Дюна: Дом Коррино - Герберт Брайан - Страница 24

Потом подиум занял первый посланник Космической Гильдии. Гильдия перевезла на Корону императорские войска для нападения, и Гильдия защищала свое решение, тоже ссылаясь на свои прецеденты и приводя подходящие аналогии. Благодаря экспедиции на Корону Гильдия получила половину захваченной пряности и, конечно, будет теперь держать сторону Дома Коррино.

Шаддам сидел, всем своим видом выражая царственную уверенность в себе.

Потом на подиум поднялся президент ОСПЧТ, сутулый человек с серебристой бородкой. Его громкий голос гулко разносился по залу.

– ОСПЧТ поддерживает право императора устанавливать порядок и поддерживать его на всей территории империи. Закон против хранения пряности давно является частью имперского кодекса. Хотя все вы яростно жалуетесь, но ведь сами же прекрасно осведомлены о существовании этого закона.

Он оглядел зал, ожидая возражений, потом продолжил:

– Император много раз предупреждал всех, что намеревается добиться исполнения этого закона. Но тем не менее даже после наказания Зановара за это преступление Ришезы глупо проигнорировали волю правителя.

Президент ОСПЧТ ткнул длинным пальцем в сторону сидевших в зале делегатов.

– Какие улики были против Дома Ришезов? – крикнул с места какой-то аристократ.

– Мы имеем на этот счет слово императора Коррино. Для нас этого вполне достаточно. – Президент ОСПЧТ помолчал, дав своим словам отчетливо прозвучать во враждебном молчании зала. – Кроме того, в тайном заседании мы все видели голографический фильм о хранилище пряности на Короне, откуда конфисковали контрабандную меланжу.

Президент сошел с подиума, но потом вернулся и добавил:

– Позиция императора юридически обоснована, и вы не можете обвинять его, пытаясь тем самым прикрыть собственные преступления. Если вы нарушаете эдикт о хранилищах пряности, то делаете это по собственной злой воле. Прерогатива императора – использовать любые средства для поддержания политической и экономической стабильности, опирающейся на исполнение закона.

Шаддам с трудом подавил улыбку. Анирул посмотрела на мужа, потом в зал, на толпу непокорных представителей Ландсраада.

Наконец Били Ридондо позвонил в колокольчик, чтобы восстановить порядок. Глядя на собравшихся аристократов, он громко провозгласил:

– Эта встреча формально является открытой. Итак, кто осмелится выступить против действий императора?

Люди из аппарата Шаддама встали с бумагой и перьями, готовые записывать имена. Намек был хорошо понят.

Шум голосов уменьшился до тихого ропота, но никто не выступил первым. Император позволил себе публично выразить радость, похлопав жену по руке. Он выиграл. На этот раз выиграл.

***

Ромбур, пошатываясь, выбрался из облака бурлящего меланжевого газа. Принца душил сильный кашель. Из искусственных легких рвались скрежещущие хрипы – фильтры едва справлялись с очисткой воздуха от концентрированной вредной примеси. В голове противно стучало от действия массивной дозы меланжи. Принц едва не потерял ориентацию, так как импульсы от живого глаза утратили синхронность с импульсами от глаза искусственного. Сделав два шага, Ромбур обессилел и прислонился к стене.

Надев защитную маску, Гурни бросился к нему на помощь. Халлек подхватил принца под руки и вывел в коридор, где воздух был свободен от примесей. Встревоженный летный аудитор взял в руки мощный компрессор и сильной струей воздуха сбил с одежды Ромбура твердые частички меланжи. Коснувшись сенсора на шее, принц-киборг активировал внутренний механизм, который очистил его механические легочные фильтры.

Один из маршрутных администраторов схватил Ромбура за плечо.

– Может ли навигатор работать? Выведет ли он нас отсюда? Ромбур ответил не сразу. Сознание его было затуманено, и он не мог понять, насколько связны его слова. Через несколько секунд он заговорил:

– Навигатор жив, но очень слаб. Он говорит, что газ в его камере загрязнен. – Ромбур втянул в механические легкие большую порцию чистого воздуха. – Нам надо заменить меланжу в камере навигатора.

