Как стать девушкой вампира. Самоучитель для новичков. - Фантаски Бет - Страница 40

— Я не люблю шоколад.

— Ты только что прикончил целую упаковку вегетарианского шоколадного мороженого. Так что не притворяйся, что не любишь шоколад. Просто выпей.

Люциус оттолкнул мою руку, и шоколад выплеснулся на пол.

— Джессика, уже поздно. Иди спать.

Я села рядом с ним, скрестив ноги, и сделала глоток:

— Что слушаешь?

— Немецкий металл.

Поставив кружку, я потянулась за наушником:

— Можно?

— Как хочешь, — сквозь зубы согласился Люциус.

Я вставила наушники и ужаснулась: такая музыка, должно быть, сопровождала проклятые души в ад — отрывистые немецкие слова, рев синтезаторов, никакой мелодии. Звучало устрашающе.

— А как же «Блэк-айд Пиз»? — пошутила я, снимая наушники.

— У меня другое настроение.

— Люциус…

— Джесс, уходи.

— Не гони меня!

— А ты сама не лезь!

— Я о тебе беспокоюсь.

— Беспокоиться уже поздно.

— Неправда. Все можно исправить.

— Джессика, через несколько недель я вернусь в Румынию и буду наказан за своеволие. Умоляю, оставь меня в покое. Недолго осталось.

— Люциус, я хочу тебе помочь.

— Ты? — горько рассмеялся он. — Ты хочешь помочь мне?

— Ничего смешного. Я могу помочь. Возможно, я единственная, кто может помочь.

— Как?

— Я могу выйти за тебя замуж — вот как!

На секунду его взгляд смягчился. Потом Люциус с силой потер глаза, как будто наказывая себя:

— Джессика…

Я потянулась к нему и взяла за руку:

— Я согласна. А ты?

Люциус отдернул руку:

— Ты не догадываешься, что предлагаешь. Тебе меня жаль, а я не хочу, чтобы ты выходила за меня из жалости. Не желаю быть похожим на больную дворнягу, которую выкупает из приюта добрая душа, чтобы спасти от смерти. Лучше погибнуть с честью.

— Я тебя не жалею.

— Нет?

— Нет. — Из моих глаз потекли слезы. — Я люблю тебя, Люциус.

Слова сами сорвались с моих губ. Я никогда не думала, что мое признание будет дышать таким отчаянием.

Взгляд Люциуса снова стал жестким.

— Тем хуже для тебя, Джесс, — ответил он, лег и повернулся на бок, как будто готовясь ко сну.

Я выбежала из комнаты и врезалась в маму. Она отвела меня к себе и закрыла дверь.

— Что у вас произошло с Люциусом? — спросила она, протягивая мне бумажные салфетки.

— Мы… разговаривали. — Я вытерла глаза, но слезы полились снова.

— И что он тебе сказал? Почему ты плачешь?

— Я сказала Люциусу, что люблю его, — призналась я, сжимая мокрые салфетки. — Что хочу выйти за него замуж.

Мама полностью утратила свое обычное самообладание и недоверчиво раскрыла глаза.

— А что он ответил? — спросила она тихо и нарочито спокойно. За спокойствием скрывался страх.

— Заявил, что не позволит мне выйти за него из жалости.

Мама облегченно вздохнула, прижала пальцы к губам, и я услышала ее шепот:

— Ты правильно поступил, Люциус. Правильно.

Глава 47

— Джесс, мы на математику опаздываем! — Минди почти тащила меня по коридору.

Я вырвала руку:

— Я не пойду. Прогуляю.

— Опять? — обеспокоенно спросила подруга. — Джесс, ты раньше никогда не прогуливала, а теперь почти не ходишь на уроки. Это же математика, Джесс. Твой любимый предмет!

— Мин, мне не хочется.

— Да что с тобой, Джессика? Все из-за Люциуса? Вы обаизменились. И эти синяки… Что между вами происходит?

— Ничего, Минди. Клянусь.

— Ты прогуливаешь занятия, рассталась с Джейком, а Люциус выглядит так, будто вот-вот кого-нибудь убьет. И ты утверждаешь, что ничего не происходит?!

Я направилась к туалету:

— Иди в класс, ладно? Я отсижусь в туалете, пока коридоры не опустеют.

— Джесс, я за тебя волнуюсь! — Минди прижала учебники к груди.

— Все в порядке. Я тебе позвоню, честное слово.

