Я не знал.

– Что изменилось, если бы вы знали?

– Ничего. – Какой смысл лгать?– А что вы хотели здесь устроить?

– Все, что я хотела здесь устроить, я устрою через год, – уверенно ответила Тина и с улыбкой оглядела комнату. – Удачи вам и вашему отцу, мистер Данфорт. – Она попыталась отнять руку, но Рэй только крепче сжал пальцы. Тина надменно выгнула бровь.

– Мы же теперь соседи, – сказал он миролюбиво. – Почему бы вам не звать меня просто Рэем?

Тина изучающее глядела на него, слегка склонив голову. Нельзя сказать, что она улыбнулась, но все же линия ее рта несколько смягчилась, а глаза смотрели уже не так враждебно.

– Удачи, Рэй, – сказала она наконец. И тут же добавила: – Я буду считать дни.

– И я тоже, – усмехнулся Рэй и выпустил ее руку. – И я.

Уже вечером, стоя у окна в квартире тети, Тина наблюдала, как во двор один за другим въезжают фургоны, а высокий лысый человек в сером комбинезоне командует грузчиками.

– На ходу подметки режут... Правда, Далила? – Тина наклонилась и погладила большую пушистую кошку, тершуюся о ее ноги. – Пяти часов не прошло, как я отдала ему ключи, а он уж въезжает. Нахал.

Умом Тина понимала – Рэя не в чем винить. В конце концов, решение принял ее отец. Но сейчас девушке было не до логики. Кроме того, намного легче сердиться на какого-то чужого человека, чем на родного отца.

Стоило Тине подумать о Рэе – и он тут как тут! Стоит на тротуаре и что-то втолковывает лысому человеку. Он сменил свитер, в котором был днем, на футболку, и теперь его можно было принять за одного из грузчиков. Тина смерила взглядом его стройную спортивную фигуру. Потом еще раз. И еще.

Подумаешь! Ничего особенного. А что у нее в животе бабочки порхают, так это от голода, а вовсе не из-за Рэя Данфорта.

Тина ужасно боялась, что кто-то заметит, как она подглядывает, но не могла оторваться от окна. Ее поражало и восхищало ощущение уверенности, исходившее от этого человека. От его позы, походки, жестов, манеры держать голову. Даже теперь она чувствовала властное пожатие его ладони на своей руке.

А улыбка! Ему вообще надо запретить улыбаться – в целях общественной безопасности.

– Тем более надо держаться от него подальше, – поделилась Тина своими выводами с Далилой. – Он наверняка знает, какое впечатление производит на женщин. А я не собираюсь ублажать его и без того раздутое самомнение.

Но если он не знает, что за ним подглядывают, какой в этом вред?

И тут Рэй оглянулся и посмотрел прямо на ее окно. Тина в ужасе отскочила, молясь, чтобы он не успел ее заметить.