Возвращение колдуна - Хольбайн Вольфганг - Страница 54

Черная равнина, подобная мрачному океану с мягкими пористыми волнами, заставляла сердце сжиматься. Населенная ужасными существами, которые прорывали ее зыбкую поверхность, она казалась самой преисподней. Небо здесь никогда не освещалось солнцем, на нем не было звезд, и только бледная луна усмехалась с царственной холодностью.

А далеко, очень далеко маячила чья-то фигура, медленно приближающаяся ко мне.

Белая сорочка в пятнах крови. Развевающиеся темные волосы, дрожащие подобно щупальцам медузы. Смертельно острые, как кинжалы, когти. Кривляющаяся маска демона с уродливыми чертами, которые превратили милое моему сердцу лицо в гротескную карикатуру всего живого.

А затем я услышал голос.

Сначала я даже не узнал его — это был тонкий визг, крик демонической ярости, который отозвался эхом в моих ушах и становился все громче и громче. И только спустя какое-то время я разобрал слова.

—  Мы победим тебя, Роберт Крэйвен, — шептал призрак, заливаясь злым сатанинским хихиканьем, похожим на смех искаженных детских голосов.

—  Мы победим тебя, Роберт Крэйвен. Ты мертв.

Самое страшное, что это был не чужой голос. Я узнал его сразу, как и гримасу адского чудовища, которое говорило голосом Присциллы. Я узнал ее губы, с которых срывались ужасные слова.

Я стал кричать, пока дверь в мою камеру не открылась. Однако я даже не заметил, как рыжий полицейский, появившись в проеме, тут же отпрянул назад, как будто его ударили, и тоже начал кричать. Что-то яркое, сверкающее вырвалось из призрачной двери, обозначенной на стене, и накрыло его тело пеленой из всепоглощающего света. А вместе со светом пришли и тени, в которых проблеснула адская ухмылка призрака. Сотканные из дыма пальцы вцепились в молодого человека и начали рвать его волосы и одежду. На лице парня оставались кровавые полосы, но чудовищу, казалось, этого было мало, и оно пыталось выцарапать ему глаза.

Не помня себя, я вскочил, бросился к полицейскому и с силой толкнул его назад, за дверь. В тот же миг я услышал яростное шипение, а затем кто-то нанес мне мощный удар в спину. Прежде чем я успел почувствовать боль, у меня в глазах потемнело.

Лицо девушки было бледным, как у мертвеца. Ее опущенные веки едва заметно подрагивали, а бескровные губы казались двумя тонкими рубцами, которые выделялись на белой коже.

Некрон медленно поднял руку, наклонился и легонько дотронулся пальцами к губам спящей. Несколько секунд он сидел неподвижно, затем убрал руку, резко выпрямился и повелительным жестом подозвал двух воинов. Те подошли поближе и смиренно опустили головы, готовые внимать приказам своего господина.

— Вы оба несете ответственность за эту девушку и заплатите собственной жизнью, если кто-то попытается нарушить ее покой, — сказал Некрон. — Никто не должен прикасаться к ней. Можете убить любого, кто хотя бы приблизится к ее ложу.

Оба воина молча вытащили из ножен оружие и заняли пост слева и справа от лежавшей без сознания девушки. Некрон еще секунду смотрел на пленницу, испытывая смешанное чувство неверия и смятения, затем отвернулся и перевел задумчивый взгляд на Говарда и ван дер Гроота. Четверо его воинов притащили сюда Говарда и фламандца, удерживая их стальной хваткой.

— Я обдумал ваше предложение, Лавкрафт, — тихо сказал Некрон.

Говард взглянул на него. Прошло несколько часов с тех пор, как они разговаривали с Некроном в последний раз. За это время солнце село и надежды Говарда что-то изменить в создавшейся ситуации почти растаяли.

— Вы согласны? — спросил он.

Некрон не ответил. Вместо этого он сделал быстрый знак одному из воинов, который держал Говарда. Мужчина поднял руку и ударил пленника по затылку. Раздался сдавленный крик боли, и Говард упал на колено, сжав зубы. Когда воин рывком поднял его на ноги, он вновь вскрикнул.

Некрон ухмыльнулся.

— Это всего лишь предупреждение, Лавкрафт. Вы можете говорить только тогда, когда я вам разрешу. Как уже было сказано, я обдумал ваше предложение. Хотя то, что вы мне предложили, больше походит на шантаж. Или вы другого мнения?

