Адепт. Том второй. Каникулы - Бубела Олег Николаевич - Страница 157

Сцена прощания вышла весьма трогательной. Алиша с Хором долго простояли в объятиях, о чем-то перешептываясь, меня по очереди обняли все братья, Алонка повисела немного на моей шее, а Лакрийя даже поцеловала в щечку. Кисе тоже досталось, хотя и меньше, так что обделенной вниманием вампирша себя не чувствовала. А когда все наобнимались, Хор надрезал себе руку и принялся наполнять плетение кровью. Насыщение силой я взял на себя, передавая свою энергию другу, так что вскоре магическая структура была готова. Когда демон активировал плетение, мы встали поближе, помахали провожающим, которые, наоборот, поспешили отойти за пределы действия перехода, и стали наблюдать за тем, как увеличивается появившийся в центре пентаграммы хрустальный шар с шипами. А когда он достиг края плетения, ослепительная вспышка на краткий миг лишила нас зрения.

Переход сработал так же, как и в прошлый раз – только что я стоял на твердой земле, и вдруг оказался в воздухе. Приземление прошло замечательно – я с примерно двухметровой высоты рухнул животом на деревянный столбик, торчавший из земли и словно специально дожидавшийся, пока какой-нибудь маг не решит над ним полетать. Ощущения были фантастические! Полминуты я пытался справиться с болью и нормально вдохнуть, еще полминуты вдохновенно материл Хора, умудрившегося выбрать конечной точкой кладбище. Ведь этот столбик ранее был плюсом, стоявшим на старой могилке и давно потерявшим свою поперечную планку.

– Ну, ты же просил доставить в окрестности Кальсота, – виновато сказал хвостатый, наблюдая за моими страданиями. – Места приметнее я не знал, а появляться у самых ворот было бы глупо, ведь так?

Закончив осыпать друга крепкими выражениями, я подлечил плетением свою многострадальную тушку, поднялся и огляделся. Да, это было именно кладбище, северное кладбище Кальсота, на котором мы развлекались с Хором пару месяцев назад. И здесь, судя по расположению солнца, утро наступило совсем недавно. Видимо, разница во времени была весьма ощутимой, но сейчас это было мне только на руку.

– А зачем тебе нужно было отправляться именно в окрестности Кальсота? – поинтересовалась вампирша. – Можно ведь было перенестись поближе к Академии.

– Эх ты, разведчица! – укорил я Кису, поднимая свою сумку. – Никогда не стоит недооценивать такое нужное действие, как рекогносцировка. Пошли!

Вскинув сумку на плечо, я первым направился к дороге, ведущей в город. Топать пришлось недолго, вскоре мы достигли ворот, где предъявили стражникам свои знаки адептов, и вошли в Кальсот. Первым делом я активировал плетение поиска и просканировал с его помощью окрестности, однако ничего интересного не обнаружил. Мы направились через весь город к воротам, дорога из которых вела к Академии. Периодически я останавливался и тщательно осматривался, но никакие маги в радиус плетения не попадали. И все же спустя полчаса я нашел, что искал – три довольно сильные ауры одаренных, которые наверняка принадлежали адептам.

Дважды повернув, мы оказались на параллельной улице, прошли еще пару сотен метров и увидели небольшой трактир. Там поправляли здоровье после ночи гулянок трое стихийников, если меня не подводила память, обучавшихся на третьем цикле. Обозрев их слегка припухшие лица, я с друзьями подошел к ним, весело поздоровался и приказал трактирщику принести нам завтрак с кувшином самого лучшего вина. За кувшин пришлось выложить полтора золотых, а взамен благодарные стихийники поведали, что за время нашего отсутствия в Академии ничего не происходило.

Ну, за исключением того, что боевики умудрились снести крышу своего факультета во время тренировки, целители опять взорвали нечто сильное и очень пахучее в своей лаборатории, конструкторы что-то напутали, и в результате весь второй цикл угодил к Велиссе... Короче – все как обычно. И никаких странных визитов незнакомых магов, никаких изменений в преподавательском составе, никаких таинственных появлений новых защитных структур в зданиях и стенах Академии, в общем – ничего такого, что могло бы свидетельствовать об организации теплого приема в мою честь. Потрепавшись еще полчасика о всяких пустяках, мы распрощались со стихийниками и направились к воротам.

