Дракон - Бубела Олег Николаевич - Страница 71

Вот как? Короче, сплошные обязанности и никаких прав. Но мне очень интересно, а как именно драконы вмешиваются в судьбу рас? Как они вообще их контролируют? В чем заключается эта работа надсмотрщиков?

В ответ Сар только пристальнее вгляделся в мои глаза, а потом сбросил мыслеобраз. Развернув его, я узнал, что напрямую драконы стараются никогда не вмешиваться. Даже несмотря на то что они практически неуязвимы для магии, частично уязвимы для оружия людей и могут легко выиграть любое сражение, воюя за одну из сторон. Они лишь следят, высматривают, фиксируют поведение отдельных представителей, а потом уже делают выводы о настроениях расы в целом.

Оказывается, если дракон захочет, он может прочитать мысли разумного существа на расстоянии многих километров. Правда, сам в этот момент становится очень уязвимым, так как полностью уходит в себя и не реагирует на внешние раздражители. Именно это помогает крылатым вовремя заметить признаки агрессии расы по отношению к другим, а в дальнейшем решать, как предотвратить войну на истребление. Ведь это на остальной части материка народы и государства очень различаются как по ресурсам, так и по численности, поэтому в схватке всегда остается победитель. Но на юге, где племена зверолюдей не превышают пятидесяти тысяч особей и примерно одинаковы по силам, любая война подвергает риску уничтожения обе стороны. Именно поэтому драконы стоят на страже мира и порядка. Миротворцы, блин!

Вынырнув в реальность, я только покачал головой. Нет, меня это не прельщает. Наблюдать за другими, контролировать их, вытирать сопельки и следить, чтобы детишки не передрались между собой… Фу! Совершенно напрасное и бессмысленное занятие. Так что я прекрасно понимаю тех драконов, которые переселились на материк в другом полушарии. Живут себе в свое удовольствие и в ус не дуют. Но больше всего я разделяю убеждения тех драконьих стай, которые проповедуют принцип пофигизма – наблюдают за дракой издали и делают ставки на победителя. Как говорится, выживают сильнейшие. Должен остаться только один… в смысле одна раса. Разумеется, кроме драконов, которые вообще вне игры. Так что на месте вожака мне с такими убеждениями долго не задержаться, своя же стая прогонит.

– Алекс! – гневно воскликнул Сар.

– Млять! – прошипел я, поняв, что забыл закрыться.

Ой, что сейчас будет…

– Как ты мог подумать, что стая может отказаться от тебя?! Как ты мог предположить, что мы не сможем понять твои взгляды?! Да ни одна стая в здравом уме не станет прогонять своего вожака, каким бы он ни был!

Посмотрев на сердитые морды драконов, я опустил взгляд и пробормотал:

– Извините, я не хотел вас обидеть… Просто думаю, что мне, такому эгоисту и законченной сволочи, среди вас точно не место.

– Но почему?! – хором воскликнули драконы.

– Да потому что я никогда не буду разделять ваши убеждения! – мрачно ответил я. – Просто я слеплен из другого теста, для меня не существует возвышенных идеалов, высоких целей. И я никогда не стану заниматься такой работой, которую делаете вы. Мне просто нет никакого дела до всех рас, которые обитают в этой местности. Пусть хоть передерутся между собой, я даже пальцем не пошевелю, чтобы им помешать! И я не хотел рассказывать вам о своей жизни только потому, что вы сразу поймете, что я очень от вас отличаюсь.

– Алекс, не говори так, – жалобно произнесла Мара. – Ты являешься драконом, одним из нас…

– Нет. Даже если я получил драконье тело, моя душа все равно не изменилась. Она не стала чище, благороднее, бескорыстнее… ну и дальше по списку. И я уж точно не один из вас, потому что не поддерживаю идеи создательницы в той части, где говорится о том, что драконы не должны позволять прочим расам перегрызться друг с другом. Наоборот, я думаю, что хорошая кровавая баня пойдет этому миру только на пользу. Пусть насмерть передерутся те десятки или сотни рас, которые сейчас есть. Пусть сбросят все напряжение, ненависть, агрессию… После этого останется всего несколько видов разумных, которые будут самыми выносливыми, сильными, закаленными в жестокой борьбе. Допускаю, что они будут равными по возможностям, поэтому начнется стремительный прогресс, который продлится не меньше тысячи лет, пока им всем будет хватать места. А затем – новая война, и опять восстановление, развитие… Лишь бы к этому времени расы не успели изобрести атомное оружие, а так – плевать. В борьбе повышается выживаемость вида, а то, что вы устроили здесь, – это не борьба, это просто существование. И я никак не разделяю этих взглядов.

