Жажда - Карвер Таня - Страница 74

– Почему же вы не пришли к нам? Почему все не рассказали?

Она горько усмехнулась.

– Ну да, и вы бы наизнанку вывернулись, чтобы разыскать мою Адель, да? Да и что бы я вам сказала? Что мой сын охотится за моей дочерью и за мной, потому что мы убили его отца? Не думаю, что это могло бы пройти.

Фил промолчал. Она была права.

– А другие женщины… Когда вы услышали, что они пропали или были убиты, вы не связали это как-то со своим сыном?

– Я должна была бы сделать это… Не знаю. Нет.

Она покачала головой и закрыла глаза. Слова эти прозвучали как-то неуверенно, словно она произнесла их, чтобы убедить саму себя.

Не нужно взваливать на нее еще одну вину, с нее уже и так достаточно, подумал Фил.

– Вам следовало поговорить со мной, – сказал он. – Именно со мной.

Она не ответила. Не могла на это ответить.

– И что теперь? – спросил Фил. – Он теперь уже не на яхте, где жил. Вы не знаете, где он может быть сейчас?

Паула покачала головой.

– Не защищайте его, Паула. Сейчас не тот случай. Если что-то знаете, скажите мне.

Она подняла голову. В глазах ее горел огонь. И стояли слезы.

– Я не защищаю его. Неужели вы действительно думаете, что я бы стала это делать? После всего того, что он совершил? Всего, что он забрал у меня? Вы и вправду так думаете? Он лишился разума, мистер Бреннан. Все, что в нем осталось, это только ненависть. И если бы я знала, где он, я бы вам сказала. Я бы сама привела вас к этому мерзавцу…

Она сорвалась, и ее слова захлебнулись в слезах.

Сверху послышался детский плач.

– Это ребенок Адель, – сказала Паула.

Плач не умолкал. Паула не двинулась с места. Больше Филу сказать было нечего, все вопросы были уже заданы. Он встал.

– Я должен забрать вас с собой.

Она кивнула. Ребенок продолжал плакать.

– Но не сегодня. Мы сделаем это потом.

На этот раз Паула не кивнула. Фил направился к двери. Потом обернулся и посмотрел на нее. Она сидела одна в полном хаосе. Наверху плакал ребенок. Ему хотелось как-то поддержать ее, сказать что-то ободряющее. Отыскать слова, от которых ей станет легче. Слова, которые помогут ей уйти от боли и как-то пережить эти потери.

Но таких слов не было. Совсем.

И он ушел, оставив ее здесь.

Закрыл за собой дверь. И шагнул в темноту улицы.

Глава 92

Микки не пришлось долго ждать дальнейшего развития событий. В дверь комнаты для допросов постучали. Он встал и вышел в коридор, прикрыв за собой дверь. Он очень надеялся, что это как-то связано с тем, что сможет ему помочь.

Это была Анни.

– Вот. – Она протянула ему лист бумаги. – Предварительные результаты анализа ДНК образцов, взятых с тела Адель Харрисон. Как и говорил Ник, один из образцов весьма занятный.

– Что там?

– Это здесь.

Она указала ему на нужный раздел.

Микки прочел. И заулыбался.

– Спасибо, Анни. Это, похоже, как раз то, что нужно.

Она тоже улыбнулась ему.

– Желаю удачи.

В коридоре появилась Марина.

– Отличная работа, Микки.

Улыбка его увяла.

– Вы так считаете? Я упустил его.

– Вы получите его обратно. Он ведомый. А лидером является Фиона Уэлч. Если бы он не встретился с ней и не попал под ее влияние, то сейчас не сидел бы здесь. Я думаю, что не такой уж он отъявленный тип. Он не безнадежен. Сыграйте на этом. Используйте это. Обратитесь к его светлой половине. Станьте ему товарищем.

– Своим парнем?

– Стоит попробовать.

Он помахал листом бумаги, который держал в руке.

– А если не сработает, всегда можно прибегнуть вот к этому.

– Точно.

Он снова вернулся в комнату для допросов и сел за стол.

– Прошу прощения, – улыбнулся он Тернеру, – так на чем мы остановились? Ах да, вы сказали, что оказались выше всех нас.

Тернер криво ухмыльнулся и ничего не сказал. Похоже, он принял эти слова за чистую монету.

Микки пристально посмотрел на него.