Услышав это, представители Гильдии оживленно заговорили. Больше всех был обеспокоен полный банкир.

– В камере навигатора должна быть очень высокая концентрация меланжи. На борту нет запаса пряности, достаточного для создания такой концентрации.

Престарелый ментат перешел в состояние транса и застыл, прокручивая в голове список кораблей.

– На лайнере больше тысячи кораблей, но ни один из них не имеет на борту официально заявленного груза пряности.

– Но на кораблях должно быть много меланжи в мелких порциях, – возразил Гурни. – Мы же не говорим о личных запасах пассажиров и о меланжевых добавках к пище, которые наверняка есть на каждом корабельном камбузе. Надо хорошенько поискать везде.

Банкир согласился с Гурни.

– Многие аристократы употребляют меланжу каждый день просто для поддержания здоровья.

– Эти добавки на заносятся в декларации, поэтому мы не можем сказать, сколько на лайнере такой пряности, – заметил ментат Гильдии. – Как бы то ни было, но обход всех пассажиров займет много дней.

– Мы найдем способ сделать это быстрее. Навигатор очень напуган, – заговорил Ромбур. – Он говорит, что нас преследует какой-то страшный враг, что мы в большой опасности.

– Откуда нам может грозить опасность? – возразил летный аудитор. – Мм-м, не понимаю, что именно может угрожать нам здесь?

В разговор вмешался ментат:

– Может быть, речь идет о другом разуме или о других формах жизни?

– У навигатора могут быть простые галлюцинации, – трезво рассудил один из маршрутных администраторов. – Его Рассудок явно поврежден.

Банкир на этот раз выразил свое несогласие:

– Мы не можем рассчитывать на случай, это не игра. Навигатор обладает предзнанием. Может быть, мы оказались в эпицентре какого-то космического события – вспышки сверхновой или чего-то подобного, что может просто поглотить нас, как пылинку. У нас нет иного выхода, кроме как потребовать, чтобы все пассажиры сдали всю имеющуюся в их распоряжении меланжу. Служащие компании «Вэйку» и служба безопасности немедленно приступит к этой работе.

– Этого все равно будет недостаточно, – сказал ментат. Устав от этой бесплодной дискуссии, Ромбур заговорил командным голосом:

– Как бы то ни было, мы заставим корабль лететь.

Дело продвигалось весьма медленно. Несмотря на то что лайнер оказался в беде, многие пассажиры очень неохотно расставались со своей меланжей, не зная, сколько времени им придется провести в зависшем в космосе судне. Для того чтобы сдвинуть дело с мертвой точки, члены Гильдии пошли по кораблям в сопровождении агентов службы безопасности.

Все это могло затянуться очень и очень надолго.

Оставшись один, Гурни Халлек направился на верхнюю палубу лайнера, где зашел в какую-то кабину с плазовыми стенами. Выйдя оттуда, он начал переходить от одного грузового дока к другому, выискивая признаки, которых не замечал никто, кроме него. Он внимательно прислушивался, пытаясь найти хоть какие-нибудь признаки большого количества меланжи.

Осматривая скопление кораблей в секциях ангара, он внимательно разглядывал плиты корпусов, конфигурацию судов, внимательно изучая при этом серийные номера и опознавательные знаки судов. Ментат мысленно произвел ревизию всех судов, находившихся на борту лайнера, и другим представителям Гильдии пришлось скрепя сердце согласиться с ним в том, что на борту нет ни одного судна с большой партией пряности.

Но никто из них не задал вопрос, который задал себе Гурни: что, если на лайнере есть корабль с незаявленным грузом меланжи?

Гурни не был специалистом по космическим кораблям, но на этот раз он внимательно приглядывался к обтекаемым формам фрегатов, острым углам военных судов, кубическим мусорным контейнерам. На некоторых кораблях горделиво красовались аристократические гербы знатных фамилий; другие корабли выглядели скромнее – их корпуса были порядком загрязнены и изношены от нещадной эксплуатации и долгого срока службы. Гурни особенно внимательно присматривался именно к таким судам, переводя взгляд с одного такого корабля на другой. Он вспомнил свое прошлое. Когда Гурни был контрабандистом, то сам не раз бывал пассажиром таких посудин.