Дюна: Дом Атрейдесов - Герберт Брайан - Страница 116

Через несколько секунд стражники без всяких церемоний ввели в зал мастера Иреска. Его взлохмаченные седые волосы были спутаны, в припухших глазах застыло неуверенное выражение. Когда Туфир, Гават вкратце изложил историю, рассказанную Дунканом Айдахо, мастер стойла расхохотался и его костлявые плечи расправились от преувеличенного облегчения.

– После стольких лет верной службы вы решили поверить этому крысенку, этому Харконнену? – Он округлил глаза в негодовании. – Неужели это так, милорд?

Он переигрывает, подумал Лето; Гават подумал то же. Иреск приложил палец к губам, словно обдумывая возможности и прикидывая варианты.

– То, о чем вы говорите, милорд, дает основание предполагать, что мальчик сам отравил быка. Я же не мог следить за ним все время.

– Это ложь! – воскликнул Дункан. – Я хотел предупредить герцога, но вы заперли меня в стойле. Почему вы даже не попытались остановить бой? Я столько раз предупреждал вас, и вот герцог мертв.

Гават слушал с отчужденным видом, губы его были влажны и красны, как клюква. Он только что хлебнул из бокала очередную порцию сока сафо. Лето видел, что Гават снова переключил свой разум в режим ментата, обрабатывая все поступающие в мозг данные, касающиеся событий, к которым были причастны Иреск и Дункан.

– Ну, что скажешь? – нетерпеливо обратился Лето к мастеру стойла. Он старался заставить себя не вспоминать старые времена и этого худого человека, от которого всегда пахло потом и навозом.

– Этот крысенок действительно что-то вякал временами, милорд, но он просто боялся быков. Я же не мог отменить бой только из-за того, что мальчик думает, что бык страшен. – Он фыркнул. – Я заботился об этом мальчишке, давал ему шанс…

– Но ты не прислушался к нему, когда он предупреждал тебя о странном поведении быка, и теперь моего отца нет в живых, – сказал Лето, увидев, что в этот момент Иреск испугался. – Почему ты так поступил?

– Возможная проекция, – заговорил Гават. – Поскольку Иреск – человек леди Елены, он всю жизнь работал на Дом Ришезов. В прошлом Ришезы были связаны союзническими узами с Домом Харконненов, а с Иксом у них всегда были довольно натянутые отношения. Возможно, он и не знал о своей роли в общей схеме или…

– Что? Но это же абсурд! – не сдавался Иреск. Он яростно почесал голову. – Я не имею ничего общего с Харконненами.

Он умоляюще посмотрел на леди Елену, но она отвела взгляд в сторону.

– Не перебивай моего ментата, – строго произнес Лето. Туфир Гават проницательно посмотрел на леди Елену, которая в свою очередь не спускала с него глаз, меряя ментата своим ледяным взглядом. Потом Гават перевел взгляд на ее сына, продолжая создавать следующую проекцию.

– Итог: брак Пауля Атрейдеса и Елены Ришез был опасен даже в то время. Ландсраад видел в этом способ ослабить связь между Домами Харконненов и Ришезов. В то же время граф Ильбан Ришез искал способ сохранить хотя бы часть состояния своего Дома после потери Арракиса. Что касается Дома Атрейдесов, то брак позволил Паулю получить место директора ОСПЧТ и стать действительным членом Ландсраада, этих привилегий он не смог бы получить иным способом. Однако когда свадебный кортеж прибыл сюда, привезя с собой леди Елену, не все ее спутники поклялись в своей полной верности Дому Атрейдесов. Могли иметь место контакты между мастером Иреском и агентами Харконненов.., естественно, без ведома леди Елены.

– Это обвинение звучит дико, особенно в устах ментата, – заговорил мастер Иреск. Он судорожно оглянулся, ища поддержки. Лето заметил, что он смотрит на всех, за исключением леди Елены, чьего взгляда он старательно избегал. На худой шее вверх-вниз ходил огромный кадык.

Лето посмотрел на мать, молча сидевшую рядом с ним, и увидел, как упрямо сжаты ее челюсти. По спине молодого герцога пробежал холодок. Он вспомнил слова матери, которые слышал, стоя возле закрытых резных дверей родительской спальни. Эти слова касались политики отца по отношению к поверженному Дому Верниусов. Ты один, кто сделал этот выбор, Пауль. И ты сделал неверный выбор. Сейчас эта фраза гулким эхом отдавалась в голове Лето. Этот выбор дорого обойдется тебе и твоему Дому.

