Золотая ветвь - Романова Галина Львовна - Страница 67

— Куда?

— Завершать обряд! Для всего остального нам не нужны ни шаман, ни кто-либо еще! Я не собираюсь ждать до ночи!

И прежде чем девушка успела вымолвить хоть слово, он потащил ее куда-то на задворки слободы, где в кустах без лишних слов опрокинул на землю и задрал ей подол.

Два дня спустя в Ирматул, загоняя коней, примчался вестовой — на северной границе участились набеги. Небольшие отряды людей и нелюдей нападали на селения, помаленьку грабили торговые караваны. В последний раз они стерли с лица земли приграничную крепость, захватив все оружие и доспехи. Судя по числу нападавших, это уже была не небольшая кучка разбойников, а маленькая, но хорошо сформированная армия, которая таким образом готовилась к планомерному вторжению.

Это послужило последней каплей. Князь Далматий спешно приказал оркам двигаться на север. В помощь им он придал двести всадников из числа людей. Из ста орков в поход должны были отправиться восемьдесят — еще двадцать оставались в столице для охраны князя. Хаук не попал в число тех двадцати.

Горожане высыпали на улицы — провожать. Конечно, это не большая война, но все-таки в толпе строились предположения о том, почему князь решил усилить свою орочью пехоту людьми. Орочья диаспора провожала своих в полном составе — дома остались лишь те, кому физически было трудно ходить.

Ласкарирэль спешила, пробираясь сквозь толпу.

— Хаук! — звала она. Но ее орк, хоть и шагал крайним в ряду, ни разу не обернулся на ее зов. Девушке казалось, что на улице слишком много народа, и все, как нарочно, встают у нее на пути. Ее толкали, раз за разом оттирая от обочины. Ей приходилось то вставать на цыпочки, то наклоняться, чтобы хоть одним глазком увидеть идущих из-за чьего-то локтя.

— Хаук!

Он не оборачивался.

Улица сделала поворот, проходя по площади мимо эльфийского замка. Из-за поворота как раз в эту минуту выехало четыре эльфа-всадника на одинаковых светлых конях. Они одновременно осадили коней, глядя на марширующих орков.

— Хаук! — воскликнула Ласкарирэль и неожиданно для себя увидела эльфов.

Взгляды всех четверых впились в нее — эльфийку в орочьем наряде, спешащую за орочьей пехотой. Ласкарирэль невольно опустила глаза и попыталась поскорее скрыться. Как же хорошо, что на улице так много народа!

Орки ушли. Город немного погудел и успокоился. Будет или нет новый набор, это еще вопрос. Надо было жить дальше и заниматься своими делами.

С уходом Хаука жизнь Ласкарирэли изменилась. Маленькое серебряное колечко на пальце и свежие ожоги, продемонстрированные Хауком, повысили ее статус. Теперь она стала просто женщиной, и у нее появились обязанности, о которых она не подозревала, будучи всего лишь «рабыней Хаука».

Князь решил экономить на оставшихся орках — им по-прежнему выдавали мясо и пиво, но все остальное они должны были приобретать сами. И эта обязанность, как и готовка для двух десятков орков, легла на плечи Ласкарирэли. Каждое утро она теперь получала от десятников деньги и шла на ближайший рынок за покупками. Как правило, ее сопровождал Эйтх — после того, как она стала замужней женщиной, юноша-орк, что называется, проникся и стал ее ревностным помощником. На базар он сопровождал ее сугубо добровольно, коротая время за попытками соблазнить человеческих девушек.

В тот день эльфийка закончила все покупки раньше времени и даже сумела немного выгадать. Купив у какой-то бабульки целую корзину грибов, она здорово сэкономила — после всех покупок у нее остались целых две серебряных монетки, и девушка захотела потратить их на себя. Ей вдруг ужасно захотелось купить себе сережки — хоть самые простые, с одним-единственным камушком.

Зажав серебрушки в кулаке, она шла между рядами, выискивая палатки ювелиров. Тащивший корзину с продуктами Эйтх отстал, и девушка немного трусила. Она не знала, как отнесутся к появлению эльфийки альфары [5]— приказчики, сидевшие в лавках.

