Крестовый поход машин - Герберт Брайан - Страница 62

Он вспомнил, как много раз подлетал к этой планете на своем «Мечтательном путнике». Перелистав гроссбух памяти, он мысленно увидел себя и независимого робота Севрата, увидел, как они приближаются к колыбели человечества, к центральной планете Омниуса. Плетение городских огней, яркая сеть огней заводов, цивилизация никогда не оставляли Вориана равнодушным. Но сейчас ничего там не блестело. Двадцать пять лет прошло после термоядерного пожара, и планета до сих пор выглядела мертвой. Возможно, когда-нибудь Земля снова станет обитаемой, но пока что это был только шрам на месте раны, которую люди нанесли мыслящим машинам и… самим себе.

Здесь провел Вориан возраст своего становления, здесь он внимательно читал мемуары своего отца, впитывая извращенную версию истории генерала-кимека. Потом Серена Батлер показала ему, что жизнь его полна искажениями и откровенной ложью. Он бежал, и это бегство стало его вторым рождением.

Начав новую жизнь свободным человеком в Лиге Благородных, Вориан был очарован человеческой историей. Он читал летописи древнего человечества и запомнил истинного Агамемнона, древнего полководца, который воевал с троянцами, как записано было в «Илиаде» Гомера.

Изучая источники, Вориан старался отделить историю от мифа, точную информацию от легенды. Но иногда даже сказания сомнительной точности могли породить интересные идеи. Изучая деяния первого Агамемнона, он был особенно заинтригован рассказом о троянском коне…

Ученые Лиги не поняли бы его действия – или начали бы проводить бесчисленные тесты, но такую роскошь нельзя позволить себе в военное время.

Охваченный ностальгией и одновременно решимостью, Вориан оставил Землю позади и направился к месту своего истинного назначения. Следуя траектории, некогда пройденной им вместе с кораблями Армады Лиги по пути к Земле, он вылетел на окраину Солнечной системы. Тогда он был еще всего лишь недавним перебежчиком, которому не слишком доверяли. Но он решился нарушить приказ и погнался за кораблем с копией Омниуса, который пытался ускользнуть. Вориан догнал тот корабль, дезактивировал его капитана-робота и оставил судно дрейфовать в космосе… на двадцать пять лет.

Теперь Вориан принялся искать следы давно потерявшего управление корабля, сканируя районы, где вдали от солнечного света, среди остатков комет и космической пыли он продолжал свой бессмысленный путь.

– Не прячься от меня, Железный Умник, – произнес он мысленно. – Выходи, поиграем.

Сейчас Вориан ругал себя за проявленную тогда непредусмотрительность. Что стоило установить здесь маяк; но теперь пришлось всерьез заняться вычислениями, определяя возможные орбиты корабля. Не жалея времени, он прочесывал разреженную пустыню пространства. Наконец вблизи рассчитанного им места он заметил характерный силуэт корабля роботов.

– Ага, вот ты где.

Улыбаясь, Вориан подогнал свое судно к кораблю роботов и умело соединил оба корабля. В Зимии он много месяцев работал с пленным Омниусом, добавляя хитрые циклы, ошибки и расставляя виртуальные мины. Исходная серебристая гель-сфера находилась рядом с ним, украденная из кибернетической лаборатории. Теперь с ее помощью вся запрограммированная им зараза будет выпущена на Синхронизированные Миры.

Эту услугу окажет ему непреднамеренно его старый товарищ Севрат.

Вориан надел дыхательную маску и вошел в ледяную замороженную атмосферу парализованного корабля с обновлениями. Робот, похожий на человека с медной кожей, выведенный из строя, когда Вориан воздействовал на него скремблером, должен и сейчас находиться на борту.

В момент своей измены Вориан испытывал неловкость. Севрат был ему верным товарищем, странным, но искренним другом во многих путешествиях. Но, хотя Вориан до сих пор питал к этому роботу слабость, преданность делу Джихада была сильнее, поддержанная целеустремленностью и осознанием правоты дела человечества. При всех своих качествах Севрат был мыслящей машиной, то есть заклятым врагом рода человеческого… и Вориана Атрейдеса.