– Э, значит, никто по-настоящему не следит за мастером стойла, – тихо сказал Ромбур.

Но Лето не отрывал глаз от матери. Мастер стойла Иреск прибыл на Каладан вместе с остальными Ришезами в свадебном кортеже леди Елены. Могла она обратиться к нему? Какие рычаги воздействия на этого человека были в ее распоряжении?

В горле Лето пересохло, когда отдельные кусочки сложились в целостную картину. В этот момент Лето испытал не меньшее потрясение, чем ментат. Это сделала оно! Леди Елена Атрейдес сама привела в движение колеса злодейского механизма. О, может быть, она получила и помощь извне, скажем, от тех же Харконненов.., а Иреск продумал детали убийства.

Но решение наказать Пауля было принято именно ею. В глубине души он отчетливо это понял. Ему всего пятнадцать лет, и теперь она сама единолично будет принимать решения, которые представляются ей оптимальными.

Лето, сын мой, теперь ты – герцог Атрейдес. Это были слова его матери, которые прозвучали спустя секунды после гибели ее мужа. Весьма странная фраза в устах потрясенной женщины.

– Прошу вас, остановите это, – вскричал Иреск, заламывая руки. – Милорд, я никогда не предам Дом, которому служу.

Он указал на Дункана:

– Ведь вы же знаете, что этот крысенок должен быть агентом Харконненов. Он не так давно прибыл с Гьеди Первой.

Леди Елена, прямо как палка сидевшая в своем кресле, заговорила. Голос ее звучал надтреснуто, как механизм, которым давно не пользовались. Она с вызовом посмотрела в глаза сына.

– Ты знал Иреска с самого детства, Лето. Неужели ты станешь обвинять члена моей свиты? Не будь смешным.

– Это еще не обвинения, матушка, – сдерживая эмоции, произнес в ответ Лето. – Это обсуждение предмета разбирательства.

Как глава Дома Атрейдесов, он должен дистанцироваться от переживаний детства, от воспоминаний о тех временах, когда наивный мальчик просил у седовласого мастера позволения посмотреть быков. Иреск учил его, как надо обращаться с разными животными, катал его на старых быках, показывал, как вязать узлы и накидывать на быков упряжь.

Но тот наивный мальчик превратился теперь в герцога Атрейдеса.

– Мы изучим улики, прежде чем станем делать какие-то выводы.

По лицу мастера Иреска пробежала судорога, и Лето стало вдруг страшно от того, что может сейчас сказать этот человек. Загнанный в угол и опасающийся за свою жизнь, он сейчас во всеуслышание обвинит во всем Елену. Гвардейцы внимательно прислушивались к сказанному в зале. Кайлея жадно впитывала все подробности. Другие тоже все услышат и, вне всякого сомнения, разнесут сногсшибательную новость по всему свету. Скандал потрясет Каладан, а может быть, и весь Ландсраад.

Даже если его мать действительно устроила этот несчастный случай во время боя быков, даже если Иреск сделал это по ее приказу – то ли за взятку, то ли из-за шантажа, – Лето не осмелился заставить говорить этого человека здесь. Он хотел узнать правду, но не при всех. Если вдруг просочится, что леди Елена подстроила смерть мужа, то Дом Атрейдесов расколется и погибнет. Его собственное правление окажется под страшной непоправимой угрозой. И у него не останется иного выхода, кроме исполнения сурового правосудия по отношению к собственной матери.

Он содрогнулся, вспомнив ?Агамемнона? и то проклятие, которое начало довлеть над его семьей еще на заре истории. Он вздохнул, понимая, что просто обязан быть сильным.

"Делай то, что должен, парень, – говаривал его отец. – Никто не осудит тебя за это, пока твои решения будут правильными?.

Но какое решение будет верным сейчас?

Елена встала и заговорила с сыном холодным наставительным материнским тоном:

– Смерть твоего отца не была результатом предательства, это наказание божье. – Она жестом указала на Ромбура и Кайлею, которые, казалось, были потрясены сценой расследования. – Мой возлюбленный герцог был наказан за дружбу с Домом Верниусов, за то, что разрешил детям этого Дома жить на Каладане. Их семья нарушила заповеди, но Пауль привечал эту преступную семью. Моего мужа убила его гордость, а не какой-то низкий мастер стойла. Все очень просто.