Дюна: Дом Атрейдесов - Герберт Брайан - Страница 113

Она на минутку остановилась, чтобы приглядеться к горизонту, который вдруг вспыхнул, словно искрами, разрывами множества осветительных ракет. Тусклый ландшафт планеты стал необыкновенно ярким, как на ладони стали видны близлежащие деревни. Это было что-то совершенно новое и доселе невиданное. Искусственный свет: что это – транспорт или челнок?

Бела Тегез была не слишком густонаселенной планетой. Здесь не было богатств и полезных ископаемых, история этой планеты была мрачной и страшной: в старые времена из жителей местных деревень, несмотря на ожесточенное сопротивление, выращивали рабов, которых потом перевозили в другие галактики и продавали. Она и сама чувствовала себя здесь как в тюрьме.., но по крайней мере она сохранила жизнь и знала, что ее близкие находятся в безопасности.

– Как бы ты ни устроилась, как бы хорошо тебе ни было, – говорил ей на прощание супруг, – никогда не теряй бдительности. Никогда.

Пребывая в состоянии сразу пробудившейся настороженности, леди Шандо заметила бортовые огни трех орнитоптеров, которые приближались с дальнего расстояния. Машины шли на бреющем полете над скудным пейзажем. На орнитоптерах были включены на полную мощность осветительные маяки, хотя на планете стоял самый светлый час дня – полдень. Оба светила системы Куэнтсинг не могли при всем желании дать больше света.

Леди почувствовала, как холодные когти страха впились ей в сердце. Но она не двинулась с места и только плотнее запахнула синюю накидку. Она не носила цвета своего Дома из предосторожности, их не было даже в самых потайных шкафах ее гардероба.

Из усадьбы донесся голос:

– Мадам Лизетт! Кто-то приближается, но они не отвечают на наши вопросы!

Обернувшись, леди увидела узкоплечую фигуру Омера, одного из помощников, который служил Дому Верниусов много-много лет и который сопровождал леди, поскольку не знал, что он будет делать без нее. У него не было более важных дел, уверил ее Омер, и она оставила его, тронутая такой преданностью.

Видя приближающиеся орнитоптеры, Шандо раздумывала, стоит ли бежать, но отбросила саму эту возможность. Если это те, кого она ждет, то ей все равно не уйти, а если интуиция подвела ее, то опасаться нечего и нет никакой необходимости бежать.

Идущие строем орнитоптеры перегруппировались; резко хлопали крылья, ревели двигатели. Они сели на поле, испортив урожай и раздавив плоские плавающие светильники.

Люки орнитоптеров открылись, и из них высыпали солдаты. В этот момент леди Шандо поняла, что она обречена.

Словно во сне она вспомнила давно ушедшее время и других солдат. Это было в юности, когда она жила при императорском дворе, когда головокружение от положения императорской куртизанки начало проходить. Император какое-то время проводил с ней каждую ночь, но потом его интерес иссяк и он предпочел новую наложницу. Этого следовало ожидать. Она не чувствовала себя ущемленной, ведь император продолжал обеспечивать ее, и обеспечивать роскошно.

Но потом настал тот судьбоносный день, когда из похода вернулись войска императора, разбившие мятежников в Эказе. Шандо смотрела парад победителей, маршировавших по улицам Кайтэйна. Знамена были такими яркими, что заболели глаза, форма солдат была чистой и красивой, сами они сильными и бравыми. Во главе колонны она именно тогда в первый раз увидела своего будущего мужа. Гордый воин с широкими плечами и такой же широкой обаятельной улыбкой. Даже видя его с такого дальнего расстояния, Шандо ощутила головокружение, в ней проснулась страсть, он был самым великим из вернувшихся с войны солдат…

Эти солдаты, прибывшие сегодня на Бела Тегез, были совсем другими, они пугали своей черно-серой формой сардаукаров.

Командир отряда Бурсег выступил вперед, сверкнув своими знаками различия. Резко взмахнув рукой, он жестом приказал своим подчиненным занять позицию.

Поддерживая свое мужество остатками надежды, леди пошла ему навстречу, высоко подняв голову.

– Я – мадам Лизетт, владелица этого поместья. Голос ее звучал твердо, она смотрела поверх головы офицера на свой загубленный урожай.

