Америка. Чудеса здоровой пищи - Кингсолвер Барбара - Страница 62

Мы пребываем в помещении все время, на службе и даже на занятиях спортом, обмениваясь нашими вирусами круглый год. Но всегда под рукой витамины и антибиотики.

Соотнося запасы провианта нашей семьи с временами года, по сути дела, я, конечно, исключаю для нас всякий риск заражения. Но благодаря этой связи с временами года мы смогли по-новому понять, что такое время года, каково его значение. Неуловимое снижение температуры и уменьшение длины дня задают определенный физический ритм нашей жизни, новый ритм биения сердца и отдыха. Я замечала, как шеренги выстроившихся по ранжиру банок в нашем чулане из армии постепенно становятся ротой, потом одинокими стражами, разбросанными по полкам.

И невольно подсчитывала, сколько еще осталось недель до появления нашего первого весеннего урожая и радостного дня открытия фермерского рынка. Я так и видела в своем воображении соседей, которые говорят нам: «Ну вот, зима прошла, а вы все еще с нами».

В конце февраля, традиционно считающегося «голодным месяцем», я была готова поверить, что мы и наши животные пережили скудные времена без потерь. А потом одна из наших индеек вдруг стала впадать в уныние. Опускала крылья до земли, а не складывала на спине, как принято у индеек. Вид у нее был больной: плечи согнула, вся нахохлилась и постоянно вытягивала голову вперед.

«Только этого еще не хватало, — подумала я. — Нужно срочно принимать меры». Животные на ферме, которым повезло жить на пастбище, зимой все-таки сталкиваются со множеством проблем: меньше свежего воздуха, большая скученность в помещении и риск заразиться, а также мучительное выживание на запасах сена или зерна вместо свежей зелени и белка, добытого охотой. Наверняка всем известно, что птичьи болезни очень заразны. А индюки даже более склонны к заболеваниям, чем куры. «И откуда только что берется, — рассказывала подруга, имеющая опыт разведения индюшек. — Сегодня они весело бегают туда-сюда, выглядят вполне здоровенькими. А завтра просто ахнуть не успеешь — бац, и упали замертво!» Список недугов, которые могут поразить индюков, впечатлил бы любого ипохондрика: черноголовый круглый червь, защемление зоба, кокцидиоз, паратиф, белая диарея и многое другое.

Словом, я и представления не имела, какой именно индюшачий недуг мог поразить мою бедную, впавшую в уныние птицу. Ужасный черноголовый круглый червь особенно пугал меня, ибо там в числе первых симптомов заболевания значилась апатия, а затем шли такие симптомы, о которых даже вспоминать неприятно. Я немедленно изолировала эту индейку от остальных, опасаясь эпидемии. Я выгнала ее из большого загона во дворе, примыкающего к птичнику, и отправила в так называемую «камеру смертников». Слава богу, ей не была известна печальная судьба наших петушков.

Однако, когда я заперла ее там одну, птица тут же встрепенулась, подняла голову и сложила крылья на спине, затем встряхнулась, так что распушенные перья аккуратно легли на свое место, и шустро огляделась, соображая, что ей делать дальше. Я просто не могла поверить в это чудо выздоровления, но спустя час, когда я вернулась проверить ее состояние, моя подопечная была по-прежнему энергична и теперь явно тосковала по компании. (Индейки не переносят одиночества.) Я решила, что оснований для беспокойства нет: мне просто показалось.

Я отвела ее обратно в загон. Но индейка тут же издала тяжелый вздох и снова поникла: головка склонилась, крылья стали волочиться по земле. Ладно, значит, это не было плодом моего воображения, с ней на самом деле что-то не так. Я снова отвела птицу назад в амбар. И снова с удивлением наблюдала, как она весело подняла головку и начала гонять кругами, отыскивая себе что-нибудь поесть.

Я в удивлении уставилась на нее.

— Эй, ты что, никак надо мной издеваешься?

Стояла солнечная суббота, первый маленький намек на весну. Стивен внизу, в новом саду, строил забор. Я решила устроить для своей пациентки день здоровья. Я вывела ее из амбара, и мы вместе прогулялись вниз по дороге к саду. Пусть птица получит немного солнечного света и свежей зелени, а я посмотрю, как там дела у Стивена. Увидев, как мы вместе спускаемся по тропинке, муж весело засмеялся. Вот так парочка!

