Жажда - Карвер Таня - Страница 79

– Потому что мы можем это сделать, вот почему!

– Сосредоточьтесь, Микки, – вновь послышался в наушнике голос Марины. – Спросите его о жертвах. Кто выбирал их, по какому принципу они отбирались. Он нам всего не рассказывает. И я не понимаю почему. Либо он и сам всего не знает, либо что-то преднамеренно утаивает. Выясните это.

– Кто выбирал девушек, Марк?

– Фиона.

– Это все бывшие женщины Марка, – сказала Марина. – Интересно.

– Значит, вас не смущало, что все они были вашими бывшими подружками, Марк? Что Фиона выбирала жертвами именно их?

Тернер вздрогнул, и лицо его на мгновение исказилось, словно от боли. Но потом все прошло. Он снова взял себя в руки. И с усилием пожал плечами.

– Почему? Я сейчас выше этого. Какое это может иметь для меня значение?

– Нет, Микки, ему это небезразлично, он вздрогнул. Это его бывшие девушки, и ему по-прежнему больно, независимо от того, что он говорит.

Микки смотрел на него, внимательно слушая Марину.

– Это его слабое место. Мы сделали его, – сказала она в наушник. – Добейте его. Пора с ним заканчивать.

Глава 99

Фил пристально смотрел на Фиону Уэлч, стараясь не обращать внимания на горящие щеки и сконцентрироваться. Поговорить с ней.

– Послушайте…

Его захлестнула волна острой боли. Чтобы заглушить ее, он сделал глубокий вдох. Фиона Уэлч сидела перед ним, слегка склонив голову набок, словно прислушивающийся к чему-то зверь. Или антрополог, с интересом рассматривающий новую находку. Выражение ее лица было безмятежным и каким-то сладким.

Фил попытался снова.

– Фиона, – сказал он, – что вы собираетесь этим доказать? Вам не уйти отсюда.

Она пожала плечами и мило улыбнулась. Но не ответила.

– Остальная команда пойдет меня искать. Я сказал им, куда направляюсь. Когда они придут сюда, они найдут и вас.

Она опять пожала плечами.

– Ну и что?

– А то, что вас поймают. Дальше – тюрьма.

– Ну и что?

Фил покачал головой. Его доводы на нее не действовали.

– Что вы надеетесь извлечь из всего этого?

– Диссертацию по философии.

Филу показалось, что он ослышался.

– Что?

– Мою диссертацию. Она посвящена виктимологии [22]и физическому насилию. Тому, как зависимая личность может полностью контролироваться доминирующей. А также в ней рассматривается менталитет жертвы и методика, необходимая для изначального создания этого особого менталитета. – Она улыбнулась. – На примере реальных людей.

Фил не мог поверить собственным ушам.

– Вы хотите сказать… что совершали все это… похищения, убийства, все остальное… только ради своей диссертации?

Она выглядела обиженной.

– А почему бы и нет? Я сказала вам, что хочу доказать свою точку зрения. Это она и есть.

– Но… – Фил не знал, смеяться ему или плакать. – Из-за этого вы проведете остаток своей жизни за решеткой.

– Ну и что?

– Что? Какой вам толк от диссертации, если вы будете сидеть в тюрьме?

Она покачала головой и снисходительно ухмыльнулась, словно ей приходилось объяснять очевидные вещи умственно отсталому человеку.

– Степень доктора философии остается степенью доктора философии. В тюрьме или где угодно. – Ее глаза сверкнули в темноте, словно две острые бритвы. – И только подумайте: я буду знаменита!

Фил был поражен.

– Знаменита?

– Ну да, знаменита. – Увлекшись собственными словами и мыслями, она задумчиво отвела глаза в сторону. – Нет. Я буду не просто знаменита, я прославлюсь. Нет. Это тоже не совсем то. Я буду… Передо мной будут преклоняться. – Она кивнула. – Да. Вот это правильное слово. Именно преклоняться. Я буду получать письма. Принимать посетителей. Они будут писать обо мне книги. Серьезные, основательные научные труды, а не просто дешевое чтиво в мягкой обложке. У меня будут последователи. Ученики. – Она снова повернулась к Филу. – Вы знаете, что Чарльз Мэнсон [23]сам никого не убивал? Он только заставлял других делать это за него. Тем не менее он до сих пор сидит в тюрьме. А он ведь всего лишь престарелый и запутавшийся вонючий хиппи. По сравнению со мной он – никто…

Фил понял, что она сошла с ума. Раньше он такое только предполагал, но теперь окончательно убедился в этом. И в этот же миг еще одна мысль посетила его: «Я могу не выбраться отсюда живым».

