Дракон - Бубела Олег Николаевич - Страница 98

Занимаясь мародерством, я подумал, что татуировка – это своеобразный защитно-контрольный механизм. Наверняка при жизни она не давала магу оперировать большим количеством силы, отсекая его от внешних накопителей, а ведь на одной ауре далеко не уедешь. Именно поэтому гад использовал только слабые или средние плетения, опасаясь умереть от перерасхода энергии. Также можно предположить, что этот знак ранее содержал еще и маячок, чтобы исключенного можно было легко найти, а также механизм ликвидации помеченного объекта, который мог активировать тот, кто имеет необходимый доступ. Ну и еще… Хотя какой смысл гадать? Главное – Киру повезло, что попался именно такой исключенный, а не магистр, который за пару секунд оставил бы от всего отряда только пепел. Остаются лишь вопросы – почему татуировка, а не магическая клятва, к примеру? Почему плетение, которое встраивалось в тело, а не в ауру? Но на эти вопросы мне никто не мог ответить, так как всю правду знали только имперские маги, а живых представителей этой братии поблизости не наблюдалось.

Поглядев по сторонам, я понял, что работа по уборке трупов с дороги будет продолжаться еще долго, потому что воины только закончили шмон и собрали все ценное вместе с оружием. Решив им помочь и ускорить процесс, я скомандовал:

– А ну-ка, всем разойтись!

Воины послушались, а я похватал все трупы разбойников и лошадей магическими захватами и с криком «Поберегись!» зашвырнул подальше в лес. Напоследок я оставил только тело главаря, с которого снял защитный амулет. Отправив мертвеца полетать, я принялся рассматривать камешек с плетением. Разбираясь в структуре, я понял, что она была гораздо сложнее известной мне, отличалась мощными энергоблоками и в результате пополнила мою коллекцию знаний. Но материал для амулета был выбран неправильно. Можно предположить, что при сильном воздействии камень с плетением нагревается, а при запредельной нагрузке и вовсе взрывается, превращаясь в мелкую крошку. Хотя все-таки лучше получить один небольшой ожог, чем огненный шар в лицо.

Тела погибших воинов было решено похоронить как подобает, поэтому здесь также пришлось поработать мне. Подняв большой пласт земли, я дождался, пока остальные положат в яму тела своих друзей, молча постоят немного над ними, а потом опустил землю назад. После таких скромных похорон наступило время допроса пленников. А вот здесь меня ожидало открытие, причем не слишком приятное. Все началось с того, что пленные стали упираться. Похоже, они понимали, что им не намерены оставить жизнь в любом случае, поэтому пытались торговаться с Киром, обещая тому сведения в обмен на клятву, что после рассказа их отпустят.

Происходило бы это на Земле, я бы только посмеялся, но в этом мире было серьезное отношение к клятвам, поэтому разбойникам светили пытки, которые могли меня задержать здесь надолго. Именно поэтому я попробовал вновь активировать свою способность к чтению мыслей, решив слегка помочь в допросе. Раскрывшись, я начал улавливать чувства всех окружающих меня людей: нетерпение Кира, страх разбойников, раздражение одного из воинов, недоверие, сожаление, злость… Список был длинным, чувства накладывались одно на другое, превращаясь в напряженный эмоциональный фон, но чужих мыслей не было. Ни одной! Отчаявшись, я постарался вспомнить то ощущение, которое почувствовал на совете стаи, когда пробил блокировку драконов, и воспроизвести его, но даже после этого у меня ничего не вышло.

Что же это? Я внезапно потерял свои способности или?.. Да, скорее всего, в своем теле я не могу читать чужие мысли. Но ведь на совете стаи я был именно в таком виде, а тогда остается только одно разумное объяснение – способности обычного дракона и способности вожака – это, как говорят в Одессе, две большие разницы. Мне вместе с кровью передались вторые, они позволили мне слышать мысли всех драконов, так как это был первый шаг к единению, но читать мысли людей я могу, лишь находясь в своей второй ипостаси. Видимо, тело дракона как-то способствует этому на уровне физиологии. Может, это зависит от структуры мозга или наличия каких-то других особенностей типа рожек с гребнем на голове, не столь важно. Главное – мысли людей я смогу слышать, только будучи драконом.

