Дюна. Батлерианский джихад - Герберт Брайан - Страница 136

Сверху Аяксу было хорошо видно, как в сетке улиц мыслящие машины воздвигают оборонительные периметры. Он надеялся, что вот-вот толпы неорганизованных повстанцев распадутся и дрогнут. Только сегодня были убиты уже тысячи людей. Возможно, потеха только начинается.

Оставляя за собой длинные огненные хвосты, из фриза «Победа титанов» вылетели ракеты. Соединив и усилив разрешение своих оптических сенсоров, Аякс узнал человека, стоявшего на вершине гигантской резной каменной стены. Именно он запускал спрятанные в монументе ракеты. Это был не кто иной, как заговорщик, начальник строительной команды Иблис Гинджо! Не зря Аякс подозревал его!

С непередаваемым гневом смотрел Аякс на толпы неблагодарных тварей, которые с помощью тросов и небольших зарядов взрывчатки валили наземь колонны, поддерживавшие величественные статуи титанов. Ускорив движение платформы, Аякс увидел, что его исполинская статуя уже валяется на разбитых плитах площади. Черви издали громкий ликующий вопль. Из фриза вылетела еще одна грубо сработанная самодельная ракета.

Аякс увеличил скорость и обогнул фриз, решив подобраться к нему с тыла, из зоны, недосягаемой для ракет хретгиров. В этот момент гигантская статуя, изображавшая его собственное человеческое обличье, рассыпалась на множество мелких кусков и упала на площадь, как статуя свергнутого короля.

Аякс предвкушал, как он разом оторвет Иблису Гинджо все его конечности, наслаждаясь его предсмертными воплями.

Внезапно вся платформа с пьедесталами монументов развернулась, и из ее повернувшегося фасада вылетели ракеты, направленные на Аякса. Одна из них разорвалась в двигателе платформы, и все летающее сооружение с грохотом рухнуло на землю.

Титан тоже упал, сильно ударившись о плаз с громким стуком, напоминающим удар грома. Плаз разбился от тяжести поршневых ног и мощной брони, которой была прикрыта емкость с мозгом. От падения платформа взорвалась, и этот взрыв повредил пусковые установки, спрятанные в монументе.

Удар корпуса Аякса превратил камни мостовой в мелкую пыль. Интегрированные в корпус системы дали сбой, импульсы в электронных схемах потеряли правильный ритм, нейроэлектронные схемы вырубились, потом снова включились, но функционировали уже неверно. Плавающий в электропроводящей жидкости защитной емкости мозг начал получать неправильную и искаженную информацию, поступающую по поврежденным стержням передачи мыслей. Аякс лежал среди развалин монументов, поваленных на землю неблагодарными людьми.

Он слышал, как Иблис выкрикнул команду, приказывая своим рабам навалиться на раненого титана. Ментальным усилием Аякс перезагрузил свои боевые схемы, воспользовавшись обходными шунтирующими цепями вместо поврежденных. Он сможет сражаться, если будет в состоянии подняться на конечности.

На него набросилась разъяренная толпа, но он разогнал ее одним взмахом своей боевой руки, а потом встал на свои мощные, хотя и несколько поврежденные, конечности. Сломанные ноги отказывались надежно держать его боевой корпус. Немного завалившись на один бок, он начал, не целясь, стрелять из огнемета. Струя пламени должна была отогнать повстанцев еще дальше.

Но вместо этого люди переползали через тела своих павших товарищей и упрямо продолжали подбираться к титану…

Прежде чем Аякс успел восстановить равновесие и заново настроить оптические сенсоры, чтобы ясно видеть происходящее, Иблис вывез из поврежденного фриза еще одну ракету и запустил ее вручную. Оставшись лишь с наполовину функционирующими системами, Аякс попытался уклониться от ракеты, но она все же попала в него и разрушила одну из шести его конечностей. Титан потерял равновесие и упал на мостовую, выбив в ней глубокую яму.