– Но ведь драконы уже несколько тысяч лет не допускают больших войн на этих землях, – попытался было убедить меня Сар. – Все здешние расы существуют в мире, а те, кто не может ужиться с другими, надежно изолированы. И почему же ты не считаешь это успехом?

– Да потому что это не так. Ты говоришь, что здесь наступил мир? Охотно верю. Но есть ли процветание? Есть ли развитие? Драконы устроили на этих землях некое подобие резерваций, где каждая раса варится в собственном соку многие сотни лет. Но я могу с уверенностью заявить – все они живут так же, как и тысячи лет назад. У них нет никакого подъема культуры, технологии. Они просто остановились в развитии. А знаете, что произойдет еще через тысячу-другую лет? Все эти расы окончательно превратятся в зверей. Может, у них еще и сохранится какая-то частичка разума, но они будут ею пользоваться лишь для того, чтобы добыть пищу, или завладеть самкой, или… Ладно, вижу, вы поняли.

Драконы некоторое время ошарашенно молчали, но потом Лар спросил:

– А что же тогда делать?

– Э, нет! – поднял я руки. – Меня не спрашивайте! Я ведь только рассказал вам о своей точке зрения и привел примеры того, что она очень отличается от вашей. А что делать и кто виноват – это уже вопросы не ко мне… Да и вообще, зря я затеял весь этот разговор, только вас в сомнение ввел.

– Но тогда почему же ты считаешь себя сволочью? – уточнила Мара. – Ведь твоя точка зрения не является чем-то ужасным или мерзким. Ведь ты говоришь, что схватка только помогает развитию, но сам же не развязывал войны, не истреблял разумных…

Мара запнулась, потому что я криво усмехнулся. Похоже, что мое пребывание в стае подходит к концу. Ну что же, это должно было случиться… Вздохнув и не глядя на остальных, я ответил:

– Я участвовал в самой крупной войне последнего столетия. Именно благодаря мне был практически уничтожен целый народ, а сам я истребил почти третью его часть… Но я ни о чем не жалею, и если бы мне предложили все переиграть, сделал бы это снова, потому что считаю, что так будет лучше!

Драконы застыли в недоумении. Похоже, прямо на их глазах из вожака и объекта уважения я внезапно превратился в мерзкого ядовитого слизня, которого не то что раздавить – смотреть на него противно.

– Но почему?.. Почему ты так поступил? Разве уничтожение народа принесло тебе удовлетворение? – спросил Сар.

– Нет, я делал это не для собственного удовольствия. И мне никогда не нравилось убивать разумных, я поступал так только по необходимости. А сделал я это лишь для того, чтобы на землях, которые я считаю своим домом, наступил мир.

– И как? – иронично осведомился дракон после недолгого молчания. – Получилось?

Недоумевая по поводу причин такой резкой перемены настроения, я ответил:

– Да, все вышло замечательно. Народ, который считал меня своим вождем, вернул обратно свои земли и сейчас занимается их обустройством. Королевство, где я нашел друзей, избежало захвата. Да вообще весь запад материка после этого объединился и теперь работает сообща, мои братья и семья получили спокойную жизнь, а все жители земель… Мля-я-я…

– Что, неужели дошло? – со смешком спросил Сар.

Я покосился на дракона и продолжил переваривать ту мысль, которая неожиданно пришла мне в голову. А ведь я ничем не отличаюсь от драконов! И хоть на словах такой весь из себя умный и продвинутый, могу сколько угодно доказывать, что противостояние – двигатель прогресса, а войны не всегда во вред, но ведь на самом деле… На самом деле я такой же, как они! Да, я сделал все это, чтобы только помочь родным и друзьям, то есть, как ни крути, для себя лично. Но ведь результат все равно один – я добился мира в отдельно взятом регионе, чем и занимаются всю жизнь драконы моей стаи. Пусть в мелочах это и не совпадает, ведь я не разделял расы, а наоборот, пытался их перемешать, но ведь итог тот же – мирное сосуществование.