Пленница Дракулы - Швайкерт Ульрике - Страница 113

Франц Леопольд с широко распахнутыми глазами приближался к невидимому барьеру. От него в разные стороны посыпались искры. В воздухе запахло горелым, и Дракас услышал, как потрескивают его перья, но ему удалось целым и невредимым пройти сквозь эту преграду. Это было похоже на грозу за миг до того, как ударит молния, но все три наследника преодолели защитные чары.

Разве это не абсурд? Вампиры используют церковные святыни, чтобы справиться с могуществом другого вампира! Наследники не могли придумать ни одного иного средства, которое способно было одновременно защитить их и навредить повелителю.

Франц Леопольд сразу направился к окну, которое вело в комнату покойной супруги Дракулы. Долетев до стены донжона, он вцепился в нее когтями, сложил крылья и проскользнул в узкую щель. Лучиано и Алиса последовали за ним. Пришло время узнать, права ли была Фамалия, предполагая, что Дракула будет держать Иви здесь. Так быстро, как только позволяли его когтистые лапы, Франц Леопольд пробрался сквозь толстую стену и заглянул в комнату.

Алиса не ошиблась. Иви лежала на кровати в прекрасном белом платье, с венком и фатой на голове, словно невеста — невеста на смертном одре! Бледная и неподвижная, со сложенными на груди руками и закрытыми глазами, вампирша выглядела так, будто заходящее солнце забыло пробудить ее от дневного оцепенения.

Но ведь этого просто не могло быть! Или могло? Неужели Иви до последнего оказывала сопротивление Дракуле и повелитель, разгневавшись, уничтожил ее?

Но нет, телу Иви было более сотни лет. Оно бы сразу распалось, если бы существующего в нем вампира уничтожили.

«Что с ней? Что он с ней сделал?»— в один голос спросили Лучиано и Алиса, ворвавшиеся в комнату следом за Францем Леопольдом.

«Не знаю, — ответил Дракас, — я как раз хочу это выяснить».

Франц Леопольд связал свой разум с сознанием Алисы и Лучиано, чтобы они могли слышать, как он пытается мысленно докричаться до Иви, но, похоже, ему это не удавалось. Во всяком случае она была не в состоянии что-нибудь ответить венцу.

«Дракула держит Иви в невидимых тисках своего разума, которые медленно, но безжалостно душат ее. Если повелитель и дальше будет это делать, может случиться так, что он уничтожит Иви еще до того, как ему удастся сломить ее волю. А значит, чтобы спасти нашу Лицана, нам нужно обязательно стряхнуть с нее эти невидимые оковы».

«Мы и вправду собираемся это сделать?»— внезапно спросила Алиса, и в ее голосе прозвучало отчаяние. Что, если своими экспериментами друзья лишь навредят Иви? Что, если каким-нибудь неосторожным действием они уничтожат и без того истощенный разум вампирши?

«Этого не случится, — пообещал Франц Леопольд. — Давайте попробуем. Время не ждет. Люди не смогут бесконечно отвлекать повелителя своими фейерверками».

Дракас снял с шеи распятие, зажал цепочку, на которой оно висело, в клюве, порхнул к кровати и положил его на грудь Иви. Алиса и Лучиано сделали то же самое. Сгорая от волнения, друзья смотрели на Лицана, стараясь понять, не изменилось ли что-нибудь.

В комнате и вправду начало происходить что-то странное, но не с Иви, а с Лучиано! Он захрипел и, вскрикнув от боли, свалился вниз. Вздрагивая всем телом и задрав лапы вверх, Лучиано катался по полу рядом с кроватью. У Франца Леопольда не было времени спросить, что случилось. Дракас даже удивиться не успел, как мощная волна боли захлестнула и его, заставляя корчиться в судорогах. Алиса чувствовала себя ничуть не лучше друзей. Казалось, ярость повелителя заполнила всю комнату. Франц Леопольд вытянул шею и ухватился клювом за одно из распятий. Он попытался сосредоточиться на священном символе и наполнить разум его аурой. Боль отступила, и венец с трудом, но все же поднялся на ноги.

Внезапно раздался многоголосый клич. Долина наполнилась возгласами, которые смешивались с воем огромной стаи волков. Что, черт возьми, происходило?

