Ураган страсти - Конн Фиби - Страница 44

Несмотря на то что Джейсон держался в стороне от оживленной толпы, он часто замечал, как Габриель окидывала комнату взглядом, словно кого-то искала. Если их взгляды случайно встречались, она тут же отворачивалась. Все вышло совсем не так, как он предполагал: Габриель получала удовольствие от вечеринки, тогда как он чувствовал себя глубоко несчастным. Джейсон еще ни разу в жизни никого не ревновал, но оказалось, что ему неприятно видеть ее в объятиях другого мужчины. Габриель оказалась одной из лучших танцовщиц на приеме. Не уступая в изяществе прима-балерине, она двигалась с такой легкостью, что казалось, будто ее ноги почти не касаются пола, каким бы неуклюжим ни был ее партнер. Причем она продолжала улыбаться вне зависимости от того, как часто он наступал ей на ноги. Как всегда, у нее находилось достаточно сочувствия для всех, кроме него, Джейсона, и, подняв глаза к звездам, он подумал о том, что даже в их холодном сиянии больше тепла, чем в ее сердце.

К десяти часам вечера прежнее равнодушие Габриель сменилось откровенным ужасом. Несмотря на все старания, в каждом случае ее реакция на ухаживания мужчин оказывалась неизменной. Ни один из кавалеров не вызвал в ней никаких эмоций, кроме растущего чувства страха. Все они были вежливы, отличались хорошими манерами и так стремились произвести на нее впечатление, что она не могла не чувствовать себя польщенной. Однако среди них не нашлось никого, с кем бы ей захотелось встретиться снова. Увидев, что Джейсон вышел через черный ход во внутренний дворик, она при первой же возможности последовала за ним.

– Джейсон! – окликнула она его хриплым шепотом, надеясь высказать ему все, что хотела.

Он резко обернулся.

– Что ты здесь делаешь? Во-первых, на улице холодно, а во-вторых…

– Пожалуйста, выслушай меня! О большем я не прошу. – И, не дожидаясь его согласия, Габриель спросила: – Где Джошуа Тейлор? Почему он не явился на прием вместе с остальными?

Джейсон пожал плечами.

– Честно говоря, не знаю. Я уже говорил тебе, что не знаком с этим человеком. А почему он тебя так волнует? По-моему, у тебя и без того достаточно поклонников.

Габриель попыталась объяснить:

– Я каждый вечер возносила молитвы за него и очень хотела встретиться с ним, только и всего. Полагаю, что он ничем не отличается от остальных твоих друзей, Джейсон, и если он не появится завтра вечером, я не спущусь вниз.

– Что? – Джейсон ничего не понял.

– Я насчитала здесь двадцать мужчин, и, таким образом, я оказываюсь лишней. С моей стороны несправедливо претендовать на знаки внимания, которые по праву принадлежат другим.

Видя, как сильно огорчена Габриель, Джейсон взял ее за руку и подвел к маленькой скамейке.

– Присядь сюда на минутку и объясни мне, что, собственно говоря, произошло. Я думал, что прием тебе понравился.

– Нет! – в отчаянии воскликнула Габриель, но, заметив удивление на его лице, попыталась объяснить: – То есть я хотела сказать – да. Все гости – очень приятные люди, Джейсон. Я не знаю, на что именно они надеялись, но мы явно преподнесли им замечательный сюрприз – вернее сказать, это сделал ты, поскольку именно ты отбирал нас вместе с мистером Хорном.

Джейсону слишком часто приходилось наблюдать вспышки гнева у Габриель, но до сих пор он еще никогда не видел ее такой встревоженной.

– Похоже, я тебя неправильно понял. Но по крайней мере комплименты гостей доставили тебе удовольствие?

– Да, но я не заслуживаю такого внимания, Джейсон, и не стремлюсь к этому. Я просто не могу принимать сейчас чьи-либо ухаживания. Мне кажется, прошли годы с тех пор, как мы с тобой беседовали в Канзас-Сити. Тогда я искренне была уверена, что смогу выйти замуж за одного из этих людей, но теперь мне ясно, что это совершенно исключено. У меня есть при себе кое-какие деньги, и я готова вернуть сумму, внесенную твоим клиентом, чтобы ты мог отдать ее Джошуа или, кому-нибудь еще. Но я не выйду замуж ни за кого из них, зная, что никогда не смогу его полюбить. – Она прикусила губу, чтобы сдержать слезы, так как последние слова только усилили смятение в ее душе.