— Я предлагаю вам сделку, — угрюмо произнес Говард. — Ваша жизнь в обмен на нашу жизнь и жизнь Роберта.

— Одна жизнь против четырех?

— Собственная жизнь всегда стоит немного дороже… Или вы считаете иначе?

Воин крепости драконавновь поднял кулак, но на этот раз Некрон успел остановить его и даже рассмеялся. Однако от его смеха по спине пленников побежали мурашки.

— Вы шутите, Лавкрафт, — сказал он. — Либо вы действительно очень мужественны, либо просто глупы. Но ближе к делу. — Он немного отошел в сторону, чтобы Говард мог видеть лежавшую без сознания Присциллу, и продолжил: — Да, я обдумал ваше предложение.

— У вас нет другого выбора, — тихо сказал Говард, — и вам придется принять мое предложение. Вы сами хорошо понимаете, что сидите со своими людьми в западне. Раньше или позже ЦТХУЛХУ или одно из его созданий появится здесь. Тогда вы пропали.

— Все может быть, — невозмутимо заметил Некрон. — Несмотря на это, я не пойду на сделку, которую вы мне предложили. У меня есть идея получше. — Он тонко улыбнулся. — Я просто заставлю вас сказать мне, где эти врата, если они вообще существуют.

— И как же это? — спросил Говард. — Я не боюсь смерти, Некрон. И ваши магические трюки со мной не пройдут.

— А кто говорит про магию? — с улыбкой возразил Некрон. — Посмотрите, Лавкрафт. Вы, как представитель западной культуры, всегда уступали нам в определенных областях. Например, в том, как переносите боль. Или как причиняете эту боль.

Говард нервно сглотнул.

— Вы собираетесь… пытать меня?

— Честно говоря, такая мысль действительно приходила мне в голову. — Некрон исподлобья посмотрел на Говарда. — Но я отказался от нее, поскольку уверен, что вы не сможете долго терпеть боль, а потому постараетесь найти путь к самоубийству, прежде чем успеете заговорить. Как видите, я предусмотрителен и стараюсь избегать ошибок. Но у меня есть еще два пленника, не так ли? — Он указал на фламандца, который испуганно вздрогнул, и на застывшую в болезненном сне Присциллу. — Вам, вероятно, известно, что мои люди специалисты по причинению боли, — продолжил Некрон. — А также в том, чтобы жертва оставалась живой как можно дольше. Я смогу продемонстрировать их умение на этом глупце ван дер Грооте. Думаю, что для вас, Лавкрафт, это не будет большим удовольствием.

— Почему же вы не делаете этого? — холодно спросил Говард. — Мы с ним далеко не друзья. Неужели вы думаете, что я выдам Роберта ради спасения человека, который собирался убить меня?

— Вы блефуете, — заявил Некрон. — Я знаю вас лучше, чем вы сами. Я убежден, что вы заговорите, потому что не сможете смотреть, как другой страдает из-за вас. Однако это всего лишь мое мнение. Я могу и ошибаться. — Колдун злорадно улыбнулся. — Поэтому я принял другое, на мой взгляд более верное решение.

Он пронзительно посмотрел на Говарда, затем неожиданно развернулся и быстрым шагом подошел к ложу Присциллы. Он схватил ее за волосы и поднял голову. Девушка не проснулась, но с ее губ сорвался тихий стон.

— Я даю вам слово, что мои люди смогут довести эту девушку до смерти прямо на ваших глазах, Лавкрафт, — сказал он тихо. — Скажите мне, где находятся врата!

— Вы — дьявол! — прохрипел Говард. — Вы проклятое чудовище! Я…

Он тут же получил удар кулаком между лопатками и снова упал на колени.

— Если вы ее… только тронете, Некрон, — с трудом выговорил он, — я убью себя сам. И тогда у вас будет только труп — и никого больше, кто смог бы показать вам путь назад.

— А это и не понадобится, — холодно сказал Некрон. — Я убью ее в любом случае, Лавкрафт. Я прикажу своим людям, чтобы они продолжали истязать ее независимо от того, умрете вы или нет. Ваша жертва будет бессмысленной. Поверьте мне: я говорю серьезно.

Говард с трудом приподнялся. Его взгляд был замутнен.