Классическая драма Востока - Гуань Хань-цин - Страница 125

Поет.)

На мотив "Песня о старике"

Сейчас я подберу лепестки опавших цветов и разбужу ее . (Бросает лепестки за кулисы.)

Этот сон, сюцай, дошел только до середины. Так проводи же барышню Ду в ее душистые покои, пока сон не кончился. А я, дух цветов, удаляюсь. (Уходит.)

Лю Мэн-мэй

(входит, ведя за руку Ду Ли-нян, поет)

На мотив "Краснеет горный персик"

Ли-нян.О сюцай! Ты хочешь меня покинуть!

Вместе

Лю.Ты утомилась, сестрица. Отдохни же немного. (Провожает Ли-нян на то место, где она уснула, легонько баюкает ее.) Теперь, сестрица, я ухожу. (Уходя, оглядывается.)Так ты отдохни хорошенько, сестрица, а я потом еще приду взглянуть на тебя.

(Уходит.)

Ли-нян( просыпается, негромко зовет).Сюцай! Сюцай! Куда же ты ушел? ( Снова засыпает беспокойным сном.)

Госпожа Чжэнь

(входит)

Стихи

Дочка! Дочка! Ты зачем здесь спишь?

Ли-нян (спросонок зовет сюцая).Иди сюда!

Госпожа Чжэнь.Что с тобой, доченька?

Ли-нян (встает).Ой, здесь мама!

Госпожа Чжэнь.Дитя мое, почему ты не вышиваешь? И не читаешь книг? Что это ты себе такую волю дала? И почему ты здесь спишь, да еще днем?

Ли-нян.Ваша дочь хотела поиграть в саду. Весна так взбудоражила ее, что она направилась обратно в дом. Но рассеяться никак не могла и так устала, что решила отдохнуть. Я, конечно, провинилась, но надеюсь, что матушка простит мне мой проступок.

Госпожа Чжэнь.Дочь моя, в саду прохладно, ты здесь поменьше гуляй.

Ли-нян.Я последую вашему приказу, матушка.

Госпожа Чжэнь.Иди в кабинет, читай там книги.

Ли-нян.Но ведь учителя нет, он давно уже отдыхает.

Госпожа Чжэнь (вздыхает).Стала дочка взрослой — и столько с ней теперь хлопот, что просто рукой махнешь. Воистину:

(Уходит.)

Ли-нян(продолжительно вздыхает, глядя вслед уходящей матери). О, Небо! Сегодня Ду Ли-нян немножко посчастливилось. Попала я в цветущий сад, когда раскрылись все цветы. Это ранило мне душу. Я никуда не ушла, а заснула днем в душистой беседке. И вот предо мною предстал студент в тех летах, когда надевают шапку, красивый и изящный. В саду он сломил ветку ивы и с улыбкой сказал мне: "Если ты, сестрица, хорошо знаешь древние книги, почему бы тебе не воспеть в стихах веточку ивы?" Я хотела было ему ответить, но вдруг вспомнила, что я совсем с ним не знакома, даже имени его не знаю, — можно ли так просто вступить с ним в разговор. А пока я так раздумывала, студент этот успел подойти ко мне и сказал несколько слов, отозвавшихся в моей душе, потом обнял меня, увлек к пионовой беседке, к ограде, где растут пионы, и мы узнали радости "дождя и тучки". Чувства наши отвечали друг другу, и была у нас любовь на тысячу ладов, десятки тысяч ласк. А когда кончились наши радости, он проводил меня туда, где я спала, и все приговаривал: "Отдохни!" Едва этот студент вышел из ворот, как появилась матушка. Я вся покрылась холодным потом — а ведь это был, как говорится, "Сон о Южной ветке". Я поспешно поклонилась матушке, а та стала приставать ко мне со всякими ненужными словами. Мои уста ни слова не произнесли ей в ответ. В уме у меня были думы о том, что случилось во сне, — тут уж я дала себе волю! И теперь не могу ни ходить, ни сидеть спокойно — словно бы что-то потеряла. Ах, мама, ты велела мне идти в классы, книги читать, — знать бы, какой книгой он разгоняет свою тоску! (Вытирает слезы.)

(Поет.)

На мотив "Повисли пушинки на хлопке"

Чунь-сян

(входит)

Ли-нян

(поет)

Заключительная ария