Древний воин взревел синтезатором голоса и переместил свое бронированное тело, увидев стоявшего на поврежденной стене Иблиса. Осатаневшие рабы носились среди обломков площади Форума, бросаясь на кимека, как мыши, пытающиеся свалить огромного дикого быка.

Аякс встряхнул всем своим неуклюжим громоздким телом, и черви посыпались с него. Он наступал на них, давил, рвал на части всякого, кто становился на его пути. Но чем больше людей он убивал, тем больше их нападало на него. Они швыряли в кимека свои импровизированные маломощные гранаты и тяжелые предметы, стреляли в него из похищенных в арсенале ружей. Осатаневший от крови Аякс убил и искалечил сотни людей, но сам пока не получил никаких дополнительных повреждений. Однако он шатался просто от тяжести повисших на нем людей, которые расшатывали его, пользуясь отсутствием у него одной ходильной ноги.

Иблис продолжал отдавать команды со стены:

– Он убил миллиарды людей! Уничтожьте его!

Только миллиарды? Я уверен, что их было много больше.

Набрав максимум механической энергии, Аякс подмял под себя массу разъяренных людей и начал взбираться на высокую каменную стену, выставляя быстрые хватательные крюки и поддерживающие стержни из своих многофункциональных конечностей, которые продолжали работать вполне сносно. Иблис стоял на вершине стены и распоряжался дурацкими действиями рабов.

Пока Аякс взбирался на гребень стены, десятки рабов повисли на его корпусе в том месте, где он не мог достать их и причинить им вред. Титан принялся трясти одной из оставшихся конечностей, а остальные четыре использовал для продвижения.

Стоявшие сверху рабы начали бросать гранаты, которые, взрываясь у поверхности стены, выбивали из нее большие куски, лишая ноги титана необходимой опоры. Несколько сумасшедших повстанцев упали с его конечности, сметенные взрывной волной. Но их место тут же заняли другие.

Тело титана неуклюже раскачивалось из стороны в сторону, и все больше людей забиралось ему на спину, вооруженные резаками и сварочными аппаратами, с помощью которых они постепенно разрушали его конструкцию.

Прошло еще несколько секунд, и восставшим удалось повредить нейроэлектрические цепи и перекусить волоконные контрольные провода, идущие от емкости с мозгом к конечностям. Гигантское тело титана оказалось полностью парализованным. Аякс почувствовал, как его повалили на спину и поволокли вниз.

Он слышал крики боли, так как при своем падении он придавил сотню хретгиров, которые не успели отбежать в сторону. Он обожал крики боли. Но теперь Аякс не мог двигаться и лежал неподвижно, как огромное парализованное ядом насекомое.

– Я титан! – взревел он.

Через свои рассеянные оптические сенсоры Аякс увидел, как предатель Иблис, бывший начальник строительной команды, стоя на плечах своих рабов, указывал обвиняющим жестом на головную пластину Аякса.

– Снимите с него защитный кожух, вот здесь!

Чувствительные стержни сообщили Аяксу, что люди сняли заслонку, прикрывавшую емкость с головным мозгом.

Торжествующе улыбаясь, Иблис взобрался на плечо дергающегося механического тела кимека и поднял импровизированную дубину. Улыбаясь, начальник строительной команды с силой опустил металлическую дубину на плазовый корпус емкости.

Он ударил еще раз, и еще, и еще, и бил до тех пор, пока не разбил емкость и не превратил мозг титана в массу расплющенного органического вещества, смешанного с электропроводящей жидкостью.

Придя в совершенную эйфорию от того, что он сделал, Иблис встал на тело убитого титана и громко закричал, не в силах сдержать переполнявшей его радости победы. Эта радость была выше пламени, которое продолжало пожирать город машин.

Вид гибели самого страшного и великого титана вызвал фурор в толпе. Весть о смерти титана распространилась по улицам с быстротой лесного пожара, и люди с еще большим пылом бросились истреблять все проявления и символы владычества роботов. Неокимеки и роботы-охранники в панике отступали при приближении повстанцев.

Вездесущему всемирному разуму Омниуса не оставалось иного выбора, как прибегнуть к решительным контрмерам.

* * *