Крестовый поход машин - Герберт Брайан - Страница 39

И он не был разочарован. Когда она наконец появилась в дверях, щурясь от яркого света и недоуменно глядя на него, сердце его едва не выпрыгнуло из груди от радостного волнения.

– Норма! – Он обнял ее прежде, чем она успела его узнать. Поняв, кто он такой, она засмеялась и встала на цыпочки, чтобы обвить руками его шею.

Пепельные волосы крошечной женщины были в полном беспорядке, но глаза светились восторженным изумлением. Она выглядела старше Венпорта – видимо, регулярное потребление меланжи действительно замедлило процесс старения в его организме.

– Аврелий, ты получил мое письмо и приехал!

Хотя она сильно изменилась, Венпорт тотчас вспомнил ту девочку, с которой он столько раз бродил по джунглям Россака, изучая и собирая серебристо-пурпурные листья. Она посвящала его в свои идеи, а он использовал все рычаги своего влияния, чтобы публиковать и продавать ее математические трактаты. Когда Хольцман пригласил ее к себе на должность ассистента, Венпорт оплатил ее проезд на Поритрин. Зуфа Ценва всегда говорила, что им так хорошо вместе, потому что «недоделанные всегда находят радость в компании себе подобных». Улыбаясь, он шутливо потрепал ее по волосам.

– Жаждал услышать из первых уст о твоем волнующем новом открытии. Кроме того, мне надо уладить с лордом Бладдом недоразумение с плавающими светильниками.

Она повела его в свое обветшалое рабочее здание, и Венпорт последовал за ней не без душевного трепета. В большой комнате царил именно тот беспорядок, какой он и ожидал увидеть. Повсюду валялись бумаги с вычислениями и записями. В нише стоял маленький стол, окруженный подвесными стульями, расположенными в воздухе под весьма странными углами. На столе вперемешку с грязной посудой лежали планы работ и результаты вычислений. Норма принялась убирать со стола, чтобы освободить место, и Венпорт на правах друга и гостя бросился помогать ей.

У него быстрее забилось сердце, когда он обнаружил на столе пачку юридических документов и увидел имя, упоминавшееся в исковой жалобе. Эти бумаги были направлены Норме Ценве от адвокатов, представляющих интересы лорда Бладда и Тио Хольцмана.

– Норма, что это за бумажки?

– Не знаю, – рассеянно ответила женщина. Потом, приглядевшись, добавила: – А, эти? Так, ничего особенного.

– Эти извещения были посланы тебе почти год назад. Они угрожают тебе судебным преследованием, если ты оставишь работу у Хольцмана, особенно если ты при этом начнешь работать у меня.

– Да, да, кажется, действительно, что-то в этом роде. Я была тогда очень занята своими работами, а они находятся вне каких-либо юридических препон.

– Норма, моя дорога наивная Норма, в реальном мире нет таких идей и работ, которые находились бы вне юридических правил! – Лицо его вспыхнуло. – Тебе не следовало допускать, чтобы это дело тянулось так долго. Позволь, я позабочусь о нем сам.

Он сунул бумаги под мышку.

– О да, я буду тебе очень благодарна.

Венпорт всегда заботился о Норме как старший брат, а может быть, даже и больше. Его совершенно не волновали ни ее маленький рост, ни физические недостатки. В конце концов, он провел много лет в обществе идеально красивой, не имевшей изъянов и похожей на прекрасную статую матери Нормы, и нашел ее суждения беспощадными, а требования – к нему, к себе и ко всем окружающим – непомерными. Что касается Нормы, то у нее было гораздо больше плюсов, чем минусов. Самым привлекательным в ней был ее ум, а также приятное и располагающее отношение к людям.

Венпорт огляделся – ветхое жилье, устаревшее оборудование, стесненное пространство. Просто оскорбление для женщины, которая создала столько изобретений, приписанных савантом себе. Тусклое освещение, старая мебель, забитые до отказа полки. Он найдет для нее что-нибудь лучше, и очень скоро.

– Норма, я знаю, что ты не любишь использовать рабский труд, но мне придется поискать тебе домоправительницу.

– Меня все устраивает, пока я могу работать.

Мысленно он спросил себя, скольким он обязан Норме и насколько в нее верит. Закрыв глаза, он «прислушался» к собственному телу, к сердцу, к внутренним ощущениям. Ответ был очевиден.

