Предназначено судьбой - Фолкнер Колин - Страница 48

— Бегите! — крикнул он. — Джилли, быстрей! Бери сестру — и вперед! В окно, а потом со всех ног в джунгли!

— Я без тебя никуда не пойду! — возразила Джиллиан, но схватила сестру за руку и потащила ее к окну.

— Я вас догоню!

Он захлопнул засов изнутри.

— Дверь они через минуту вышибут. Быстрей!

По лицу Джиллиан потоком текли слезы. Однажды она уже потеряла Дункана, и мысль о том, что их могут разлучить вновь, была ей невыносима. Но спорить было некогда. Нужно было спасаться — ради сестры, ради будущего ребенка.

Джиллиан выбежала на балкон и перегнулась через железные перила. Внизу был газон, залитый лунным светом. За газоном начинались джунгли.

— Придется прыгать, — уверенно сказала Джиллиан.

— Я не могу!

Тогда Джиллиан задрала повыше ночную рубашку, перешагнула через перила и цыкнула на сестру:

— Еще как сможешь! Давай! Иначе я тебя здесь брошу, вот увидишь!

Она протянула Беатрисе руку.

Поколебавшись не более секунды, сестра тоже перелезла через перила.

— Зачем я не осталась в Лондоне? — простонала она. — Не нравятся мне все эти приключения! Я говорила это с самого начала!

В спальне затрещала дверь, сбитая с петель.

— Перестань хныкать и прыгай, пока стража нас не заметила! — прервала причитания Джиллиан, глубоко вздохнула и повисла на руках.

— Делай, как я! Тут не так уж высоко.

Она отпустила руки и приземлилась на мягкую траву. Беатриса же все болталась, вцепившись в железные прутья. Ее прозрачная ночная рубашка развевалась на ветру.

— Прыгай!

— Не могу! Боюсь!

В спальне раздался звон стали. Там уже вовсю кипела схватка.

— Прыгай!

Беатриса разжала руки и плюхнулась на землю. Джиллиан помогла ей подняться.

— Бежим! Скорее в джунгли! Дункан нас догонит.

Тут чья-то грубая рука схватила Джиллиан за волосы и с силой швырнула на землю. Рука возникла как бы сама собой, ниоткуда.

Беатриса отчаянно завизжала.

— Мне больно! — выкрикнула Джиллиан, пытаясь сквозь выступившие слезы разглядеть обидчика.

— Отпусти ее! — раздался властный голос Индиго. — Я запрещаю грубо обращаться с женщинами!

Рука разжалась, и Джиллиан увидела, что рядом стоит Индиго, окруженный своими молодчиками.

— Джиллиан, вы меня удивляете, — покачал он головой. — Я-то думал, что мы обо всем договорились.

Он крепко взял ее за руки и поднял. Она попыталась вывернуться, но рука у Индиго оказалась на удивление крепкой. Другой пират держал за плечи Беатрису.

— Отпусти ее! — возмутилась Джиллиан. — Она ни в чем не виновата! Это все я!

— Уведите ее, — показал Индиго на Беатрису.

— Нет! — испугалась Джиллиан и умоляюще сложила руки. — Не трогайте ее! Не продавайте ее! Я сделаю все, что вы хотите! Все!

В этот миг она была совершенно искренней.

— Отвести в комнату, поставить охрану у двери и под балконом. Но никаких грубостей.

— А что делать с этим? — раздался голос Чомы.

Джиллиан оглянулась и увидела, что на балконе двое дюжих пиратов держат за руки Дункана, обезоруженного и с цепью на шее.

Индиго сокрушенно вздохнул.

— Только не говорите мне, что это ваш муж. Неужели мои идиоты не смогли справиться с самым простым заданием?

Джиллиан молчала, стиснув зубы.

— Я спрашиваю, это граф Кливз? — повысил голос Индиго.

Джиллиан взглянула на Дункана. Он был весь забрызган кровью и тяжело дышал. Его немигающий взгляд был обращен прямо на нее.

— Нет, — прошептала Джиллиан, глядя в сторону. — Это не мой муж. Мой муж мертв, он лежит на дне морском. Разве вы забыли?

— Я ее муж! — звучным голосом крикнул Дункан. — Да, это моя жена, и, клянусь Богом, если ты ее обидишь, то я буду являться к тебе с того света, к тебе и к твоим потомкам! Если хоть один волос упадет с ее головы, мое проклятие будет висеть над тобой тысячу лет, десять тысяч лет!