– Вы ведь раньше встречались с Сюзанной Перри, верно?

– Вы прекрасно знаете, что встречался.

– Славная девушка. Почему вы бросили ее?

– Нашел себе кое-кого получше.

– Правда? – Микки покачал головой. – Вы имеете в виду Фиону Уэлч? Послушайте, приятель, с этой темной личностью вы явно сделали шаг назад.

Тернер уставился на него.

– Я хочу сказать… Возьмем хотя бы Сюзанну. Привлекательная, умная, приятная в компании… Или Джулия Миллер. До Сюзанны вы ведь с ней встречались? То же самое. Настоящая красотка. И после них вы идете к Фионе Уэлч.

– Ну и что?

– А то, что это напоминает, будто вы поменяли «роллс-ройс» на «Форд-Мондео». Видимо, она уж больно хороша в постели, приятель, потому что иначе непонятно, что с нее можно взять еще.

Лицо Тернера покраснело, глаза прищурились. Он с трудом сдержался, чтобы не вскочить со стула.

– А вам откуда это знать, Мистер Тупой Полицейский? Приятель, говорите? Как бы не так! Вот оно что. Ничего! «Любые факты являются предметом их интерпретации. И то, какая из этих интерпретаций превалирует в данный момент времени, зависит не от их истинности, а от власти». – Он выдавил из себя улыбку. – Знаете, кто это сказал? Разумеется, не знаете. Потому что вы тупой. Тупой, тупой, тупой, тупой, тупой…

Микки молчал.

– Пойду посмотрю, – произнес в ухе Микки голос Марины. Тот покачал головой. Он надеялся, что она его поняла.

А Тернер между тем продолжал говорить:

– И это только ваша интерпретация. Потому что вы думаете, что у вас есть власть. Но на самом деле это не так. Ничего подобного на самом деле нет.

– Тогда расскажите мне, в чем тут дело.

Тернер снова невесело усмехнулся.

– Вы не поймете. Вы недостаточно умны, чтобы понять это.

– А вы объясните. Потому что в данный момент я единственный человек, который стоит между вами и пожизненным заключением за четыре убийства. Убедите меня.

Тернер откинулся на спинку стула.

– Хорошо. – Он закрыл глаза. – То, что было у нас с Фионой, – это намного, намного больше того, что я испытывал в жизни. Сюзанна, Джулия и даже Адель ничто по сравнению с этим. Скучные маленькие нули, пустое место. А Фиона показала мне истинную природу вещей, помогла мне осознать, кто я на самом деле, на что я способен… – Он вздохнул, и на лице его появилась счастливая жестокая улыбка. – Я еще никогда не чувствовал себя настолько наполненным жизнью. И это все благодаря ей. – Он открыл глаза. И пристально посмотрел прямо Микки в лицо. – Мне жаль вас. Мне по-настоящему вас жаль.

– Почему, Марк?

– Потому что вам никогда не испытать того, что чувствовал я. Никогда вам не пережить то, что пережил я. Ваша жизнь всегда будет одинаково скучной. И вы всегда будете глупы. «Каждый человек принимает границы своего поля зрения за границы мироздания». И это как раз о вас. Держу пари, что вы не знаете, кто сказал и это тоже.

– А если бы знал, это имело бы какое-то значение?

Тернер рассмеялся и покачал головой.

– Разумеется, нет.

Микки вздохнул и, откинувшись назад, скрестил руки на груди. Посмотрел Тернеру в глаза.

– Марк, я буду с вами откровенен. Теперь уже без дураков. Вы можете сидеть тут, сыпать цитатами и оскорблениями, и все это не будет иметь ни малейшего значения. В любой другой момент – да, но только не сейчас. И не для вас. Потому что, как я уже сказал, светит вам в перспективе пожизненное заключение за четыре убийства. По меньшей мере за четыре. Поскольку это только то, что мы уже знаем. И очень похоже на то, что ваша подружка просто кинула вас. Бросила, чтобы вся вина легла на вас.

При этих словах Тернер вздрогнул.

– Хороший ход, – сказала Марина.

Микки снова подался вперед. Последние несколько минут были забыты, беседа их снова стала приятельской.

– Так почему бы вам не рассказать мне все, Марк, а? Расскажите. Вы ведь ничего не теряете.

Тернер испытующе смотрел на него, покусывая нижнюю губу.