Дюна: Дом Коррино - Герберт Брайан - Страница 20

Барон пожевал нижнюю губу, стараясь подобрать выражения для изъявления верноподданнических чувств.

«Я признаю, что мы, вероятно, проявили в их отношении некоторую мягкотелость, но теперь, когда я лично прибыл на Арракис, мы предпримем все усилия для осуществления актов возмездия. Мы сотрем в порошок этих непокорных туземцев и заставим их склониться под властью Харконненов во славу Вашего Императорского Величества».

Пожалуй, это было слишком экстравагантно, но барон решил оставить написанное без изменений. Шаддам никогда не жаловался на избыток комплиментов в свой адрес.

Фрименские мошенники совсем недавно украли у барона бронированный транспорт пряности и разграбили тайное хранилище меланжи в покинутой деревне. Как эти грязные партизаны сумели узнать, куда нанести удар?

Курьер продолжала переминаться с ноги на ногу в дверном проеме, но Харконнен не обращал на нее ни малейшего внимания.

«Заверяю вас, сир, что мы не намерены больше терпеть эти беспорядки. Я буду регулярно посылать вам отчеты об успешной борьбе с фрименскими изменниками».

Харконнен просиял, закончив трудное письмо. Запечатав его в почтовый цилиндр, он вручил его курьеру, которая, не сказав ни слова, поспешно направилась в космопорт. Барон крикнул ей вдогонку:

– Ждите на лайнере фильма, который надо приложить к посланию, Парад вот-вот начнется.

Потом барон вызвал в стратегический зал своего племянника. У Раббана было множество пороков, но Владимир Харконнен ценил его за умение Зверя блестяще выполнять силовые акции. Широкоплечий племянник вошел в зал, держа в руке изрядно потрепанный от частого употребления хлыст из чернильной лозы. Одетый в роскошный парадный мундир, украшенный золотыми эполетами, позументом и увешанный созвездиями медалей, Раббан, казалось, собрался участвовать в параде, а не наблюдать его с высокого балкона.

– Раббан, мы должны показать императору, что сильно разгневаны последними вылазками фрименов.

Толстые губы племянника сложились в кровожадную улыбку, словно Зверь давно предвкушал, что дядя скоро обратится к нему именно с такой просьбой.

– Вы хотите, чтобы я задержал несколько подозрительных лиц и с пристрастием их допросил? Я заставлю их признаться во всем, чего вы потребуете.

С улицы донеслось надтреснутое в жарком воздухе пение труб, возвестивших о прибытии парадного расчета.

– Этого будет мало, Раббан. Я хочу, чтобы ты отобрал по своему усмотрению три деревни. Если хочешь, можешь просто ткнуть пальцем в карту. Войди в эти населенные пункты с карательными отрядами и сотри деревни с лица земли. Сожги каждый дом, убей всех жителей, оставь от деревень обугленные пятна в пустыне. Может быть, я издам декрет, в котором объясню эту вынужденную жестокость, обвинив жителей этих деревень в каких-либо преступлениях. Ты оставишь листки с декретом на месте побоища, чтобы их прочли другие фримены.

За окнами снова зазвучали фанфары. Барон вслед за племянником вышел на балкон. Молчаливая толпа заполнила площадь. Запах немытых потных тел ударил в нос барона. Вонь чувствовалась даже здесь, на высоте третьего этажа. Харконнен поморщился, представив себе, как невыносимо воняет от фрименов среди толпы.

– Получи удовольствие, – сказал барон, покрутив в воздухе пальцем, унизанным перстнями. – Настанет день, когда твой брат Фейд вырастет настолько, что ты сможешь брать его с собой на эти… учебные экскурсии.

Раббан послушно кивнул.

– Мы покажем этим беззаконным бандитам, кому принадлежит реальная власть на Арракисе.

– Да, я знаю, – рассеянно ответил барон.

Солдаты в парадной форме выстроились по периметру площади. Все, как на подбор, мускулистые, красивые парни. Такое зрелище всегда стимулировало барона и приводило его в хорошее настроение. Парад начался.

