Три дара любимому - Филд Сандра - Страница 30

— Снимки могли быть сделаны когда угодно. Вы ведь давно знакомы с Джаредом.

— А как вы думаете, почему он не захотел брать вас с собой в Сингапур? — негромко пробормотала Лиз. Дейвон изменилась в лице, а гостья мягко рассмеялась: — Я бы могла поехать с ним и в Техас, но сочла более важным увидеться с вами. Думаю, для вас самой лучше узнать правду раньше, чем позже.

— Какой альтруизм, — ответила Дейвон, пытаясь затолкать снимки обратно в конверт. Один упал на пол — Лиз в великолепном коротком платье, в объятиях Джареда, в танце. Дейвон торопливо подобрала фотографию и, не глядя на Лиз, положила конверт на поднос. Отчаянно желая, чтобы эта женщина поскорее ушла и оставила ее одну, она жестко произнесла: — Если вы полагаете, что Джаред разведется со мной и женится на вас, то сильно ошибаетесь. Во-первых, одним из условий нашего брака было его не расторжение. Во-вторых, он давно мог бы жениться на вас... если бы захотел, не так ли?

Лиз вспыхнула, поджала губы.

— Джаред сделал грубую ошибку, женившись на вас. И он уже осознал это.

— Мне он этого не говорил.

— Зато говорил мне. Если у вас есть хоть капля здравого смысла, Дейвон, вам лучше исчезнуть из его жизни. С глаз долой — из сердца вон, как говорится. И к Джареду это как нельзя лучше подходит.

— В таком случае не лучше ли вам вернуться на Манхэттен? — сказала Дейвон, поднимаясь на ноги как можно изящнее, словно на ней был дорогой деловой костюм, а не домашние спортивные брюки и свитер с вышитыми на нем спереди кроликами.

Лиз тоже встала. Последние слова ее сильно задели, довольно отметила про себя Дейвон.

— Я сама найду выход, — фыркнула Лиз. — Не старайтесь привязать Джареда к себе, Дейвон, вы ему не нужны.

— Однако после свадьбы моей матери и после дня рождения отца в постели он оказался со мной, а не с вами, — ответила Дейвон. — До свидания, Лиз.

Каблучки Лиз громко зацокали по дубовому паркету. Парадная дверь захлопнулась с громким стуком.

Дейвон медленно опустилась на стул и только тогда заметила, что конверт с фотографиями остался лежать на подносе. Она взяла их и снова, одну за другой, начала рассматривать, и мысли ее вертелись только вокруг того, почему Джаред отказался взять ее с собой в Сингапур, почему так убеждал не ездить с ним в Нью-Йорк и Техас.

«Чтобы не отвлекаться от работы». Так он сказал.

Сдерживая боль, она продолжала размышлять. Он взял с собой в Сингапур Лиз. К тому же Лиз живет на Манхэттене — значит, всегда может навещать его. Особенно когда Дейвон далеко.

Единственным условием Дейвон перед свадьбой была честность со стороны Джареда. И вот не прошло и месяца, как он, похоже, нарушил свое слово. Теперь, припоминая, как легко он согласился на ее условие, она поняла, что выполнять его Джаред и не собирался. Он лгал ей с самого начала; ему нельзя было доверять.

Ведь она это знала с той самой ночи в Нью-Йорке. Так почему же так легко поверила его словам, решила, что больше между ним и Лиз ничего нет? И зачем она полюбила его?

Какой же она была дурой!

Дейвон вскочила на ноги, испугавшись, что сейчас войдет Салли и увидит ее плачущей над пустой кофейной чашкой. Умываясь в просторной ванной комнате, она подумала сначала, что нужно немедленно, первым же рейсом лететь в Нью-Йорк, чтобы высказать Джареду все в лицо. Но что в этом толку? Если ему нужна Лиз, криком и скандалом этого не исправишь. И слезами тоже.

Как бы то ни было, Джаред сейчас в Техасе, и чем скорее она смирится с тем, что в его жизни была лишь эпизодом, тем лучше.

Стив. Питер. А теперь — Джаред.

Дейвон набросила на плечи жакет и вышла на набережную. Когда она вернулась, на автоответчике ее ждало сообщение от Джареда. Его глубокий баритон, до боли знакомый, сообщал, что сейчас он летит в Сан-Франциско и вернется в Ванкувер к концу недели. Томас встретит его в аэропорту. Таким же безразличным тоном он мог бы говорить с Салли или тем же Томасом.

