Дикие - Конран Ширли - Страница 119

— Я… не могу… двигаться, — еле проговорила, задыхаясь Анни. Больших усилий ей стоило дышать, не говоря уже о разговоре. Она застыла, почти парализованная страхом.

Уговорить ее спуститься Сюзи не могла. Ругаться тоже. Она не могла заставить Анни пошевелиться или заговорить. У той было головокружение. Колени ее дрожали так сильно, что каждый раз, когда они стукались друг о друга, это движение срывало целые куски земли и несло их вниз.

Сюзи посмотрела на реку. В этом месте она была глубокой и узкой, быстротечной и шумной. Придется ей перебраться через эту проклятую воду, пока человек еще не пришел в себя достаточно, чтобы потянуться к ружью.

Она решила воспользоваться рогаткой, целясь в его голову, но поток в этом месте достигал в ширину около восемнадцати футов, а она была самым плохим стрелком в лагере. Она села на берег и опустила в воду ноги. Она только собралась соскользнуть боком в реку, как внезапно резко крик прекратился.

— Прошу тебя, Боже, пусть он умрет, — молилась Сюзи. Она взобралась обратно на берег к тому месту, где, словно приклеившись к скале, замерла Анни.

— Я иду к тебе, — мягко проговорила Сюзи и начала взбираться.

Добравшись до Анни, Сюзи успокаивающе сказала:

— Обопрись правой рукой о мое плечо. — Задача состояла в том, чтобы заставить Анни снова двигаться.

— Не могу, — хныкала Анни, — боюсь упасть.

— Ладно, я подожду. Но ты ничего не потеряешь, если попробуешь, — сказала Сюзи. Она не хотела говорить, что Анни так или иначе упадет. Не могла же она держаться так вечно.

Семь минут обе женщины висели бок о бок на скале над ущельем.

— Надо спуститься вниз до наступления ночи, — предупредила Сюзи, имея в виду, что и в этом случае Анни упадет.

Медленно Анни оторвала от скалы свою негнущуюся руку и ухватилась за левое плечо Сюзи.

— Теперь ставь свою правую ногу на мою левую, как на опору, — ободрила Сюзи.

На этот раз прошло только две минуты, прежде чем сдвинулась правая нога Анни.

Медленно, сначала Сюзи, продвигаясь на несколько дюймов вниз, а за ней Анни, они спускались по склону, пока не достигли дна.

Глядя на пепельного цвета лицо Анни, Сюзи немедленно перестала ее подбадривать. Она резко сказала:

— Сейчас нельзя падать в обморок, Анни. Надо разделаться с этим ублюдком. — Она повернула голову и взглянула на тот берег реки, где лежало безжизненное тело в хаки. — Если повезет, возиться не придется. Мы добудем еще одно ружье. Быстро переберемся, нам необходимо вернуться до темноты.

Они пересекли реку вплавь бок о бок, при этом Анни оказалась лучшим пловцом.

Выбравшись наверх сквозь кустарник на другом берегу, она сказала:

— Я не могу подползти к нему.

Сюзи видела, что спорить бесполезно. Ловкая, словно обезьяна, она вскарабкалась по скале наверх. Осторожно поставила ноги в устойчивое положение в двух футах от человека. Он лежал на спине, голова его болталась, свешиваясь с выступа.

Быстро Сюзи вытянула из-под неподвижного тела ружье. Это был еще один «АК-47».

Она подержала руку над его лицом. Да, он все еще дышал.

— Ублюдок жив, но без сознания, — тихо передала она Анни. Тем не менее, Сюзи подвинулась вправо на ярд. Он мог притворяться. Он мог ее схватить. Не хотелось оказаться его заложницей.

Подтягиваясь с помощью кустарника, Сюзи взобралась выше тела. Удерживаясь обеими руками, она левой ногой грубо пихнула его, пытаясь сдвинуть с места и заставить Скатиться вниз к Анни.

Человек не двигался.

Она ударила его в подбородок. Он соскользнул и пролетел на несколько футов с обрыва, но не до дна.

Она спустилась и снова ударила. Потом еще. Было гораздо труднее, чем она ожидала. Снова и снова ее нога касалась безжизненной податливой плоти.

Внезапно человек соскользнул и покатился по камням, упав на спину у самых ног Анни.

За ним быстро спустилась Сюзи.

— Пристрелим его, — сказала она Анни, которая держала его ружье. — Можем воспользоваться его же ружьем.