– Насколько я помню, в то время любовь не имела для тебя особого значения. Неужели теперь все переменилось? – спросил Джейсон, которому ее замечание вернуло надежду.

Габриель покачала головой.

– Я не могу полюбить ни одного из этих мужчин, и это главное. Я думала, что мне удастся скрыть собственные чувства и мой будущий муж так никогда и не узнает о том, что я вышла за него не по велению сердца, но теперь мне ясно, что это невозможно. Просто невозможно, и все! Из меня выйдет скверная жена, мой избранник будет несчастлив. Я намерена сегодня же вечером расторгнуть наше соглашение с тобой и мистером Хорном. Мне нельзя больше ни единого дня оставаться в его доме. В противном случае могут пойти слухи – ведь, не будучи одной из невест, я не имею права жить с ним под одной крышей.

Джейсон глубоко вздохнул и наконец произнес:

– Выслушай меня внимательно, потому что я не стану еще раз повторять то же самое. Бо умер, и никакие твои истерики не помогут вернуть его обратно. Все дело в том, что ты мысленно сравниваешь каждого из мужчин с Бо и, конечно, сразу находишь в них множество недостатков. Разве не так? В общем, я провожу тебя обратно в залу, и ты постараешься быть столь же любезной с гостями, как и всю первую половину вечера. У меня есть твоя подпись на контракте, в котором говорится, что ты согласна предоставить нашим клиентам возможность завоевать твое расположение, и я собираюсь проследить за тем, чтобы ты сдержала слово. Надеюсь, я выразился ясно?

Габриель опасалась, что она скорее упадет в обморок прямо у его ног, чем согласится на столь безрассудное требование. Она понятия не имела, почему он все время пытается приплести к этому делу имя Бо. У нее возникло такое ощущение, словно кто-то поворачивал кинжал, вонзив его прямо ей в сердце. В тот вечер она даже не вспоминала о Бо. Она думала только о Джейсоне, о том, как жестоко с его стороны было бросить ее на произвол судьбы, когда ей больше всего на свете хотелось остаться рядом с ним.

– Я уже просила тебя однажды и теперь вынуждена повторить свою просьбу: пожалуйста, не упоминай при мне о Бо. И еще: я подписала с вами контракт, но ты не можешь заставить меня выйти замуж против моей воли!

– Никто и не собирается принуждать тебя к чему бы то ни было, Габриель. Я просто настаиваю на том, чтобы ты отнеслась к нашим клиентам по справедливости. Сама же говорила, что две недели слишком короткий срок, чтобы выбрать себе супруга, а теперь после одного вечера собираешься отвергнуть сразу двадцать претендентов, с которыми ты к тому же едва перемолвилась парой слов. Надеюсь, остальные не станут капризничать так, как ты.

– Это вовсе не каприз! – гневно возразила Габриель. – Просто тогда я не имела представления о том, какого рода близость должна существовать между мужем и женой, ну а теперь я это знаю!

– Стало быть, во всем виноват я, так? – Джейсон вскочил с места и, схватив ее за локоть, резко притянул к себе. – Если кто и в ответе за твое невежество, то только твоя тетушка. Тогда, в Канзас-Сити, мне даже в голову не могло прийти, что ты понятия не имеешь о том, о чем говоришь! В будущем тебе придется быть более осмотрительной! Что же до этого приема, то от тебя требуется всего лишь развлечь наших гостей. И раз уж тебе так трудно поддерживать с ними беседу, то просто продолжай танцевать!

С этими словами Джейсон проводил Габриель обратно на вечеринку, где и оставил ее на милость гостей. Затем он вышел через парадную дверь, решительным шагом направился в отель и с такой силой хлопнул дверью номера, что та чуть было не слетела с петель.

Габриель тем временем улыбалась Майклу Дженкинсу с таким видом, словно поговорить с ним еще раз было для нее пределом мечтаний. Поощряемый вниманием с ее стороны, Майкл завел разговор о своей ферме и о том, какой прекрасный урожай ему удалось получить – на всю зиму хватит.