Она опустилась на край кровати. Нет, плакать она не собиралась — для этого у нее времени будет достаточно. Позже. А сейчас она должна была обдумать план дальнейших действий.

Она последует совету Лиз. И исчезнет из жизни Джареда.

Хотя Дейвон не была твердо уверена, что Джаред попытается ее разыскать, на следующее утро она решила с самого начала запутать следы. Однажды за ней уже следили его люди, что же помешает ему на этот раз поступить так же? Поэтому она решила отослать Салли и Томаса недели на две из города. Краснея от собственной двуличности и надеясь, что они примут это за стыдливый румянец новобрачной, Дейвон сказала:

— Мы с Джаредом так мало времени проводим вместе, что хотели бы побыть здесь совсем одни хотя бы несколько дней... Я могу заказать вам места в отеле, чтобы вы могли куда-нибудь поехать отдохнуть.

Салли улыбнулась, впервые в ее чертах промелькнуло что-то человеческое.

— Мы ведь можем поехать навестить внуков в Калгари, верно, Том?

— Вы уверены, миссис Холт, что мы можем уехать? Мистер Холт ничего не говорил мне об этом, — с сомнением спросил Томас.

— Я за все отвечаю, — улыбнулась Дейвон. — Давайте я закажу вам билеты на завтра.

Назавтра к полудню они уехали. Оставшись одна в пустом доме, Дейвон написала Джареду письмо и вызвала курьера из службы доставки. Ее краткое послание гласило:

«Джаред!

Лиз приезжала ко мне и привезла фотографии, которые я прилагаю к письму. Они говорят сами за себя. Теперь я понимаю, почему ты не хотел, чтобы я поехала с тобой в Сингапур, а потом и на Манхэттен. Очень жаль, что ты не сказал мне правды.

Я оставляю тебя, Джаред. Видишь ли, во время нашего медового месяца я сделала одну очень большую глупость — я полюбила тебя. Поэтому делить тебя с другой женщиной не могу.

Прошу тебя, не пытайся меня разыскивать».

Подписавшись просто «Дейвон», она написала на конверте адрес его нью-йоркской квартиры. Еще одно письмо она написала Бенсону и Алисии, где сообщала, что хочет немного отдохнуть, и просила их не беспокоиться. Это письмо она решила отправить обыкновенной почтой. После того как курьер ушел, Дейвон вызвала такси.

Машина привезла ее на вокзал, где она переоделась в дамской комнате, стараясь максимально изменить внешность. Потом, взяв другое такси, она доехала до автовокзала и пересела в автобус, идущий до ванкуверского порта. По пути она ни с кем не разговаривала и доехала до Виктории. Остановилась Дейвон в небольшом отеле под вымышленным именем. Все эти предосторожности казались ей одновременно и нелепыми, и абсолютно необходимыми.

Ее комната была в самом конце короткого коридора. Дейвон заперла дверь и легла. Весь день она изо всех сил сдерживала душившие ее слезы. Но теперь, когда она осталась одна, слезы отступили. Горящими глазами она смотрела в темноту, чувствуя себя такой одинокой, какой не была еще никогда в жизни.

Джаред сидел на встрече директоров компаний в Остине, когда секретарь принес ему сообщение.

— Прошу меня извинить, господа, — сказал он, повернулся в кресле и развернул лист. Сообщение должно было быть очень важным — его секретарь не стал бы беспокоить его по пустякам.

Звонил его личный помощник из Манхэттена. Курьер доставил письмо от миссис Холт из Ванкувера. Теперь помощник ожидает указаний мистера Холта.

Джаред с нарастающей тревогой еще раз перечитал сообщение. Зачем Дейвон понадобилось отправлять ему письмо курьером? Ей ведь достаточно было просто позвонить.

Ребенок. Что-то случилось с ребенком? Но при чем здесь курьерская доставка? Нелепость. Он отодвинул кресло и встал.

— Я сейчас вернусь, — сказал он и вышел. Уоллес, его помощник, поднял трубку после второго гудка.

— Резиденция Холта. Чем могу быть полезен?

Уоллес Хенти работал у Бенсона, когда Джаред был еще подростком. Джаред доверял ему во всем.

— Уоллес, вскройте, пожалуйста, письмо от миссис Холт и прочтите его мне вслух.

— Минуту, сэр.