***

Оказавшись в плену на зависшем в космическом пространстве лайнере, Гурни Халлек выглянул в иллюминатор фрегата в безвоздушное помещение грузового отсека. Сотни кораблей находились в весьма опасном положении в своих стойках, остальные сбились в кучу, некоторые были сплющены или частично разрушены. Должно быть, на борту этих кораблей находились раненые и убитые.

Сидевший рядом Ромбур, по-прежнему одетый в накидку и капюшон пилигрима, вспоминал чертеж лайнера и схему его сборки.

Двумя часами раньше в каждом корабле снова появилось голографическое изображение постаревшего за несколько часов летного аудитора.

– У нас, м-м-м, к сожалению, нет никакой дополнительной информации. Мы просим вас набраться терпения и ждать.

После этого изображение исчезло.

На лайнере находилось несколько сотен грузовых кораблей и фрегатов с продовольствием и медикаментами и прочими товарами, которых бы хватило для поддержания жизни тысяч пассажиров в течение многих месяцев. Гурни думал о том, сколько потребуется времени, чтобы изголодавшиеся люди набросились друг на друга. Некоторые пассажиры уже начали собирать и прятать личные припасы.

Однако сам Гурни не поддался панике. В юности он пережил яму Харконненов и бежал с Гьеди Первой на корабле в отсеке для голубого обсидиана. После таких испытаний можно немного поскучать на заблудившемся в открытом космосе лайнере…

Ромбур внезапно вскочил на ноги, держа в руках балисет, и повернулся своим покрытым шрамами лицом к товарищу.

– Это сводит меня с ума.

Жилы на шее принца выступили так явственно, что Гурни отчетливо рассмотрел те места, где полимерные сухожилия соединялись с настоящими костями.

– Гильдия кишит администраторами, банкирами и бюрократами. Обслуживающий персонал может осуществлять только бытовые услуги. Никто из них не знает устройства корабля и двигателя Хольцмана.

– Что ты собираешься делать? – Гурни огляделся. – Чем я могу тебе помочь?

Взгляд Ромбура приобрел стальную решимость. Он стал похож на сильного вождя, напомнив Гурни Доминика Верниуса, которого он когда-то хорошо знал.

– Я провел на этом корабле столько времени как пассажир, ожидая, что кто-то решит за меня мои проблемы, надеясь, что положение выправится само по себе. Но я не могу больше ждать. Я должен действовать, и будь что будет.

– Мы должны сохранить в тайне наши личности, чтобы выполнить нашу миссию.

– Да, но мы не сможем ее выполнить, если не попадем на Икс. – Ромбур подошел к ближайшему иллюминатору и посмотрел на окружавшие их фрегат корабли. – Держу пари, что я знаю о тонкостях устройства лайнера больше, чем любой другой человек на его борту. Неотложная ситуация требует жесткого руководства, но Космическая Гильдия не комплектует экипажи сильными личностями.

Гурни сложил балисеты в шкаф, не потрудившись его запереть.

– Тогда я на твоей стороне. Я поклялся защищать тебя и помогать во всем.

Ромбур выглянул в большой иллюминатор и посмотрел на извилистые мостики и переплетения металлических конструкций, тянувшиеся вдоль стен исполинского космического корабля. Взгляд принца блуждал, словно он пытался вспомнить каждую деталь.

– Пойдем, я знаю, как найти камеру навигатора.

После того как в мозгу Ромбура, преодолев последствия травмы, возродилась память, Ромбур вспомнил все множество кодов секретного доступа в многочисленные немаркированные люки и проходы, которые пронизывали палубы корпуса судна, как бесчисленные ходы древоточца пронизывают ствол пораженного им дерева. Хотя программа была составлена несколько десятилетий назад, непосредственно во время строительства судна, Доминик Верниус всегда оставлял для членов своей семьи запасные секретные выходы на случай возникновения непредвиденных ситуаций.

Служба безопасности Гильдии делала все, что в ее силах, чтобы удержать пассажиров на их кораблях, и лишь немногим было позволено выйти на галереи и площадки сбора на палубах корпуса лайнера. Однако в обстановке всеобщей нервозности-и страха служба безопасности не могла проследить за каждым входом.