Возможно, именно поэтому у меня получился тот опыт на пляже, когда я смог почувствовать диких животных, находившихся поблизости. Подозреваю, что если бы тогда я был в своем обычном теле, фиг бы у меня такое вышло. В общем, печально. И хотя я особенно не рассчитывал на эту возможность, но все равно осознание того, что я не могу пользоваться всеми способностями сразу, находясь в каком-то одном теле, слегка угнетало.

Пока я размышлял над тем, какие еще драконьи возможности мне недоступны в таком виде, Кир перешел к пыткам. Достав кинжал, он сделал несколько разрезов на теле одного из связанных разбойников. Тот дернулся и застонал, а я поморщился. Нет, я был не против пыток, и мне были абсолютно безразличны страдания этого человека, но мне не понравилось, что Кир занялся этим сам, а не поручил кому-нибудь из своих людей. Причем я же видел, что это занятие ему никак не по душе, но тем не менее он продолжал задавать вопросы и проводить острым лезвием по дергавшемуся телу.

Неужели он настолько хороший командир, что не сваливает грязную работу на подчиненных? Да нет, это бред, такие начальники бывают только в сказках, да и то редко. Значит, он потому так уверен в своих людях, что они являются не просто подчиненными, а его хорошими друзьями. Поставив себя на его место, я понял, что тоже не спихнул бы подобную работу на Рона или Дэльва, а сделал бы все сам. Именно поэтому я решил помочь Киру и заодно сэкономить немного времени. Попросив его отойти в сторонку, я поднял разбойников магическими захватами и поставил перед собой, рядышком друг к другу. Подпустив шипения в голос, чтобы подражать змее и нагнать еще больше ужаса, я сказал:

– Ес-сли с-сейчас ш-ше не вылош-шите вс-се, что с-снаете, я выпью ваш-ши душ-ши!

После этого я применил тот же способ, которым выкачивал разум у пленного степняка, но подхватил не память, а сознания разбойников и потянул их к себе. У них должно было появиться ощущение, что их выдергивает из тела некая непреодолимая сила и тянет прямо к моим желтым глазам с вертикальными зрачками. Да, это было страшно. Я сам ощущал подобное, когда меня засасывало в тело человека, поэтому разбойники вполне закономерно дико заверещали, а один из них спешно затараторил:

– Не надо! Я все скажу! Только не трогайте мою душу!

– Вот и ладуш-шки, – сказал я и поставил пленников на землю.

Как я понял, второй был тоже готов к разговору, просто от ужаса не мог произнести ни слова, а на его штанах стремительно расширялось мокрое пятно. Кивнув напряженному Киру, я сказал «Они твои!», а сам встал в сторонке для стимуляции беседы. Но повторное вмешательство не понадобилось. Перепуганные до полусмерти пленные запели как соловьи, с ужасом косясь на меня. Да и воины после этого стали как-то странно на меня поглядывать, но на них я не обращал внимания.

Ценной информации разбойники не сообщили. Оказывается, их шайка промышляла в округе уже полгода, особо не высовываясь и не наглея. Главарь был мудрым и каждый раз после дела менял место обитания, стараясь не нападать на излишне дорогие кареты или знатных людей. Поэтому люди герцога Валара никак не могли их обнаружить. Но десятицу назад к разбойникам пришел маг и сказал, что они могут крупно заработать, если убьют одного знатного вельможу. Заказчик был убедительным, пообещал горы золота, снабдил всех хорошим оружием и несколькими защитными амулетами в качестве аванса и для большей убедительности, что «кидать» их после дела не собирается. В этом месте я хмыкнул, потому что знал – после ликвидации «объекта» никто из разбойников не остался бы в живых.

В общем, пока шла подготовка, разбойники не выходили из лагеря. Маг находился рядом с ними, но большей частью просто дремал в шатре главаря и чего-то ждал. А позавчера он приказал всем срываться с места и идти к этому тракту, чтобы устроить засаду. Сам тоже пошел вместе со всеми, предупредив, что вмешается только в крайнем случае, ну а дальше сумел перекрыть дорогу и скомандовал атаку, закончившуюся уничтожением всей шайки.