Все в порядке: мое сердце разбито, договор нарушен, и надвигается война.Как можно сосредоточиться на тупых учебниках, бессмысленных домашних заданиях и нудных уроках, если мир вокруг рушится? Когда на кону стоят жизни?

Я скользнула за дверь уборной, оставив напуганную Минди в коридоре, и заперлась в кабинке. Но мне не суждено было остаться наедине со своей печалью. В туалет вошла Фейт Кросс со своей подругой Лизой Клэй. Через щель в двери я увидела, как они расположились у зеркала.

— Так что происходит с красавчиком Люциусом? — Лиза вытащила из косметички блеск для губ. — И откуда у него фонарь под глазом?

— Он не рассказывал, — пожала плечами Фейт, причесываясь. — Ты же знаешь Люциуса: умеет хранить тайны. Но в последнее время он словно с ума сошел.

Лиза нарумянила щеки:

— В хорошем или плохом смысле?

— Он словно сошел с ума по мне, — пожаловалась Фейт, закатив голубые глаза. — Не оставляет меня ни на секунду» постоянно хочет быть со мной… Такой настойчивый!

Лиза покрутила головой, проверяя, ровно ли легли румяна:

— Все парни озабоченные.

— Люциус больше чем озабоченный. Ему все мало. Когда мы поднимаемся к нему в комнату, он буквально затаскивает меня в постель.

«Он спит с Фейт?»— возмущенно подумала я.

Мои зубы заныли, и я на секунду подумала, что клыки прорежутся через десны. Закрыв рукой рот, я скрючилась от боли. И жажда… Мне страшно захотелось крови… Люциус занимается сексом с Фейт Кросс прямо в моем доме. Мой нареченный предал меня, свою принцессу.

— А я все время повторяю, что не собираюсь рисковать будущим ради секса, — продолжила Фейт, не подозревая о моих молчаливых муках. — Вот мама разрешит мне принимать таблетки, тогда и… Не хочу залететь до поступления в Стэнфорд.

Ага, значит до секса пока не дошло!

Я попыталась подавить гнев и ревность, однако десны все равно пульсировали от боли при мысли о Люциусе и Фейт на бархатном покрывале. Я оперлась о холодную стену в поисках опоры. Меня трясло и мутило.

— Да, — согласилась Лиза. — И почему парням мало… — Она что-то шепнула на ухо Фейт. Я не услышала что именно, но можно было догадаться по сдавленному хихиканью.

— Знаю, — засмеялась Фейт. — Это почти то же самое. Но то, что делает Люциус, лучше, чем… — Она замолчала, словно сообразив, что сболтнула лишнее.

Мое сердце замерло, и для меня перестало существовать все, кроме отчаянной жажды и пересохшего горла.

Что? Что он делает?

— Не томи! — воскликнула Лиза, схватив подругу за руку. — Что он делает?

— Он… — Фейт помолчала, но потом не выдержала: — Он делает что-то ртом. С моей шеей.

Мое сердце не просто остановилось — его сжала огромная рука и попыталась вырвать из груди.

«Люциус, не надо! Не предавай нас! Не рискуй навлечь на себя еще больший гнев, не делай того, что безвозвратно нарушит договор. Не сейчас. Мне нужно время, чтобы все уладить».

— Что?! — не поверила Лиза. — Поцелуйчики? Да это же для первоклассников! Кого удивишь поцелуями?

— Нет… — Фейт покачала головой, повернулась к зеркалу и задумчиво посмотрела на себя. — Это не просто поцелуи. Не знаю, как описать… это нечто потрясающее. Такое ощущение, что мы делаем что-то опасное, запретное, по-настоящему плохое. — Она порылась в сумке, нашла резинку и собрала светлую копну в высокий хвост. — То есть мне нравится, но…

— Слушай, а может Люциус научить моего парня? У Алана совсем нет воображения.

— Вряд ли этому можно научить. Такое умееттолько Люк.

Лиза посмотрела на шею подруги и нахмурилась:

— Знаешь, от ваших игр у тебя царапины остались… Хочешь замазать?

Фейт пробежала пальцами по красным следам и улыбнулась:

— Лиз, ты даже не представляешь, как это приятно…

— Повезло тебе, подцепила европейского парня, — заметила Лиза. — Очень повезло.

Они вышли, и я рухнула на пол, тяжело дыша. Боль и жажда, терзавшие меня, не проходили. Моя вампирская натура стремилась проявить себя и не желала успокаиваться.

Люциус… Что же ты делаешь?