Убийца - Бубела Олег Николаевич - Страница 96

Достав один из трофейных перстней с сафрусом, я построил энергетический канал, по которому в плетение на лошади поступала сила. И все три часа, пока я, сменив направление, добирался до Белой Скалы, эта конструкция исправно работала. Мне оставалось только проверить емкость сафруса. Энергии за это время было потрачено немного, поэтому я со спокойной совестью подъехал прямо ко входу в хранилище и осторожно спустился с лошади. Нет, больше суток в седле – это испытание не для мягкотелых.

Разогнав кровь в ногах и запустив восстановление своего отбитого копчика, я оглядел темное пространство вокруг и никого поблизости не обнаружил. Потом поставил ограждающий купол для защиты от ночных хищников на мою лошадку и спустился в схрон. В этот раз лестница, ведущая вниз, показалась мне поистине бесконечной, и когда я достиг комнаты, то все желание изучать записи Темного напрочь исчезло. Больше всего я сейчас хотел вытянуться на этом холодном каменном полу и заснуть. Не в силах сопротивляться своему желанию, я достал какой-то панцирь из груды доспехов в углу, положил на него голову и вырубился, приказав себе проснуться через шесть часов.

Глава 25

План

Открыв глаза, я не понял, где нахожусь. Постепенно пришло осознание, воспоминание о том, как я сюда попал, и боль в затекшей шее. Я зажег маленький светляк и со стоном поднялся, массируя пострадавшую часть тела. Нет, все-таки это доказывает, что когда я сплю, то не превращаюсь в совсем бесчувственный окоченевший труп. Какие-то процессы в моем теле все же происходят, иначе проблема с затеканием меня вообще бы не беспокоила и я прекрасно мог бы спать хоть на булыжниках. А так – нет, хоть и могу вырубиться на холодном камне, но все же в сознании остаются мечты о мягкой перине.

Немного размявшись, я приступил к тому, зачем, собственно, сюда приехал, – поиску знаний. Открыв первую попавшуюся книгу, я попробовал ее прочитать и обнаружил, что прекрасно понимаю смысл текста. Полистав ее, я понял, что передо мной справочник растений немагического происхождения, используемых в настойках, эликсирах и прочих лекарственных жидкостях. Поставив томик обратно, я взялся за следующий. Этот оказался жизнеописанием какой-то очень древней семьи, поэтому я сразу перешел к соседнему.

Так, спустя пятьдесят томов, я дошел до книг по магии и сосредоточил все внимание именно на них. К сожалению, результата не было никакого. Дело в том, что половина именно этих книг была написана на неизвестных мне языках, а вторая половина хоть и поддавалась прочтению, но понимания не приносила. Схемы, которые были там изображены, для меня были все равно что подробное устройство атомной подлодки – абсолютно непонятны и без каких-либо обозначений. Только названия этих схем давали знать, что это структура плетений, так как «Каменная пила» или «Стационарный полифункциональный собиратель силы» ничем другим быть просто не могли.

А те книги, в которых объяснялась теория магии, были для меня все равно что для первоклашки учебники по молекулярной биологии или квантовой физике. Вроде и буквы складываются в слова, и прочитать можно, но понимаются разве что предлоги «в» и «на», как будто в тексте завуалирован отборный мат, в котором этажей, как в японском небоскребе. Вот как, например, понять такую фразу: «Квартонные лепрономы в архонных леранах карируются на ромиоидные, линоидные и...»? Блин, язык сломать можно! Так и хочется продолжить: «...и хрюкотали зелюки, как мюмзики в мове». Тарабарщина какая-то, и смысла ноль. А энциклопедии магических терминов, несмотря на все свои старания, я обнаружить не смог.

Нет, некоторые книги я сумел кое-как воспринимать, но пользы для меня они не представляли, и, как правило, названия у них начинались со слов «Размышление о...». Полистав несколько десятков подобных трудов, я сделал вывод, что Темный был редкостным... мыслителем. Все строил разные догадки и предположения, основываясь на нескольких известных ему фактах. Так, например, он пришел к выводу, что в мире существует знание о том, как создавать полноценных живых существ, хотя так и не смог определить, где оно хранится. Это я просто в конец книги заглянул, поэтому и понял. Также он любил поразмышлять о причинах возникновения религии, о магии веры, которую сам он выводил в отдельный вид магического искусства, о пользе и вреде веры в Единого...