В Академию мы не опоздали. До истечения положенных двух десятиц еще оставалось несколько часов, о чем нам и сообщил привратник, который проверял наши вольницы. Более того, прямо в воротах нас не поджидала группа захвата, да и никакие магистры из-за ближайшего угла нападать не собирались. Но привратник, сделав соответствующие отметки в книге и вернув наши знаки, заявил, что меня срочно желает видеть Фалиано. Причем по какому поводу – неизвестно.

Как только мы отошли от ворот, Киса полушепотом спросила:

– Что предлагаешь делать?

– Пока не знаю, – так же тихо ответил я. – Хотя моя интуиция молчит, к ректору нам стоит пойти всем вместе. И в случае чего постарайтесь держаться рядом. Я хоть и не великий боевик, но пару-тройку магистров завалить смогу в любом случае, да и портал открою намного быстрее вас.

– Хорошо, Алекс.

Войдя в здание с крылатыми девушками, мы поднялись на второй этаж и осторожно заглянули в приемную. Кроме знакомой грымзы-секретарши, там никого не было, поэтому у меня немного отлегло от сердца. Ведь не мог же десяток боевых магистров прятаться в небольшом кабинете ректора? Хотя у него под столом достаточно много места...

– Алекс Дракон по приказанию милорда Фалиано явился, – доложил я грымзе.

Та смерила меня внимательным взглядом, активировала селектор и доложила ректору о моем прибытии.

– Пусть зайдет, – донесся из амулета голос магистра.

Сунув демону свою сумку, я мысленно пожелал себе удачи, подошел к двери и рывком распахнул ее, готовясь в любой момент окутаться защитным коконом. Но, кроме Фалиано, в кабинете никого не наблюдалось, поэтому я решил зайти. Ручка-жучок лежала на своем месте. Я легонько поклонился и сказал:

– Приветствую, милорд ректор. Рад видеть вас в добром здравии.

– Здравствуй, Алекс. Я тоже очень рад, что ты не забыл о том, что нужно вовремя вернуться в Академию. Знаешь ли, я в последнее время почему-то стал беспокоиться о твоей памяти.

Это что, намек? Какой-то слишком он тонкий, чтобы я мог уверенно понять его смысл. Надо продемонстрировать магистру, что данная фраза была слишком иносказательной, пусть конкретизирует.

– Я раньше никогда не жаловался на память. Могу я узнать, в чем причина вашего беспокойства?

– Не жаловался? – иронично переспросил Фалиано. – Тогда скажи мне, кто оставил на крыше боевого факультета свои накопители? Кто не подумал о том, что плетения, предназначенные для сбора энергии, нужно хоть как-то ограничивать? Кто не позаботился об автоматической ликвидации структуры после переполнения накопителей?

«Кто самое слабое звено?» – мысленно продолжил я.

Блин, а я и впрямь забыл о них! Поставил там для отвода глаз, периодически сливая в свое тело силу из мелких сафрусов, использовавшихся в роли основы, а потом и вовсе перестал за ними следить. Так что же получается, сорванная крыша – это целиком моя вина?

– Прошу прощения. Надеюсь, в результате моей забывчивости никто не пострадал?

– Тебе повезло – все адепты остались целы, но здание боевого факультета частично разрушено, и вызванные из Кальсота мастера за три дня так и не смогли его восстановить. Думаю, не нужно объяснять, как все это воспринял Ризак?

– Я догадываюсь, что восторга он не испытывал, – осторожно ответил я, пытаясь намекнуть Фалиано, что вообще-то стоит перейти к более важным проблемам.

– И это еще мягко сказано! Но тебе еще предстоит самому с ним объясняться, поэтому я перейду сразу к сути. Твою забывчивость нужно срочно лечить, и я полагаю, штраф в сто семьдесят золотых послужит отличным лекарством. Ты со мной согласен?

– Разумеется, милорд ректор, – покорно ответил я, догадываясь, что ничего толкового сейчас Фалиано мне не скажет.

– Тогда прямо сейчас зайди, пожалуйста, к нашему бухгалтеру и прими, а вернее... хе-хе... отдай лекарство, которое заставит тебя впредь не забывать о важных вещах.