— Ей нужно немного свежего воздуха, — оправдывалась я. — Она сильно тоскует: похоже, заболела.

— А по-моему, выглядит прекрасно, — сказал муж и занялся забором. Некоторое время я наблюдала за индейкой, которая весело искала себе корм среди деревьев, живо реагируя на любое перемещение насекомых среди пучков травы. Она казалась такой же здоровой, как и в день своего рождения. А вот о деревьях этого никак не скажешь. Я внимательно осмотрела их и решила сходить в сарай за секатором. Зимний день — самое время для подрезки фруктовых деревьев.

— Эй, а ну-ка отвали! — вдруг заорал Стивен.

Я подняла глаза и увидела, что он обращается к индейке. Моя подопечная подошла к нему сзади, вытянула клюв и сильно дернула его за куртку, словно желая сказать: «Эй, посмотри на меня!»

Стивен отпихнул индейку, но она была настойчива. После еще нескольких толчков он обернулся к ней лицом, твердо уперся ногами в землю и очень по-мужски выругался. И тут вдруг птица жеманно повернулась к нему хвостом, вытянула шею и кокетливо опустила крылья к земле.

И тут меня осенило: боже мой, да у нее самая настоящая любовная лихорадка! Стивен бросил на меня взгляд, который я тут расшифровывать не буду.

— Перестань! — закричала я. — Он не в твоем вкусе! — И побежала перехватить нахалку на случай, если она намерена перевести взаимоотношения с моим законным мужем на следующий этап.

Бедняга, откуда ей было знать? Ее вырастили люди, у нее не было возможности наблюдать правильные взаимоотношения между самками и самцами своего вида. По понятиям этой птицы, я была ее мамой. Вполне логично, что персона, за которой я замужем, должна была показаться ней неплохим вариантом.

Я побыстрее отправила птицу назад в загон, положив конец ее планам захомутать моего мужа. И что дальше? У нас в птичнике было два индюка и шесть индеек, предназначенных для воспроизводства, но за этими цифрами не стояло никакой реальной логики, только надежда, что их у нас останется все же достаточно, если мы потеряем несколько птичек за зиму. Все ли они уже созрели в половом отношении? Смогут ли наши два самца вдруг пробудиться и начать убивать друг друга ради этой унылой Лолиты? А другие самки? Кого надо отделить от кого и как надолго? Понадобится ли каждой самке свое гнездо, а если да, то как оно должно выглядеть?

Я решила, что как-нибудь сориентируюсь по ходу дела. Хотя вообще-то, строго говоря, следовало подготовиться заранее. Не переставая удивляться: «Они слишком молоды для этого, еще только февраль!»— я пошла в дом поискать в нашей фермерской библиотеке какую-нибудь полезную информацию о поведении индюков и индеек, собирающихся спариваться.

В тот прекрасный весенний день я потратила на это уйму времени и просмотрела горы книг. Однако результат был нулевым. Ни малейшего намека — такое чувство, что здесь поработали какие-то индюшачьи моралисты.

Вскоре я поняла причину: дело в том, что я искала сведения из области, десятилетиями никому не нужной. Теперь эта сложная сторона нормального поведения животных уже никого не интересует. В крупных инкубаторах индеек искусственно оплодотворяют, там экстрагируют яйца таким же стерильным способом и закатывают их в инкубаторы, где электрообогрев и автоматическое приспособление для переворачивания яиц заменяют мать-курицу. Перед фермерами, которые приобрели и выращивают только что вылупившихся цыплят, стоит задача и того проще: раскормить их как можно быстрее до подходящих размеров, а потом отсечь птицам головы. Именно поэтому авторы пособий по птицеводству и не вникают в вопросы брачного поведения птиц.

Однако, поскольку я собиралась частично возродить старомодный секс на нашей ферме, я упорно продолжала поиски. И наконец попала в точку. Мой супруг питает слабость к старинным пособиям по естественной истории. Он собрал неплохую коллекцию, где чего только нет. Вот, например, труды Уильяма Дж. Лонга, натуралиста начала XX века, который приписывал животным особую телепатическую силу, которую он называл «чумфо». Все это очень интересно, но никак не поможет мне в моей проблеме. И вот наконец я нашла толстый том некоего И. С. И. Хафиза под названием «Поведение домашних животных». Изданный в середине XX века, он, вероятно, был самым современным экземпляром в коллекции Стивена, но мне подошел лучше некуда.