Беглая невеста - Алюшина Татьяна Александровна - Страница 21

– Не ошибаетесь, утром за вами с подругой придут полицейские, – так же спокойно объяснил он.

– Так! – выдохнула она.

Одно дело предполагать и что-то там чувствовать и бояться, а совсем другое, когда твои опасения подтверждаются. Совсем другое!

Но она быстро справилась с собой, со страхами и начинающейся паникой, накатывающей волнами.

– А почему я должна вам верить? – выказала подозрение осторожная Аглая. – Вы с таким же успехом можете оказаться тем человеком, который под видом помощи преследует совсем иные, далеко не благородные цели.

– С очень даже большой вероятностью, – кивнул без особых эмоций мужчина. – Но если других помощников нет, придется вам довериться мне.

– Я вполне могу самостоятельно взять такси и уехать, – заверила Аглая.

– Такси – это плохая идея, – покачал головой Глеб Егорович. – Во-первых, водители могут быть предупреждены о вас, а во-вторых, они сдадут вас, когда их спросят, а если в этот момент вы будете находиться в салоне машины, вас просто привезут обратно. А спросят по рации всех таксистов сразу, как только обнаружат, что вас нет.

– И во сколько это случится?

– Аглая!.. – видимо, немного раздражаясь от необходимости что-то объяснять, надавил он тоном. – Часов в шесть утра вас с подругой придут арестовывать по заявлению уважаемого человека, пока до выяснения обстоятельств. Давайте поторопитесь, я выведу вас из отеля и отвезу в аэропорт. Обещаю рассказать все подробно по дороге.

Надо бы поблагодарить бога за неожиданную чудесную помощь и мотать, послушавшись дельного совета добровольного помощника, но Глашка не могла…

– Я не могу ее так бросить, – сказала она, вздохнув для храбрости поглубже, и махнула рукой в сторону кровати, где спала Катька.

– Она вас подставила и, как я понимаю, уезжать вместе с вами отказалась, – напомнил Глеб Егорович.

– Да, она не самая умная девушка, но бросить ее просто так, одну, зная, что утром за ней придет полиция, я не могу, – вздохнула совсем тягостно Аглая, как в грехе каком призналась.

– Хотите остаться с ней? – прищурившись, спросил он с нажимом.

– Нет, – покачала головой Глашка. – Но надо что-то придумать!

– Мы не можем тащить ее с собой, – объяснил спаситель ровным, но твердым тоном. – Мы не сможем выйти из отеля незамеченными, да и в таком состоянии ее ни в один самолет не пустят. А вы потеряете драгоценное время и рискуете не успеть.

– Я понимаю, – удрученно произнесла Глашка, и вдруг ее осенило. – Я знаю, что делать! В соседнем номере проживают двое мужчин из Курска, один с Катькой даже заигрывал. Давайте ее туда перетащим!

– И как вы себе это представляете? – весело поинтересовался Глеб Егорович. – Постучимся к нему в номер и предложим: возьмите!

– Нет, конечно! – ответила она и «порадовала» решением: – Если они в номере, то я объясню им ситуацию и попрошу взять Катьку хотя бы на ночь, а если их нет, тоже нестрашно. У них всегда балкон открыт, я перелезу к ним через балкон, открою дверь номера, и мы ее перенесем туда!

Он посмотрел на нее крайне заинтересованно, словно макаку в зоопарке рассматривал, усмехнулся и спросил:

– Знаете, вы странная, вам никогда об этом не говорили?

– Да миллион раз! – обрадовалась Глашка и вернулась к обсуждению своего плана: – Ну что, поможете?

– А что это даст? Ну, не найдут ее утром, но из номера ей придется выходить, разыщут через несколько часов, и результат тот же – арестуют.

– У нас рано утром экскурсия в Иерусалим, кстати, соседи тоже в ней участвуют. Катька, конечно, идиотка, но не дура окончательная. Вдруг она сообразит, что делать. Может, останется в Израиле? Пусть ее там задержат и депортируют в Россию.

– Это вряд ли. Израильтяне просто переправят ее обратно в Египет с другой экскурсией.

– Возможно, и так, но хоть какой-то шанс у нее будет! – настаивала Аглая. – Вы поможете?

– С полным и глубоким неудовольствием, – согласился он. – А через балкон полезу я.

Они вышли на балкон, у соседей свет не горел. Глеб Егорович одним плавным движением перемахнул через перила и вошел в номер. Глашка понеслась к двери, приоткрыла, посмотрела-проверила, нет ли кого в коридоре, – никого, народ либо спит, либо развлекается вовсю. Щелкнул замок соседней двери, и Глеб Егорович, прикрыв дверь не до конца, быстро прошел в номер к Аглае.