До этого момента он думал, что у него есть шанс. Он мог бы поддерживать с ней разговор до прихода своей команды, уводить ее в сторону. Да, она сказала, что ожидает, что ее поймают. Но Фиона Уэлч была сумасшедшей. И неизвестно, что она сделает в следующую минуту. Может быть, у нее остался для него еще один фокус, последний удар ножа…

Перед его глазами возникла Марина. И Джозефина. Неужели он вернул их только для того, чтобы тут же потерять? И уже навсегда?

Глава 100

Сюзанна была в сознании. И слышала каждое слово. Она лежала, свернувшись на железных мостках, не шевелясь и даже почти не дыша. За то время, которое она провела в ящике, она научилась делать это в совершенстве. Глаза ее были прикрыты, а взгляд метался между этим полицейским, Филом Бреннаном, и сумасшедшей женщиной, которая его захватила. Она помнила ее еще по больнице и сейчас узнала. Фиона. Фамилию она не помнила. Психолог. Так, значит, за всем этим стояла она? Но почему? В больнице они едва обменялись парой слов.

Но за этой сумасшедшей находился кто-то еще, и именно от него Сюзанна не могла оторвать глаз. Громадная молчаливая фигура, было слышно только хриплое дыхание. Этот человек почти полностью скрывался в тени, но, когда он переминался с ноги на ногу, она узнала его.

Это лицо Сюзанна видела в своем ночном кошмаре.

Она старалась не поднимать глаз, боясь привлечь к себе внимание, – она видела, что сумасшедшая сделала с лицом Фила Бреннана, – но не могла оторвать взгляд от стоявшего в тени мужчины. Эта женщина называла его Аспидом. Что ж, в этом был свой смысл. Учитывая то, что он сделал с ней. Притом в ее собственном доме.

В ее собственной спальне.

Но она продолжала следить за их разговором. Старалась, по крайней мере. Сумасшедшая женщина заставила Аспида думать, что в ней, в Сюзанне, живет дух мертвой женщины? И поэтому он преследовал ее? Если бы кто-то рассказал ей об этом, обо всем, что произошло, она бы сказала, что это выдумки. Что она в жизни не слышала подобного бреда. Но она узнала об этом не от кого-то. Это произошло с ней. И ей никогда в жизни не приходилось испытывать что-то столь же ужасное.

К тому же она до сих пор не освободилась от этого. Она все еще была здесь.

Она еще раз тайком огляделась вокруг. Посмотрела туда, где находились Фил Бреннан и сумасшедшая женщина. Позади них стоял Аспид. Здесь не пройти. Она медленно повернула голову, сделав вид, что это случайное движение. И посмотрела в противоположную сторону мостков.

Темнота.

Она снова искоса взглянула туда. Она была уверена, что различает среди теней лестницу, которая вела отсюда вниз. Но зато она не была уверена, что сможет добежать туда. Вдоль подвесных мостков висели цепи, которые тихонько позвякивали, когда налетал ветерок или кто-то шатал мостки. У одних из них на концах были крюки, у других – массивные противовесы. Сможет ли она ухватиться за цепь и по ней соскользнуть на землю? Будет ли это лучшим способом оказаться внизу? И произойдет ли это достаточно быстро, чтобы кто-то из них не смог догнать ее, спустившись по лестнице?

Она прислушалась к себе. Так ли велико ее желание убежать? Готова ли она рискнуть жизнью, лишь бы только выбраться отсюда?

Да. Она готова.

Так как же это сделать?

Этого она пока не придумала. У нее все еще не было сил на такой шаг. Подъем по лестнице на подвесные мостки позволил ей проверить, может ли она вообще передвигаться, дал шанс возобновить циркуляцию крови. И это, вероятно, помогло ей больше, чем хотелось бы похитителям.