Крестовый поход машин - Герберт Брайан - Страница 171

Венпорт взглянул на панель управления. Система самоликвидации активирована… Он нервно облизнул пересохшие губы. Почти время…

Внезапно вспыхнувшие лучи, направленные из расположенных на поверхности астероида проекторов – Венпорту прежде никогда не приходилось видеть такого странного оружия, – вывели из строя все энергетические системы корабля. Эти лучи поразили корабль как рукотворные молнии. Они ударили в едва работавший двигатель и повредили все питавшие его энергией системы. Фонарь кабины погрузился в непроницаемый мрак.

Зуфа, мертвенно побледнев от страха, вглядывалась в окружающий космос, освещенный лишь слабым светом звезд. Она не могла ни маневрировать, ни включить аварийное освещение.

– Отключилось все, даже системы жизнеобеспечения. Мы стали абсолютно беспомощны.

Венпорт взглянул на потухшие мониторы, понимая, что система самоликвидации также отказала.

– Мне надо было решиться раньше, – сказал он. Гигантский астероид продолжал сокращать расстояние до тех пор, пока не закрыл собой весь передний иллюминатор. Из зева кратера высунулись механические руки, захватившие корабль, и втянули его в углубление, а оттуда в шахту, размеченную флюоресцирующими огнями, из которой они попали в обширное помещение. Венпорт увидел какие-то странные приспособления и несколько ходильных корпусов кимеков, в которые можно было вставлять емкости с мозгом.

– Это корабль кимеков, – бесцветным голосом произнесла Зуфа. – Ничего удивительного, в их мятеже есть соперничающие течения. Вспомни… вспомни, что делал Ксеркс с Нормой.

– Черт возьми, даже если мы не можем ничего сказать им о технических деталях свертывающих пространство двигателей – сказал Венпорт, – то зато мы превосходные заложники.

При этом он заметил непреклонную решимость в лице Зуфы, решимость, соперничавшую с той фанатичной преданностью делу Джихада, с какой молодая Зуфа в свое время начинала готовить колдуний Россака к применению телепатического оружия в борьбе против отвратительных машин с человеческим мозгом.

– У нас еще есть шанс стать героями. – Избегая взгляда Венпорта, она продолжала смотреть вперед, в глубокое пространство, куда продолжала тянуть их безжалостная механическая рука.

– Система самоликвидации отказала, – сказал он.

– Моя система по-прежнему работает, – отозвалась она и замолчала, не произнеся больше ни слова.

Когда за кораблем захлопнулись металлические створки огромных дверей, в помещении вспыхнул ослепительный свет. Неровные стены были инкрустированы зеркальными кристаллами, которые, как бриллианты, отражали и преломляли падающий на них свет. Зуфа и Венпорт сидели рядом, закрыв глаза ладонями, постепенно привыкая к свету после космической тьмы.

Наконец они заметили какое-то движение в конце туннеля, и оттуда вышел причудливо украшенный ходильный корпус, выполненный в форме дракона. Это был странный, богато и даже крикливо украшенный кимек, какого ни разу в жизни не приходилось видеть ни Зуфе, ни Аврелию. Зуфа ощерила зубы, представив себе, какой предательский человеческий ум таится в этом – похожем на дракона – экстравагантном машинном корпусе.

Потом лицо ее приняло безмятежное выражение, глаза прояснились, и она взглянула на Венпорта.

– Теперь уже осталось недолго. – Она закрыла глаза, чтобы сосредоточиться.

– Может быть, нам стоит подождать и узнать, чего оно от нас хочет?

– Это кимек, – ответила она голосом, исполненным непреходящей ненависти. – Мы знаем, чего он хочет.

Дракон подошел к кораблю и попытался снаружи открыть люк. Не справившись с замком и накоротко замкнутыми электрическими цепями, кимек принялся мощными инструментами вскрывать упрямую дверь люка.

Так как все системы вышли из строя, Венпорт не мог ни пустить в ход программы самоликвидации, ни вступить в контакт с машиной.

– Мы в ловушке, – сказал он.

