Воин - Бубела Олег Николаевич - Страница 73

– Скажите, почему вы взяли его к себе? – спросила женщина.

– Простите, не знаю вашего имени…

– Мирана.

– Так вот, Мирана, разве ваш сын вам все не объяснил?

– Он рассказал мне об этом, но я бы хотела услышать ваш ответ.

– Хорошо. Я взял его в свой отряд потому, что так он сможет принести гораздо большую пользу, нежели бегая по лесам и охотясь на домашнюю скотину.

Женщина опустила глаза, признавая свой промах, но все же спросила:

– То есть вы взяли его, чтобы он под вашим руководством убивал людей?

– Именно так, – просто ответил я.

– Но как же…

– Что?

– Это же бесчеловечно! – гневно заявила женщина. – Он ведь еще ребенок!

Я вздохнул и терпеливо объяснил:

– Этот ребенок уже начал чувствовать голод и охотничий азарт. Кто знает, сколько ему нужно времени, чтобы окончательно превратиться в хищника?

– Марик не станет хищником!

– Станет, еще как станет. От судьбы никуда не уйдешь. Некоторые рождаются послушной скотиной, а некоторые – свирепыми хищниками. Можно надеть маску, притворяясь перед остальными, но наедине с собой… Ведь вы же прекрасно видите перемены, происходящие с ним, не так ли?

Женщина молчала, а я продолжил:

– Как я уже говорил вашему сыну, он сейчас запросто может уйти из отряда и жить так же, как жил до этого. Вот только долго ли? Вчера я спас его от вполне заслуженного наказания, но кто знает, что случится с ним в следующий раз?

– Я не хочу, чтобы мой сын стал убийцей! – твердо сказала Мирана.

– Он станет не убийцей, а воином, если вам от этого будет легче.

– Это одно и то же.

– А почему вы так этому противитесь? Вы ведь знали, что все выйдет именно так, что Марик вырастет и приобретет черты своего отца? Просто не могли не знать.

Женщина опустила голову, а я понял, что угодил в яблочко, и продолжал развивать успех, говоря ей тихим голосом:

– Вы ведь пришли сюда не просить о том, чтобы я отпустил Марика. Вы пришли, чтобы я поддержал вас, чтобы облегчил ваши страдания. Поверьте, я вас прекрасно понимаю. Кто же хочет от своего ребенка, чтобы он встал на путь смерти? Но у Марика уже нет другого выбора. Он может либо стать изгоем, объектом всеобщей охоты и ненависти, либо превратиться в героя, в защитника, что охраняет свой дом от врагов…

– Но я не хочу, чтобы он повторил путь своего отца!

– А это совсем необязательно, ведь очень многие удачливые, сильные воины благополучно доживают до старческих седин. Я не могу вам гарантировать, что с Мариком ничего не случится, но могу пообещать, что всеми силами присмотрю за ним, как и за любым другим бойцом моего отряда. Так что не стоит тревожиться.

Женщина тяжело вздохнула. Видимо, надеялась на совсем другой исход разговора.

– А остальные члены вашего отряда знают, что он оборотень?

– Пока нет, но непременно узнают.

– Но почему вы им ничего не сообщили? – удивилась Мирана.

– Просто я по себе знаю, что такие новости нужно выкладывать далеко не сразу, – усмехнулся я.

Женщина задумалась, а потом поднялась с лавки. Я почувствовал, что камень с ее души не упал, но стал немного полегче. Большего я, увы, сделать не мог, так что и пытаться не стоило, поэтому просто проводил Мирану до двери и сказал:

– Убийцы не всегда бывают только плохими.

– А разве есть и хорошие? – удивилась мать Марика, оборачиваясь ко мне.

– Подумайте, ведь у каждого королевства есть своя армия обученных убийц, которых все жители называют защитниками. Если вас это еще не убедило, то ответьте мне: я плохой?

Женщина внимательно посмотрела в мои глаза и покачала головой:

– Нет, вы защищаете нас, заботитесь о Городе, о его жителях… Нет, вы не плохой.

– А между тем целый народ называет меня Убийцей.

– Но почему? – удивлению женщины не было предела.

– Эта история не из тех, что рассказывают незнакомым людям, вы уж меня простите. Просто не стоит все смахивать в один угол – есть убийцы, для которых убийство является целью, а есть защитники, для которых оно лишь средство.