– Собираетесь ли вы и ваши подчиненные возместить мне нанесенный ущерб?

– Заткнись! – рявкнул один из солдат, направив на женщину свое лазерное ружье.

Как глупо все вышло, подумала Шандо. Надо было надеть защитное поле. Если бы она это сделала, то при первом же выстреле эта часть планеты Бела Тегез исчезла бы в вихре псевдоатомного взрыва.

Бурсег поднял руку, успокаивая зарвавшегося солдата, и леди сразу разгадала этот нехитрый гамбит: грубый, жестокий солдат должен запугать ее, но в этот момент в свои права вступает справедливый и всемогущий начальник, который, кажется, готов прислушиваться к голосу разума. Добрый солдат и злой солдат.

– Мы прибыли сюда по приказу императора, – заговорил Бурсег. – Мы осматриваем окрестности в поисках уцелевших предателей из одного Дома отступников. На основании предоставленных мне полномочий я имею право требовать от вас сотрудничества.

– Я незнакома с этим законодательством, – сказала леди, – но я ничего не знаю об отступниках. Я простая вдова, которая по мере сил старается вести свое маленькое хозяйство Пусть мои поверенные скажут вам, что знают. Я с радостью буду с вами сотрудничать, но, боюсь, плоды этого сотрудничества разочаруют вас.

– Не разочаруют, – прорычал все тот же ?злой? солдат.

Батраки вокруг них побросали работу и сбились в кучу, застыв на месте от страха. Бурсег вышел вперед и остановился напротив леди, глядя ей прямо в глаза. Она не отвела свой взгляд. Он внимательно всмотрелся в ее лицо и нахмурился. Она поняла, что топографический генератор настолько изменил черты ее лица, что бравый сардаукар увидел совсем не то, что ожидал. Она спокойно смотрела на него, не отводя глаз.

Она не успела понять его намерения, пока Бурсег ловким движением не схватил иксианское ожерелье и не сорвал его с шеи леди Шандо. Она ничего не почувствовала, но поняла, что ее маскировка перестала существовать.

– Вот так больше похоже, – произнес Бурсег. – Итак, вы ничего не знаете об отступниках, не так ли?

Он презрительно рассмеялся.

Леди вперила в сардаукара пылающий ненавистью взгляд. Солдаты продолжали выпрыгивать из орнитоптеров, окружая ее плотным кольцом. Одни из них выпустили несколько зарядов по центральному дому, другие обследовали скотный двор, силовую станцию и другие постройки. Может быть, они подозревали, что с ней на планету прилетели значительные военные силы? Если вспомнить о ее прошлом образе жизни, то, конечно, можно было бы предположить, что она вряд ли сможет обеспечить себя новой одеждой и горячей пищей.

Другой сардаукар с мрачным лицом схватил леди Шандо за руку. Она попыталась вырваться, но он удержал ее и, подняв рукав накидки, сделал ей укол маленькой кюреткой. Она вскрикнула, думая, что солдат отравил ее, но сардаукар спокойно отпустил ее и отошел, чтобы сделать анализ крови.

– Идентичность подтверждается, сэр, – сказал солдат, обращаясь к Бурсегу. – Это леди Шандо Верниус с Икса.

Отряд отошел на несколько шагов, но она не двинулась с места, зная, что последует дальше.

В течение последнего года здоровье императора пришло в полный упадок; он превратился в лишенную разума, безумную, дрожавшую развалину. Эльруд страдал от наваждений сильнее, чем прежде, и вмещал столько ненависти, сколько не может вместить душа здорового человека. Но он по-прежнему был императором, и его приказы беспрекословно исполнялись.

Единственный вопрос заключался в том, убьют ли они ее сразу или будут пытать, чтобы постараться добыть какие-нибудь сведения о Доминике Верниусе.

В боковой двери дома показался Омер. Он бегом приблизился к своей госпоже, громко крича. Его черные волосы были в полнейшем беспорядке. Слуга размахивал стареньким ружьем, которое он нашел в кладовой. Какой глупец, отрешенно подумала Шандо. Храбрый, милый и верный – но тем не менее глупец.

– Моя госпожа! – кричал Омер. – Оставьте ее.