Опасная игра - Макколи Барбара - Страница 8

В самом деле, какой у него, Кэллана, мог быть иной выход? Ему нужно удержать Абби любой ценой. Разве другая женщина способна ее заменить в его офисе? Абби – неотъемлемая часть их общего дела. Пяти минут с Фрэнсин хватило, чтобы… да он лучше залезет голышом в кусты ежевики, чем позволит этой девице остаться у него в офисе.

Всего-то две недели побыть обрученным с Абби. Держаться за ручки, легкие поцелуи на людях, пара долгих томных взглядов глаза в глаза. Неужели это так трудно? И он, и Абби понимают, что это не по-настоящему. Просто игра.

Нужно, правда, признать, что утром, когда он сидел рядом с Абби на диване, когда коснулся ее подбородка, то почувствовал… что-то вроде влечения. Пожалуй даже, слегка возбудился. Если совсем начистоту, то сильно возбудился.

Вот почему Кэл тогда улизнул. Еще чуть-чуть, и он бы, мягко говоря, утратил над собой контроль. Ему не хотелось, чтобы Абби неверно истолковала его намерения или подумала, будто он желает воспользоваться ситуацией. Все, чего он хотел, – это вернуть беглянку в офис, к прежней работе. Пусть Эмеральд и Руби убедятся в том, что между ним и Абби – любовь, уедут со спокойной душой в свой круиз, а потом их племянница скажет, что помолвка разорвана по причине… взаимной несовместимости. Так она выиграет время, чтобы в конце концов найти себе подходящего мужчину. И все будут счастливы.

Не обращая внимания на любопытные взгляды посторонних, Кэллан присел на стул рядом с Абби. Щеки его спутницы горели румянцем. Она хмурила брови и невольно вздрогнула, когда он обнял ее и поцеловал в пылающую щечку.

– Привет, дорогая, – проворковал он своей мнимой невесте, после того как поприветствовал ее тетушек.

Абби уставилась на него широко открытыми глазами и в замешательстве ответила:

– П-привет.

Кэл подумал, что им предстоит немало потрудиться для того, чтобы Абби наконец раскрепостилась. Иначе ее тетушки никогда не поверят, будто они помолвлены. Он взял свою «суженую» за руку и поцеловал ее пальцы. Они были холодные, как ледышки.

– Я скучал по тебе.

– Я… тоже. – Она нервно улыбнулась.

– Знаешь, дорогая, – Кэл провел ее пальцами себе по подбородку, – я думал о нашем утреннем разговоре, о кольцах, и решил, что с этим нельзя больше тянуть.

Абби округлила глаза, когда он достал из кармана кольцо, сверкнувшее алмазом, и надел его ей на палец.

– Ой, Руби, – всхлипнула Эмеральд, стиснув руку сестры, – если бы мама Абби, наша сестренка, сейчас все это видела!

– «Мечты сбываются». – Руби извлекла из своей одежды платок и промокнула им глаза.

– Да, «Мечты сбываются», – подтвердила с улыбкой Эмеральд.

Абби оторвала взгляд от обручального кольца и озабоченно склонилась к тетушкам.

– Нет, тетушки, пожалуйста, не сейчас…

Оглушительная, как пушечный выстрел, песня о любви и мечтах грянула из уст Руби и Эмеральд. Мелодия была очень знакомая, но Кэллан был настолько ошеломлен, что ее название вылетело у него из головы. Взоры остальных посетителей таверны были прикованы к поющим женщинам.

У Эмеральд было сопрано, у Руби контральто. Их голоса звучали слаженно, с восхитительной чистотой и силой. Финальный аккорд смолк, обе исполнительницы замерли на своих стульях так, будто только что заказали официанту воды.

Зал разразился аплодисментами. Эмеральд и Руби одновременно встали, поклонились и вновь заняли свои места с грацией дебютанток. Кэллан перевел взгляд на Абби. Ее лицо от стыда было пунцово-красным.

– Ой, милочка, похоже, мы смутили Абби, – забеспокоилась Руби. – Она всегда терялась от наших неожиданных выступлений.

– Ерунда, – отмахнулась Эмеральд. – Из ее родни четыре поколения по материнской линии и три по отцовской связаны с театром. Театр у нее в крови.

Абби родом из театральной семьи? Что ж, это многое объясняет. Или не в этом дело? Кэллан терялся в догадках.

– Да, это было… – он с трудом подобрал верное слово, – впечатляюще.

– Всего лишь ничтожная часть нашего репертуара, – заметила Руби. – Но остальное мы прибережем для следующего раза. Сейчас нам не терпится узнать все душещипательные подробности о вас двоих. Начнем с Кэллана. Когда ты впервые понял, что наша малышка Абби – женщина твоей мечты?