Женщина постояла немного на пороге, а потом все же кивнула и напоследок сказала:

– Спасибо вам, Алекс. Храни вас Единый!

Мирана ушла, я закрыл за ней дверь и подумал, что далеко не все выходит так гладко, как я ей сказал. И сын ее действительно станет в скором времени убийцей, а точнее, охотником. Он будет убивать, чувствуя наслаждение, от этого хищнику никуда не деться. Но кто сказал, что работа не должна приносить удовольствие? Причем даже такая работа.

После ухода матери Марика я сходил на реку и выстирал всю пропыленную одежду. Вернулся домой, а затем вместе с парнями продолжил тренироваться верхом. В этот раз попадания были намного точнее, ребята уже привыкали к седлам, могли без особых проблем управлять лошадьми, короче, налицо был явный прогресс. Однако меня это не особо радовало. Все эти два часа упорных занятий я чувствовал приближавшуюся бурю, которая вот-вот должна разразиться над нашими головами. Жалко только, что моя интуиция не могла подсказать мне точное время и место событий. Вот бы еще научить ее разговаривать, тогда совсем отлично бы вышло. Приходит тебе в голову такое своеобразное сообщение: «Тогда-то в таком месте тебя будет поджидать враг, советую подготовиться и желаю удачи! Твоя интуиция»… Так, что-то я начинаю нервничать. Иначе с чего бы такие дурацкие мысли посещали мою голову?

Вскоре стало темнеть, и я вместе с ребятами вернул лошадей в загон, а затем отправился на ужин. Вспомнив о проблеме с лошадьми, спросил Рика, подумал ли он над моим предложением. Парню явно не хотелось заниматься этим делом, но он все же ответил, что может отправить несколько десятков лошадей к своему отцу, если я дам ему в помощь еще троих парней. Оказалось, что его отец живет не так далеко от столицы, так что дорога туда и обратно не должна занять больше трех дней. Естественно, я согласился и пообещал передать его слова Хагелу, чтобы подыскал нужных людей. Одной проблемой стало меньше, но облегчения это мне совсем не принесло.

Перед ужином я зашел к командиру и поинтересовался, как обстоят дела с клинками. Оказалось, что уже три десятка готовы, но находятся в стадии подгонки и отделки. Узнав об этом, я попросил плюнуть на отделку и немедленно снабдить ими воинов.

– Ты что-то знаешь? – спросил меня удивленный Хагел, выслушав мою просьбу.

– Чувствую, – ответил я. – Сегодня вечером или завтра утром будет нападение, а у нас еще совсем ничего не готово!

Я стал расхаживать взад-вперед по кабинету командира. Демоны, я даже не припомню, когда в последний раз так нервничал! Правильно говорят, что ожидание хуже битвы. В засаде я сидеть умею, а вот так дожидаться неприятеля, понимая, что тебе банально не хватает всего одного дня, чтобы противопоставить ему сильный отряд… Это порядком напрягает. Да, я справлюсь и сам, но просто не хотелось бы по-глупому терять своих людей, к которым уже начал чувствовать некую привязанность и командирскую заботу. Да, только теперь я понял, что они стали для меня чем-то большим, чем просто случайные знакомые. Наверное, они постепенно и плавно переместились в разряд друзей, причем это вышло совершенно незапланированно и неожиданно для меня. И сейчас я начинал осознавать, что дружба накладывает определенные обязательства, поэтому мне придется разрываться между желанием поскорее все закончить и заботой о своих подчиненных, потому что… Крот, Дин, Рокин, да и все остальные без исключения… Я просто не хочу, чтобы они погибли!

Нет, я не стал более сентиментальным. Не хватало мне еще розовых соплей в моей жизни! Я не буду лить по ним слезы, когда их не станет, не буду сильно переживать, когда добуду нужные сведения и уберусь отсюда подальше, оставив их служить дальше. Просто мне намного приятнее видеть их живыми, чем знать, что они погибли из-за моих ошибок… Наверное, я становлюсь настоящим командиром, раз начинаю задумываться о таких вещах. Это было плохо, ведь мне очень не хотелось зависеть от кого-то, а еще больше не хотелось, чтобы кто-то зависел от меня. Алонки мне за глаза хватило и больше подобных экспериментов не нужно!