Анни посмотрела на облаченное в хаки тело. Смуглое лицо солдата было молодо, нос кровоточил, так же как и щеки, в том месте, где камни их поцарапали.

Анни сказала:

— Ему, наверное, столько же лет, сколько моему Фреду.

— Брось, Анни, не время для проявления чувств.

— Я не могу его убить, Сюзи.

— Тогда это сделаю я, — огрызнулась Сюзи, выхватила ружье и приставила дуло к голове человека.

Анни ждала, ужасаясь последствий. При выстреле голова бы разорвалась и превратилась бы в нечто кровавое и жуткое.

Сюзи отвела ружье.

— Я тоже не могу.

Они посмотрели друг на друга. Трусихи. Никто не смог.

Сюзи сказала:

— Помнишь, что как-то сказал Джонатан? Что весь ужас в том, чтобы использовать для убийства руки? Помнишь, он сказал, что нажатие на курок отдаляет от действия и уменьшает чувство ужаса? Анни кивнула.

— Он ошибался. Анни кивнула еще раз.

— У меня идея получше, — сказала она. — Возьмем его в плен и пусть строит плот вместо Сильваны. Даже с поврежденной рукой Сильвана сможет держать его под прицелом.

Сюзи стало легче.

— Но мы все равно заберем его одежду! — Она, прицениваясь, посмотрела на его сапоги, рубашку и брюки, словно крестьянка, приглядывающая товар на базаре. — Завяжем-ка руки за его спиной.

Пользуясь ремнем от ножа Анни, они туго связали руки пленника. Воспользовавшись его островерхой кепкой, Сюзи принесла немного воды из реки и выплеснула ее на лежавшего без чувств человека, прямо в лицо.

Через какое-то время человек издал протяжный стон. Вздохнул, закашлялся и открыл глаза.

Медленно взгляд его сосредоточился. Он увидел женщин над собой и ухмыльнулся.

Сюзи сильно ударила его под ребра — но очень сильно в ее резиновых кедах это было сделать трудно.

— Убери со своего лица эту улыбочку и поднимайся.

— Ладно, ладно, все хорошо, — быстро сказал пленник. Сюзи прикрикнула:

— Эй, ты, заговорил по-английски! На ноги! Пленник попытался встать, но явно не мог этого сделать. Сюзи подбадривала его тем, что продолжала тыкать до тех пор, пока, неуклюже, ему не удалось встать. Он стоял и качался перед ними.

— Что ты делал в этой части леса? — спросила Анни. Пленник содрогнулся.

— Шел гулять. Потерялся.

— Думаю, более удобоваримую ложь он не мог придумать, — сердито сказала Сюзи. Пленник вновь содрогнулся.

— Это правда.

Оказалось, то, что он говорил, было правдой. Лесные потоки петляли, словно змеи, путаясь и возвращаясь к тому же месту. Если ты пересекал один такой поворот петли, затем еще один, казалось, что это два разных потока, но на деле получалось, что ты на том же берегу, с которого начинал, только чуть дальше. Так и поступил этот человек. Он и не подозревал, что так далеко ушел на юг. Пока он не дошел до веревочного моста, он все еще думал, что возвращается в казармы.

— Не подходи к нему слишком близко, — предупредила Сюзи Анни и указала на тропинку у реки, которая вела к морю. — Двигайся.

— Ладно, ладно, все отлично, — пробубнил пленник. Он начал медленно ковылять по тропе, спотыкаясь о камешки и мелкие валуны. Затем остановился и обернулся к женщинам.

— У меня повреждена нога.

— Жаль, — сказала Сюзи. — Двигай! Человек проковылял еще несколько шагов, упал на колени и лишился чувств, кулем свалившись к их ногам. Сюзи проворчала:

— Какая несправедливость. Я только начала обретать силу.

— Не думаю, что мы справимся с этим сами, — сказала Анни. — Сторожи его, а я позову Пэтти и Кэри.

Анни возвратилась в лагерь и привела с собой Пэтти и Кэри, чтобы помочь дотянуть своего пленника. Четверо женщин полунесли, полутащили его вниз по течению, к месту, где река делалась шире, но берега были высотой лишь в несколько футов.

На противоположном берегу они убрали поросль, чтобы Сюзи набрала воды. В этом месте все они переплыли реку. Кэри плыла на спине, держа перепуганного человека поперек своей груди, левой рукой ухватив его за подбородок.