Короче, потратив час на перелопачивание библиотеки Темного, я понял, что мои надежды не оправдались. Приехал я сюда напрасно, знаний мне это никаких не принесло, так что придется справляться собственными силами. Самой интересной находкой была книга о степи, наподобие той, которую я носил с собой. Только в этой больше внимания уделялось не истории, а геологии. Там подробнейшим образом были расписаны залежи железной, оловянной, серебряной руд и прочих ископаемых, схематично отмечены подземные речки, места добычи строительного камня и было еще много чего интересного. Пролистывая все это, я понимал, что держу в своих руках сокровище. Имея такие знания, можно запросто обогатиться до неприличия.

Да, степь вовсе оказалась не такой пустой, как я думал. Каким-то образом Темный обнаружил десятки неразработанных залежей металлов, наверняка планируя развивать здесь свое хозяйство, но просто не успел воспользоваться этими знаниями. Зато сохранил их для меня, а я уж точно найду им применение. Естественно, с пользой для себя. Собираясь уходить, я напоследок решил покопаться в оружии и артефактах, рассчитывая отыскать там что-нибудь из черного металла. Как показала практика, на один мой клинок надежды мало, Фариам вряд ли будет делиться, а иметь еще что-нибудь из такого оружия в запасе мне бы не помешало. Когда я осматривал груду железа на полу, в кармане включился разговорный амулет. Сжав серебряную монетку, я услышал голос Ренарда:

– Алекс, мы взяли Мараху!

– Молодцы, – похвалил я. – Потери?

– Около двух десятков человек и где-то с полсотни раненых, но легко. Твои амулеты очень помогли.

– Долго возились?

– Несколько часов, начали с рассветом, а сейчас зачищаем последние дома за городской стеной. Алекс, ты не представляешь, сколько тут рабов...

– Почему же, – хмыкнул я. – Прекрасно представляю, ведь я там был. Полагаю, что не меньше трех-четырех тысяч.

– Больше. Гораздо больше. В некоторых домах мы обнаружили целые цеха со многими десятками невольников, а на одной улице стояли больше сотни клеток...

– Можешь мне не рассказывать. Видел, – прервал его я. – Сколько кочевников уничтожили?

– Еще не считали, но на глазок больше двадцати тысяч. На удивление, хороших воинов здесь оказалось мало. В основном торговцы или беднота. Мы постарались окружить город, чтобы никто не смог вырваться, поэтому гарантирую, что пока никто в округе о захвате не узнает.

– По поводу этого можешь не волноваться, это не играет никакой роли. Армия уже далеко, а у соседних стойбищ просто не хватит сил, чтобы доставить вам хоть какие-то неприятности. А как дела у остальных отрядов?

– Тот, который вышел следом за нами, должен прибыть в Мараху сегодня ночью, а северный вчера вечером доложил, что добрался до разгромленного лагеря и уже обнаружил спрятанное оружие. Сейчас они уже должны выдвигаться к нам и соединятся с общими силами дня через три.

– Почему так быстро?

– Так они практически все на лошадях. Повезло наткнуться на несколько стойбищ, разводивших скакунов.

– Приятно слышать. Тогда такой тебе приказ. Когда зачистите город, напряги всех рабов, пускай организуют похороны степняков. Мараха не должна превратиться в то, что мы видели в Демазе, иначе мы потом замучаемся ее отмывать. Сами в это время хорошенько отдохните. Когда дождетесь прибытия отряда с гор, раздайте им все трофейное оружие и с утра выдвигайтесь по следам армии кочевников. Думаю, что проблем с передвижением у вас не возникнет, лошадей в Марахе должно набраться достаточно, чтобы обеспечить вас всех. Если же нет, не тратьте время и оставьте около полутысячи пеших в Марахе, чтобы наладить ее оборону. Кто знает, может так выйти, что кочевники рискнут и попытаются снова занять ее, ведь чего-чего, а дурости у них хватает.