Пленница Дракулы - Швайкерт Ульрике - Страница 85

Будапешт

Латона приказала извозчику остановиться за два дома от нужного ей здания и вышла из кареты. Нет, эта местность ей не нравилась, Учитывая то, какое сейчас было время, приличной девушке не стоило появляться здесь в одиночку. Латона ясно прочитала это во взгляде кучера, который теперь, наверное, считал ее грабенской нимфой — так венцы называли женщин, предлагавших себя мужчинам за деньги. Но Латону это не волновало. Другой страх сковывал ее шаги. Перед ней стоял окутанный тишиной и мраком дом с привидениями. Внешне он ничем не отличался от других небольших и простоватых городских зданий, и все же этот дом окружала особая аура, от которой волосы на затылке девушки вставали дыбом.

— Чушь, — тихо сказала себе Латона. — Ты просто в очередной раз ввязываешься в необычную историю. Ну же, не валяй дурака!

Нет, Латона была не робкого десятка, и ей пришлось уже многое повидать и пережить. Поэтому девушка собралась с духом и решительно направилась к дому, где ее ждали всего лишь несколько неупокоившихся душ и парочка вампиров. При этой мысли Латона истерически засмеялась.

Сеймоур сказал, что он доверяет слуге из клана Фамалия. Теперь, когда Латона стояла у двери, она подумала о том, что ничто не помешает вампиру насладиться теплым ужином, добровольно пожаловавшим к нему в дом. На мгновение уверенность Латоны пошатнулась. Решив не дожидаться, когда ее покинут остатки мужества, девушка быстро постучала в дверь.

Ответа не последовало. Видимо, вампиры еще не проснулись или покинули дом, чтобы утолить жажду крови. Значит, ей придется самой забирать Сеймоура из госпиталя.

Хотя Латона так и не услышала шагов, дверь неожиданно распахнулась, и девушка увидела перед собой красивого, ухоженного мужчину с длинными белыми кудрями, перевязанными бархатной лентой. Его брови вопросительно приподнялись.

— Сударыня?

— Вы слуга семьи Фамалия?

Если вампира и поразили слова девушки, то он выдал это лишь тем, что его брови поднялись еще выше.

— Почему вас это интересует, госпожа Латона?

Она вздохнула.

— Ну, раз уж вы признались, что знаете меня, я думаю, что мы можем оставить эти игры и перейти к делу. Ваш адрес дал мне друг.

— Чей друг, ваш или мой? — поинтересовался вампир.

— Он утверждает, что он ваш друг. Его зовут Сеймоур, и он лежит в госпитале с ожогами и переломом ноги.

— И он послал вас ко мне?

Латона покачала головой.

— Нет, но когда он заговорил о вас, я подумала, что вы могли бы помочь мне незаметно забрать его из госпиталя, прежде чем наступит полнолуние и он превратится в волка. Чуть выше по улице меня ожидает фиакр. Может, вы будете так любезны и согласитесь поехать со мной?

Фамалия помедлил с ответом.

— Я не могу оставить дом. Я…

Донесшийся с лестницы женский голос заставил его вздрогнуть.

— Хиндрик? Где вы? Эта жажда сводит меня с ума. Помогите мне. Сделайте что-нибудь!

Вампир закатил глаза, но обернулся на этот голос. Сгорая от любопытства, Латона сделала шаг вперед и заглянула в темный дом. Лишь когда скрывавшаяся там незнакомка дошла до последней ступени лестницы, свет фонаря упал на ее лицо и Латона смогла рассмотреть ее черты. Неужели это возможно? Вполне вероятно, что она никогда не встречала эту девушку. Но Латоне казалось, что она уже не раз натыкалась на подробное описание этого лица в газете. Все сходилось. И это объясняло, почему полиция нашла в ее комнате следы крови, но не обнаружила тела, хотя все указывало на то, что она стала жертвой преступления! Или нет? Латона продолжала с растущим интересом рассматривать вампиршу.

— Добрый вечер, сударыня Кларисса фон Тодеско.

Вампирша уставилась на Латону, затем сердито покачала головой.

— Да, когда-то я была ею. А теперь я стала отвратительным порождением ночи, которое питается чужой кровью. Я не знаю, кто вы и как вас зовут, но чувствую запах вашей сладкой теплой крови, и мне ужасно хочется наброситься на вас и вцепиться зубами вам в горло.