Я должен ей помочь. Не важно, насколько коммерчески перспективна ее идея о свертывании пространства – он все равно пообещал себе, что освободит ее из рабства ученого эгоиста… даже если за это придется заплатить дорогую цену.

Аврелий Венпорт почти сразу понял, что одинаково презирает и лорда Бладда, и Тио Хольцмана.

За десятилетия поисков, разработки и доставки фармацевтических средств с Россака – дело, из которого возникла торговая империя Венпорта, – ему приходилось сталкиваться с неуступчивыми негоциантами, неприятными поставщиками и даже с громилами из правительства. Он никогда не испытывал неприязни к законным соперникам: их он всегда мог понять и с ними договориться.

Но у него был инстинкт понимания людей, и рядом с Бладдом и Хольцманом у него по спине ползли мурашки. Савант был откровенным мошенником, взошедшим к вершинам своей репутации по чужим спинам. А для лорда Бладда богатство было не способом возвеличить свой род, не средством заработать себе место в истории – оно было для него самоцелью.

Тем не менее Венпорту было необходимо добиться соглашения с этими людьми.

Подходя к длинному столу посреди комнаты с зеркальными стенами и фасетными светильниками – незаконно изготовленными, как отметил он мысленно, – Венпорт подумал, что это скорее банкетный зал, чем кабинет для деловых совещаний. Во главе стола сидел тучный лорд Бладд, утопая в роскошной одежде с длинными, дутыми рукавами – вряд ли особенно удобной. Длинные волосы вились мелкими кудрями, а лака на курчавой бороде было столько, что она казалась металлической.

Савант Хольцман щеголял в накрахмаленной официальной белой мантии, и чувствовалось, что она нравится ему больше лабораторного халата, который предпочел бы настоящий ученый. Остальные стулья занимали члены совета и юристы, представляющие Поритрин, суровые и воинственные.

Войдя в помещение в полном одиночестве, Венпорт бегло окинул выстроенные против него силы, тяжело вздохнул и сел на отведенное ему место за столом.

– Лорд Бладд, савант Хольцман! Я прилетел лично, чтобы решить дело, представляющее интерес для вас обоих. Я бы хотел открыто обсудить возможные решения нашего спора. – Он обвел взглядом присутствующих юристов. – Если вы будете любезны отпустить ненужных свидетелей, мы сможем сесть как люди и решить все проблемы.

Возмущенные адвокаты подскочили на своих местах, словно подброшенные пружинами. Савант Хольцман несколько опешил, но промолчал. Лорд Бладд пустился в возражения:

– Это мои избранные эксперты, директор Венпорт. Я всегда полагаюсь на их…

– Так дайте им право вето на любое предлагаемое соглашение, но – позже. Но если вы будете настаивать на официальном разрешении конфликта, то, как все мы знаем, это будут долгие годы и непомерные траты. – Он обезоруживающе улыбнулся. – Может быть, вы сперва выслушаете то, что я хочу вам сказать?

Венпорт скрестил руки на груди, давая понять, что переговоры вести не будет, пока не уйдет армада юристов.

Аристократ взглянул на своих советников, и те, словно ждали этого сигнала, нестройным хором принялись кричать, перебивая друг друга.

– Милорд, мы категорически не советуем… Это абсолютно против правил и очень подозрительно… Интересно, что он прячет, если не хочет…

Лорд Бладд отпустил их всех одним щелчком пальцев и приказал подать закуску. Венпорт встретился с ним взглядом. Оба они поняли, что сумеют быстрее договориться за закрытыми дверями без посторонних глаз.

Хольцман откашлялся и принялся перебирать лежавшие перед ним бумаги.

– Прежде чем вы приступите, директор Венпорт, полагаю, что вы должны понять, что у корпорации «Вен-Ки» просто нет юридических доводов.

Он протянул Венпорту один из документов:

– Это договор, подписанный Нормой Ценвой, когда она поступила ко мне на работу. В нем она подтверждает, что любая технология или идея, созданная во время ее работы под моим руководством, принадлежат гражданам Поритрина, каковые имеют право распоряжаться этими идеями и технологиями по своему усмотрению. Следовательно, она не имеет права передавать вам чрезвычайно ценный в коммерческом отношении патент.