Индиго заморгал, его бронзовая кожа побледнела.

Джиллиан удивилась — неужели пират верит в подобную чушь?

— Что с ним делать, капитан? — повторил Чома.

Индиго посмотрел на Джиллиан, что-то прикинул, но с ответом не торопился. Джиллиан показалось, что прошла целая вечность, прежде чем капитан пиратов сказал:

— Убейте его. Заройте его на берегу в песок по самое горло. Пусть прилив унесет его черную душу.

— Нет! — взвыла Джиллиан, схватившись за голову. — Нет!!!

— Я люблю тебя, Джилли! — крикнул ей Дункан. — Помни об этом. Я люблю и всегда любил тебя!

Она увидела, как Чома и остальные волокут его прочь.

— Очень трогательно, — задумчиво произнес Индиго. — Хотелось бы, чтобы меня любили не меньше. Пойдемте, дорогая. Вы проведете остаток ночи в моих покоях.

Но Джиллиан не слушала его. Она упала на колени, оглушенная случившимся.

— Ничего не поделаешь, Джиллиан, — вздохнул Индиго. — Мне очень жаль.

Он поднял ее на руки и отнес в дом.

Дункан поморщился, чувствуя, как цепь все безжалостней впивается ему в шею. Пираты волокли его по земле, перехватывало дыхание, и, казалось, вот-вот наступит беспамятство.

«Джилли, прости меня, милая, — вертелась в голове мучительная мысль. — Прости меня, я не смог тебя спасти…»

Дункана тащили через джунгли. Когда он пытался сопротивляться, его били ногами в живот. Дункан стонал от боли, проклиная своих мучителей.

Ублюдки, не имеющие представления о чести.

Что за мысли? Ведь он не воин Титшо, он Дункан Родерик, граф Кливз. При чем здесь честь?

Сплевывая окровавленную слюну, он пытался найти какой-то выход. Или, по крайней мере, сохранить рассудок.

Вот могавки — те умеют расправляться с врагами, не потеряв чести. Существует множество достойных способов. Например, можно бросить пленника в яму с волками — пусть погибнет в схватке. Или, например, можно посадить врага в лодку и пустить в стремнину, несущуюся к водопаду. Существует много красивых способов смерти. Но закопать человека живьем в песок, чтобы его заживо глодали крабы? Какая мерзость!

Перед глазами все кружилось. Кровь из раны на лбу заливала лицо, мешая смотреть. Из-за леса доносились стук барабанов и заунывное пение туземцев.

Что же будет с Джиллиан? Он не смог защитить ее.

Внезапно он улыбнулся. Ему согрела душу мысль, что с Джиллиан все будет в порядке. Он знал, что она сумеет спасти и себя, и сестру. Такие, как Джиллиан, всегда выживают. Она — настоящий воин. Конечно, мерзко было думать о том, что ей придется делить ложе с Индиго, но все же так лучше. Только бы у нее хватило здравого смысла не упорствовать. Капитан пиратов — ее единственный шанс на выживание. Если бы только сказать ей об этом…

Дункан попытался передвигаться самостоятельно, но он так слаб, что ноги не выдержали его веса, и он рухнул на землю. Чома дернул за цепь так сильно, что в глазах у Дункана потемнело.

Когда он пришел в себя, рядом шумело море, пахло солью, песок белел в лунном свете.

Не такое уж плохое место для того, чтобы умереть.

Чома поставил ногу ему на спину, вбил в песок шест, обмотал вокруг него цепь. У Дункана снова потемнело в глазах.

Он услышал, как в песок врезаются лопаты. Итак, ему роют могилу…

Он не хотел умирать. Ему еще рано умирать. Какой-нибудь год назад ему было бы все равно. В прошлом Дункан часто задумывался о смерти. Но теперь у него появился смысл в жизни.

Он приподнял голову и огляделся по сторонам. Двое пиратов стояли, держа мушкеты наготове. Впереди было море, сзади — джунгли.

Должно быть, пираты заметили его движение, и на голову Дункана обрушился удар приклада. Острая боль, яркая вспышка, потом — ничего.

Когда Дункан пришел в себя, он почувствовал, что не может пошевелиться. Со всех сторон на него давила масса мокрого песка. Он едва мог дышать. Пираты отдыхали, довольные результатом своей работы.

— Теперь не сбежит, — довольно сказал один.

— Разве что на тот свет, — пошутил второй, и все расхохотались.