– Но мы не беспомощны, – проговорила Зуфа Ценва. Она сделала глубокий вдох, кожа ее стала словно прозрачной, засветившись изнутри. Она сжала ладонью руку Венпорта и он ощутил невыносимый жар ее тела. Волосы ее начали потрескивать и встали дыбом, шевелясь, словно клубок змей, под действием статического электричества.

– Норма научилась управлять этим процессом, – сказала Зуфа. – Из всех моих колдуний только моя дочь знает, как выжить после такого психического взрыва. К несчастью, я так и не овладела этим навыком.

Психическая энергия накапливалась в ней, быстро достигая критической точки. Скольких женщин научила она накапливать энергию, а потом смертоносным взрывом выплескивать ее на ненавистных кимеков. Если принять во внимание мощь этой машины, то этот дракон был очень важным кимеком, быть может, одним из титанов.

Моя жертва не пропадет даром.

Кимек тем временем открыл дверь люка и попытался протиснуть в корабль свой массивный корпус, просунув внутрь когти своих металлических конечностей. Венпорт стиснул зубы… и ждал.

– Прости, что я не могу контролировать все это, Аврелий… Прости меня за многое;

– Я только надеюсь, что ты права.

Дракон наконец просунул в корабль свою башнеобразную голову и объявил через громкоговоритель:

– Я титан Геката…

Это было единственное, что требовалось Зуфе. Она высвободила накопленную психическую энергию. Так же, как делали до нее множество колдуний, она взломала барьеры и опустошила резервуар ментальной энергии.

Волна чудовищного психического взрыва вспыхнула, словно сверхновая звезда. Последней мыслью была спокойная гордость за то, что она сможет уничтожить одного из самых страшных врагов человечества. Очищающая энергия вырвалась на волю, испепелив всякий оказавшийся в пределах досягаемости человеческий мозг – Венпорта, Гекаты и ее собственный.

Ускорившись после изменения курса, астероид вышел за пределы астероидно-пылевого пояса Гиназа. Когда психический взрыв Зуфы уничтожил головной мозг Гекаты, он повредил и все сенсоры, управлявшие движением искусственного небесного тела.

Лишившийся руля и капитана, астероид вывалился из пояса камней, вращавшихся вокруг Гиназа, попал в цепкие объятия силы тяжести планеты и, как раскаленное пушечное ядро, на невероятной скорости врезался в плотные слои атмосферы.

Наши души – кладбища и источники возрождающейся жизни.

Мастер меча Джав Барри

Поздно ночью мастер-наемник Йоол Норет, потный и усталый, закончил изнуряющую тренировку. Несмотря на утомление, он был доволен сегодняшним учебным боем. Ему было всего тридцать два года, но он уже чувствовал себя глубоким стариком. За прошедшие годы он провел больше битв и уничтожил больше мыслящих машин, чем любой из членов Совета Ветеранов. Но он все равно чувствовал, что должен сделать еще больше, истребить еще больше врагов, чтобы заплатить страшный долг.

На песке, босиком, он в течение целого дня оттачивал свое мастерство в поединках с механическим сенсеем Хироксом, который, как всегда, помогал ему совершенствовать боевое искусство. Год за годом машина училась у своего гениального студента, неуклонно повышая и свое мастерство.

За десять лет своего существования новая школа на острове Норета выпустила многих замечательных наемников, которые оттачивали технику, подражая Йоолу Норету – его стилю «самозабвенного боя». Своими зеленоватыми глазами он наблюдал за работой некоторых учеников, подготовленных сенсеем Хироксом. Многие из новых наемников владели техникой боя с самыми страшными роботами, а некоторые разработали и специальные способы сражения с людьми, защищенными индивидуальными полями Хольцмана.

Хирокс был идеален в роли учителя, и Норет с удовольствием доверил ему подготовку курсантов. Сам он делал что мог. Сотни и даже тысячи новых наемников бились сейчас на просторах вселенной с бесчисленными полчищами боевых роботов.

В конечном счете, думал Йоол, он уже восполнил тот урон, какой причинила наемникам гибель его отца Зона Норета. Но Йоол не знал, как освободить себя самого от гнета внутреннего долга, как освободить себя он тяжести завышенных ожиданий.