– Один мужчина спит, приблизительно в таком же состоянии, как ваша барышня. В самый раз подбросить ему такой сюрприз – и не заметит. Ну что, вы не передумали? Начнем транспортировку?

Она не передумала. Он помог быстро собрать и затолкать в чемодан Катькины вещи, Глаша проверила в ее дамской сумочке паспорт, билет, деньги. Глеб Егорович подхватил на руки бесчувственную Куницыну, Аглая шла впереди, проверяя, нет ли людей в коридоре и быстро открывая и закрывая двери по пути следования.

Куницыну уложили на пустующую кровать, чемодан пристроили рядом, а сумочку Аглая сунула ей под подушку.

– Сильно смахивает на комедию положений, – дал оценку эвакуационным мероприятиям Глеб Егорович, когда они вернулись в номер, – или на фарс.

– Простите, но я не могла бросить ее, не попытавшись хоть что-то сделать! – покаялась Глашка. – И спасибо вам!

– Идемте, Аглая, мы и так слишком много времени потеряли. Проверяйте, не оставили ли вы что-нибудь в номере, и быстрее, быстрее!

Он подхватил одной рукой ее чемодан, другой взял Аглаю за руку и так и не выпускал все время. Они спустились на первый этаж на лифте для обслуживающего персонала, и через какие-то двери, служебные помещения, проходы Глеб вывел Аглаю на задние дворы отеля. И как-то так замысловато повел, что вскоре они оказались возле автостоянки за территорией отеля, не проходя через главные ворота. И еще дальше, метров через сто, остановился у машины с прокатными номерами.

– Садитесь, – пригласил Глеб Егорович, закидывая Аглаин чемодан в багажник.

– Зачем так сложно? – спросила Глашка, когда они отъехали от отеля. – Через кухни и подсобки?

– На всякий случай. Да и светиться под камерами наблюдения ни вам, ни мне не стоило.

– Кто вы, Глеб Егорович? – задала наконец самый важный вопрос Аглая.

Развернувшись на переднем сиденье к нему всем корпусом, она внимательно рассматривала загадочного спасителя.

А еще! Адреналин, конечно, гулял в организме в полное свое удовольствие, но не мешал ей чувствовать совсем уж странное состояние: этот мужчина ее завораживал! Интриговал страшно! И очень ей нравился! Вот такая нестыковочка, неуместная в данных обстоятельствах!

– Ваш соотечественник. Нахожусь здесь по служебным делам, – в привычной уже для нее, ровной манере объяснял он. – Понял, что девушка попала в неприятности, и решил помочь.

– Глеб Егорович, – даже как-то попеняла ему Аглая, – я, может, и не сильно умная, раз попала в переделку, но все же не Катя Куницына. Что значит: поняли, что девушка попала? Визуально обстановка казалась вполне спокойной, ну нахамила пьяная дамочка, но никто не возмущался, полицию не звал, все мирно и благополучно разошлись. И откуда вы узнали, что утром за нами полиция придет?

– Да, – ухмыльнулся он, – не Катя Куницына. Я слышал, о чем говорил хозяин с продавцами и какие распоряжения отдал на ваш счет.

– Вы владеете арабским языком? – с некой долей восхищения спросила-утвердила она.

– Я владею арабским языком, – подтвердил спаситель и, не дожидаясь дальнейших вопросов, приступил к объяснениям: – Понимаете, Аглая, дело не в Кате. Вернее, не совсем в Кате. Неадекватных пьяных русских туристок тут хватает более чем. На то, как они себя ведут, стараются не обращать внимания – для египтян эти женщины никто, они брезгуют с ними даже связываться. Полицию вызывать, наказывать – это что-то вроде как испачкаться. Этот Ахмед, он бы вашу Катю просто не заметил, это ниже его статуса, но он заинтересовался вами. Вы относитесь к тому типажу женщин, от которых арабские мужчины приходят в восторг, – светловолосая, белокожая европейка с голубыми глазами, высокая, стройная, молодая. При обычных обстоятельствах он бы полюбовался вами, может, какой-нибудь ухаживающий красивый жест сделал, намекнул на отношения, но ничего серьезного предпринимать без вашего согласия не стал бы. А тут такой прекрасный повод заполучить девушку в полное свое владение. Закон вы нарушили, причем публично, причем не только уголовный, но и социально-религиозный. На его стороне все права. И этот шанс он не собирается упускать.