Франц Леопольд набросил цепочку с крестом себе на шею, подлетел к окну, протиснулся наружу и устремил взгляд на раскинувшуюся внизу долину.

«Что там творится? Ты что-нибудь видишь?»— спросила Алиса, после того как тоже повесила распятие на шею.

Францу Леопольду понадобилось время, чтобы прийти в себя после увиденного и ответить вампирше.

«В долине целая армия каких-то существ. Двуногих, похожих на людей, окруженных стаей волков и воронов, но ни от кого из них не исходит теплая аура живой крови!».

«Войско оживших мертвецов? Вампиров? — озадаченно переспросил Лучиано. — Но кто они и что им тут нужно?».

« Не знаю, но они пришли сюда явно не для забавы, — ответил Франц Леопольд. — Сейчас, я попытаюсь уловить их мысли. Одно могу сказать наверняка: их окружает целое облако…».

«Ненависти!»— закончила мысль венца Алиса, которая тоже почувствовала ее.

« Да, ненависти и кровожадной ярости. Это Упири, седьмой клан вампиров из Трансильвании».

«И они собираются уничтожить повелителя?»— недоверчиво спросил Лучиано.

«Нет, не его, а Иви!».

Наследники в ужасе переглянулись.

«Ты уверен?»— спросила через несколько секунд Алиса.

«Да, их ненависть направлена на Дракулу, который, по мнению Упири, предал их, и они требуют у повелителя выдать им Иви чтобы они могли уничтожить ее. Если Дракула не сделает этого, они собираются всем своим войском выступить против него. Упири не допустят, чтобы он основал вместе с Иви новый, более сильный клан вампиров. Ведь если это произойдет, Дракула снова будет управлять ими».

«Он собирается выдать им Иви?»— робко спросила Алиса, но Францу Леопольду не пришлось отвечать на этот вопрос. Стены крепости содрогнулись до основания, когда старый вампир принял вызов Упири и набросился на первые ряды их войска.

«У Дракулы есть шансы победить в этой схватке? — спросил Лучиано. — Сколько их там?».

Франц Леопольд опустил голову, всматриваясь.

«Их где-то около сотни. Но прислушайтесь к волчьему вою, который доносится из леса. Думаю, повелитель тоже не один. Демоны преисподней. Дракула раздирает своих противников на кусочки, словно кучку бумажных фигурок, и молниеносно меняет свой облик!».

Несмотря на ненависть к повелителю, венец не мог не восхищаться его силой. Стон, долетевший до друзей от кровати, заставил их вспомнить о том, зачем они здесь.

«Быстрее, продолжаем. Вероятно, повелитель сейчас слишком занят битвой и немного отвлекся от Иви».

Дракас снова отлетел от окна и сел на кровать.

«Иви, ты слышишь меня? Мы тут! Твои друзья рядом с тобой. Мы пришли, чтобы освободить тебя, но ты должна нам помочь. Борись вместе с нами. Попытайся стряхнуть с себя невидимые оковы, в которых повелитель держит твой разум. Ты должна сопротивляться его давлению».

Франц Леопольд остановился и прислушался к сознанию Иви.

«Ну что?»— нетерпеливо спросила Алиса.

«Ничего», — покачал головой орел. Своим острым клювом он отцепил от лапы небольшую бутылочку, которую привязал к ней ван Хельсинг, вытащил пробку и побрызгал прозрачной жидкостью над Иви, неподвижно лежавшей посреди кровати в белом подвенечном платье. Жидкость тихо зашипела и начала испаряться, но кожа вампирши оставалась такой же безупречной. На какой-то миг наследники испугались, что их замысел не удался, но в ту же секунду воздух в комнате содрогнулся от чудовищного крика. Ледяной ветер пронесся над кроватью, перья орлов растрепались, а сами они чуть не отлетели к стене. Туловище Иви рывком поднялось над кроватью и начало содрогаться в конвульсиях, затем вампирша распахнула глаза и закричала еще сильнее. Застывший взгляд ее ничего не видящих глаз был направлен вдаль.

«А теперь просфора!»— воскликнула Алиса. Она подлетела к Иви, сорвала со своей лапы небольшой узелок и вытащила из него маленькую неприметную лепешку. Орлица вздрогнула всем телом, когда взялась клювом за самое святое, что могла предложить ей Церковь. Одним прыжком Фамалия оказалась на плече Иви и вложила просфору ей в рот.