Нежный стук копыт звучал, как музыка, и был ясно слышен даже в гуле и гомоне толпы. Люди невольно озирались и замолкали, внимательно глядя на всадников. Целиком погрузившись в поиски ювелиров, Ласкарирэль опомнилась, только когда вокруг нее внезапно воцарилась тишина, а за ее спиной послышался музыкальный перезвон копыт.

Девушка быстро оглянулась — с нею поравнялись три всадника на светло-серых в яблоках конях. Двое мгновенно спешились, встав справа и слева от Ласкарирэль. Третий наклонился, протягивая к ней руки. Ласкарирэль не успела и пикнуть, как ее подхватили под локти и помогли усадить в седло впереди третьего всадника. Тот легким движением руки закутал ее в плащ. Двое других всадников мигом вскочили в седла, натянув поводья.

Эльфы поехали прочь, и только тут Ласкарирэль поняла, что происходит что-то не то. Она отчаянно завертела головой, пытаясь отыскать хоть кого-то знакомого.

Да вот же он! Поставив корзину наземь, Эйтх увлеченно заговаривал зубы сразу трем девушкам.

— Эйтх! — что было сил закричала Ласкарирэль, пытаясь выпутаться из плаща. — Эйтх! Меня увозят!

Услышав далекий крик, молодой орк прервался и завертел головой, пытаясь найти источник крика. Но вокруг опять гудел рынок, словно ничего не произошло.

ГЛАВА 24

Ласкарирэль сидела в кресле в пустом зале и пыталась прийти в себя. В замке эльфов ее тщательно вымыли, распутав косы и распустив волосы, переодели в другое платье. Теперь на ней был наряд знатной дамы — нижнее платье из жемчужно-золотистой парчи, покрытой вышивкой, с узкими длинными рукавами. Верхнее было светло-серое, с глубокими проймами и разрезами по подолу, позволяющими видеть нижнее платье. Подол и горловина его были оторочены белым мехом. В прядки над ее лбом вплели жемчужные нити, оставив их свободно свисать на виски. На шею надели жемчужное ожерелье. Туфельки были нежного серо-розового цвета и тоже расшиты жемчугом. Все это указывало на то, что она находится среди обитателей Жемчужного Острова, самого западного из Островов Радужного Архипелага и единственного, который имеет выход к морю. Служанки-элле только что закончили ее туалет и с поклонами удалились, оставив девушку наедине со своими мыслями.

Ласкарирэль тщетно пыталась справиться с нахлынувшими чувствами. Когда-то давно она мечтала вернуться к своим, зажить обычной жизнью, но это было так давно! Еще не было Хаука, она еще не была замужем и испытывала к орку совсем иные чувства. Тщетно девушка старалась сосредоточиться и призвать на помощь свои силы — все картины будущего получались настолько расплывчатыми, что нечего было и пытаться их расшифровать.

Легкий звон бубенчиков оторвал ее от размышлений. Распахнув обе створки дверей, в залу вошел эльф в серебристо-розовом одеянии. За ним шли рука об руку молодая женщина и еще один мужчина. Этого второго Ласкарирэль уже видела — именно он увозил ее с рынка.

— Здравствуй, дорогая сестра! — звучным голосом воскликнул первый мужчина. — И радуйся, ибо закончились твои беды. Ты среди своих, свободна и вольна! Прости нас за то, что не предупредили тебя вовремя, но нам и так приходится в последние дни трудно. Мое имя — лорд Тиндар с Жемчужного Острова. Это — моя сестра Тиндарэль и ее будущий супруг лорд Тосканир. В этом году нашему Острову выпала честь представлять Радужный Архипелаг в государстве людей. И мы рады, что смогли оказать помощь всем, кто в ней нуждался.

— Но я не, — начала Ласкарирэль, — я не просила о помощи! Я…

— Дитя мое, — лорд Тосканир подошел и взял ее за руку, — ты не моглапозвать на помощь. Но мы смогли услышать твой безмолвный зов… как зовы тех, кто оказался в таком же положении, как и ты!

— Как твое имя, сестра? — спросила леди Тиндарэль.

— Ласка… Ласкарирэль с Изумрудного Острова, — назвалась девушка. — Я была… была Видящей.

— Это большая удача! Мы спасли волшебницу! — весело переглянулись брат и сестра. — Позволь нам ради тебя устроить пир! И прости нас за то, что не смогли подобрать для тебя соответствующий наряд! Мы постараемся как можно скорее вернуть тебя Ордену!