Обе сестры придвинулись к нему поближе. На их лицах светилось волнительное ожидание.

Кэллану сразу стало жарко. Одно дело – притворяться женихом Абби, но выдумывать историю, как они влюблялись друг в друга (чего, разумеется, не было), – это уже совершенно другое.

– Мистер… – «Невеста» вовремя спохватилась и продолжила нерешительно: – Кэллан, тебе совсем необязательно…

Воспоминание о Фрэнсин встряхнуло его. Он скользнул рукой по напряженной спине Абби и улыбнулся ее тетушкам.

– Но я должен, дорогая. И сделаю это охотно. – Он понизил голос. – Никогда не говорил об этом Абби, но я понял, что она создана для меня еще до того, как увидел ее.

– Предчувствие? – Эмеральд прижала руку к своему пышному бюсту.

– Мечта? – хлопнула глазами Руби.

– Именно – мечта. – Кэллан вспомнил резюме Абби: богатый опыт работы в офисе, умение быстро и без ошибок печатать, готовность приступить к должностным обязанностям немедленно, нет возражений против сверхурочной работы. В сравнении с кошмаром по имени «Фрэнсин» Абби действительно была воплощенной мечтой.

Руби и Эмеральд переглянулись и умиленно вздохнули.

– Теперь твой черед, Абби, – призвала Эмеральд.

– Ну… – У «невесты» был вид оленихи, которая ночью угодила под свет автомобильных фар. – В общем…

– Не стесняйся, любимая. – Кэллан ободряюще сжал ей плечо. – Смелее. Когда ты впервые поняла, что я подхожу тебе?

– Сразу, как только увидела, – еле слышно промолвила она после минутного колебания. – Ты стоял возле копира у себя в офисе. Твои руки были перепачканы чернилами от картриджа, с которым ты возился, а на подбородке у тебя чернело огромное пятно. Вот тогда я все и поняла.

Однако, черт возьми, способность к актерской игре в самом деле у Абби в крови! На один безумный миг Кэлу почудилось даже, что она говорит правду. Он сглотнул комок в горле и, чтобы усилить иллюзию достоверности происходящего, поцеловал свою «суженую» в губы.

В ее мягкие теплые губы. Он почувствовал, как они затрепетали от его поцелуя. И продлил его, придал ему страстность…

Кэллан подпрыгнул на месте от новой песни, которую неожиданно грянули в два голоса Эмеральд и Руби. Сердце у него замерло. Он вытаращил глаза сначала на поющих женщин, потом на Абби. Та пребывала в полном смятении и растерянности.

Ее тетушек вновь ожидали бурная овация и восторженные выкрики посетителей.

Ошеломленный, Кэллан постарался взять себя в руки. Он уверял себя, что его сердце зашлось в дикой скачке вовсе не из-за поцелуя. Разве это настоящий поцелуй? Так, баловство. А вот тетки… вот это да! Однако же в интересное дельце он себя втравил.

Глава четвертая

Абби с недоумением взирала на кипу бумаг, беспорядочно разбросанных по ее рабочему столу, на светокопии чертежей, висящих на бельевой веревке от одной двери до другой, на целую груду буклетов и папок с делами, заполонивших маленький диванчик и журнальный столик для посетителей. Еще вчера, когда она уходила, все было в порядке, а теперь помещение офиса погружено в хаос, так же как ее собственная жизнь.

Абби закрыла входную дверь и проследовала к своему рабочему месту, переступая по пути через ящики посреди пола. Дверь в кабинет Кэллана была полуотворена, и возвратившаяся беглянка слышала, как он говорит по телефону:

– Нет, Рей, Абигайл не уволилась. Просто Фрэнсин подменила ее на один денек. – Пауза. – Вот именно. Согласен с тобой на все сто. Никто здесь не может заменить Абигайл.

Девушка чувствовала некоторую неловкость, оттого что подслушивала, но любопытство пересилило стыд. Судя по всему, Кэллан говорил с Реем Палмером, своим деловым партнером. В Блумфилде он строил здания торгового центра и кинотеатра. Это был требовательный, а временами чересчур жесткий человек, но Абби, хотя лично они ни разу не встречались, нравилось с ним работать. Возможно, оттого, что однажды, решив по телефону в своей напористой манере какую-то проблему, он отослал ей букет цветов. А может быть, просто потому, что в начале делового телефонного разговора он обычно интересовался, как она поживает. Он был вдовцом, имел взрослого неженатого сына, о котором пару раз упоминал с очевидным намерением вызвать интерес к нему у Абби.