Латона не могла понять, шутит Кларисса или говорит вполне серьезно, но на всякий случай сделала шаг назад. Хиндрик вздохнул и схватил вампиршу за запястья.

— Вот этого вы как раз и не станете делать, госпожа Кларисса. Говяжья кровь неплохо укрепляет ваши силы, к тому же вам пока запрещено охотиться в одиночку.

Кларисса повернулась к Латоне.

— Слышите, что он говорит? Меня поят говяжьей кровью! Во что они меня превратили? А ведь я так доверяла Лучиано! Я отдала ему свое сердце и поклялась, что пойду за ним куда угодно, хоть на край света.

Кларисса покачала головой, словно сама не понимала, как такое возможно.

— Но, обещая это, вы, конечно же, не думали, что события могут принять такой поворот, — с сочувствием сказала Латона.

— Вы не знаете, о чем говорите, — вспыхнула Кларисса. Она сделала шаг вперед — приблизиться еще больше ей не позволял Хиндрик, все еще сжимавший ее запястья. — Или знаете? — задумчиво продолжила вампирша и громко втянула в себя воздух, принюхиваясь к девушке.

Когда Кларисса снова повернулась к Хиндрику, на ее лице появилось озадаченное выражение.

— Она отмечена особым знаком. Я чувствую что-то в ее крови. Какой-то вампир уже кусал эту девушку и пил ее кровь. Разве такое возможно?

Хиндрик кивнул.

— Да, так и есть. Вам нужно научиться доверять своим инстинктам и чутью. Теперь вы видите и чувствуете гораздо больше, чем раньше, когда были человеком. Вы очутились в новом захватывающем мире, который может предложить вам много интересного, если вы готовы смириться со случившимся и принять свою судьбу.

— А разве у меня есть выбор? — с горечью спросила Кларисса.

— Выбор есть всегда, — мягко ответил Хиндрик. — Однако ваша новая вампирическая сущность пока еще кажется вам слишком непривычной и пугающей, чтобы можно было позволить вам принимать самостоятельные решения. Я пообещал Лучиано, что буду заботиться о вас, пока он не вернется из путешествия, и не собираюсь нарушать свое слово. Я решил ни на минуту не оставлять вас без присмотра. Из-за этого я оказался в затруднительном положении. Как я могу поехать вместе с мисс Латоной в госпиталь, чтобы забрать оттуда Сеймоура, и одновременно следить, как бы вы не натворили глупостей и не сбежали отсюда, решив вернуться в прежнюю семью?

— Может, нам взять Клариссу с собой? — предложила Латона, но Хиндрик сразу же отмел это предложение.

— Нет, это не самая удачная мысль. Мы не можем взять ее в госпиталь. Нам нельзя привлекать к себе лишнее внимание. Что, если она всполошит всех врачей и медсестер? В карете мы ее тоже не можем оставить. К тому времени как мы вернемся, она еще, чего доброго, выпьет всю кровь из нашего бедного кучера. Это зрелище может заинтересовать случайных прохожих, а нам лишние свидетели ни к чему.

Кларисса гневно топнула ногой.

— Не говорите обо мне так, словно я неуправляемая, взбалмошная особа.

Губы Хиндрика растянулись в широкой усмешке.

— Если говорить о вашем характере после превращения в вампира, то вы и есть неуправляемая, взбалмошная особа, поэтому я сейчас отведу вас в подвал.

Кларисса закричала и попыталась вырваться, но Хиндрик еще крепче сжал ее запястья и повел девушку вниз по лестнице. Затем Латона услышала грохот, и через минуту Хиндрик появился перед ней уже без вампирши.

— Пойдемте? — сказал он и вежливым жестом указал на дверь.

Латона кивнула и, взяв Хиндрика под руку, вернулась к карете.

Они забрались внутрь и приказали кучеру отвезти их к госпиталю.

Девушка и вампир сидели друг напротив друга и молчали. Латона не понимала, почему она его не боялась. Да, ей было ничуть не страшно сидеть в карете с малознакомым вампиром. Но в то же время отсутствие страха радовало девушку. Разве не говорят, что именно страх жертвы больше всего подстегивает хищника? То же касалось и вампиров, по крайней мере так утверждал дядя Кармело. Думая об этом, Латона украдкой взглянула на Хиндрика.