Оказавшись на борту, Вориан ощутил себя незваным пришельцем. Казалось, ему сопротивляется сам пронизанный жесточайшим холодом воздух, и Вориан двигался молча, боясь задеть хоть что-нибудь. Он не имел права оставить никаких признаков своего присутствия – ни одного отпечатка пальцев, ни одного следа подошвы. Вся внутренняя поверхность корабля искрилась инеем, вся влага в неподвижном воздухе превратилась в лед, но ни один шаг Вориана не отпечатался на рифленой металлической палубе.

В кокпите он обнаружил знакомый человекоподобный силуэт капитана, с которым Вориан так долго служил, пилот-робот, перевезший между планетами бесчисленное количество обновлений Омниуса. Севрат с тех пор так и остался недвижимым, в его медном лице, как в зеркале, отражался искаженный образ Вориана, смотревшего сквозь маску на независимого робота.

– Значит, ты меня дождался, – сказал Вориан, подавив укол ностальгии, промелькнувшей на краю сознания. – Боюсь, что оставил тебя не в слишком достойном положении. Ты уж прости, Железный Умник.

Он открыл секретный отсек, из которого двадцать пять лет назад выкрал обновление земного Омниуса. Вытащив серебристую гель-сферу из кармана, Вориан положил ее в гнездо, точно туда же, откуда извлек ее четверть века назад. Хотя ученые Лиги исследовали эту копию в течение всех двадцати пяти лет, Вориан тщательно очистил память компьютера от всяких воспоминаний об этих опытах. Даже само испорченное обновление не будет знать, что с ним произошло.

Коварно улыбаясь, Вориан запер и запечатал отсек хранения, тщательно проверяя, что не остается следов. Информация, содержащаяся в гель-сфере, будет выглядеть полностью допустимой, хотя и внесены в нее модификации такие, которые ни одна мыслящая машина сразу не определит.

Ненадолго мыли Вориана были омрачены беспокойством за Севрата. Что с ним будет, когда Омниус обнаружит те разрушения, что невольно доставил независимый робот. Он надеялся, что его не демонтируют тут же на месте со злости. Наверное, просто сотрут полностью ядро памяти. Грустный конец для столь достойного напарника… Зато Севрат забудет те до отвращения плохие анекдоты, которые все время рассказывал.

Может быть, Омниус снова поставит Севрата на ту же работу – если всемирный разум переживет тот хаос, что принесет старый Железный Умник. Жаль, что Вориан этого не увидит…

Наконец Вориан с большим удовольствием реактивировал системы робота, восстановив энергоснабжение выведенного из строя тела Севрата. Вориану хотелось подождать, поговорить со старым приятелем и научить играть в «Королевские лилии» или рассказать ему пару анекдотов про Омниуса, которыми солдаты армии Джихада скрашивали свой казарменный досуг. Но, конечно, это было невозможно. Через несколько дней робот проснется, полагая, что его гель-контурные системы постепенно восстановились.

Но к тому времени Вориан уже будет далеко отсюда.

Закончив дело, он вернулся на свой корабль. Это еще не скоро заметят, но Вориан Атрейдес был убежден, что только что нанес по Синхронизированным Мирам сокрушительный удар.

После стольких лет кровавого Джихада настало наконец время дать Омниусу нанести поражение самому себе. Ирония ситуации ощущалась почти на вкус…

Есть время атаковать, и есть время выжидать.

Из обновления корринского Омниуса

После оформленного должным образом публичного появления на Поритрине Иблиса Гинджо попросили подумать о поездке на Икс, где велись самые тяжелые бои. Лорд Бладд утверждал, что такое посещение поднимет моральный дух солдат Джихада, жертвующих жизнью ради победы.

Но Иблис с ходу отверг эту мысль, даже не став обсуждать ее с Йореком Турром. Для него нестабильная обстановка на Иксе была слишком опасной. Революция людей на этом Синхронизированном Мире, спровоцированная его же собственными профессиональными агитаторами из джипола, вспыхнула задолго до того, как туда должен был прибыть флот вторжения Джихада. Даже если силы людей одержат победу, на улицах будут лежать десятки тысяч мертвых тел. А если примеро Харконнен потерпит поражение, то убитых будет еще больше.