Любовь незнакомца - Фолкнер Колин - Страница 59

— У тебя?

— Да! Здесь, в прачечной, есть маленькая потайная комнатка, где вы и спрячетесь, Кинкейд никогда в жизни не найдет вас!

Мэг неуверенно произнесла:

— Ну… я не знаю.

— Мой вам совет, леди, отправляйтесь домой, соберите вещи и возвращайтесь. Кстати, сегодня ко мне на ужин заглянет мой приятель, он обещал принести треску.

Мэг улыбнулась.

— Зачем же я буду портить вам интимный ужин?

— О чем вы говорите? Посидите с нами немного и уйдете в свою потайную комнатку, если вы так уж боитесь помешать нам. Кстати, я напекла очень вкусных булочек!

— Нет, Сэйти, спасибо, но лучше я приду завтра утром.

— А если ваш Кинкейд вернется вечером? Что вы тогда будете делать?

— Он приедет не раньше завтрашнего вечера.

— Ну, решайте сама, Мэг. Надумаете — приходите сегодня, мы будем рады вас видеть.

Они распрощались, и Мэг, опустив на лицо вуаль, вышла из прачечной и быстрым шагом направились к экипажу. Монти открыл перед ней дверцу, она поднялась, и экипаж тронулся с места.

«Сегодня я останусь ночевать дома, — думала Мэг, откинувшись на спинку сиденья, под мерный стук колес. В последний раз буду спать в постели, в которой мы с Кинкейдом так горячо и страстно любили друг друга. Подушка еще хранит запах его волос…»

25

Поздно вечером Мэг, измученная горькими мыслями о предстоящей разлуке с Кинкейдом и терзаемая ожидающей ее неизвестностью, наконец заснула. Но сон, глубокий и прерывистый, не принес облегчения. Перед ней то и дело возникало лицо Кинкейда, в ушах звучал его голос, и ей казалось, что он рядом с ней. Мэг даже чувствовала его горячее сильное тело, она старалась крепче прижаться к нему и искала сухими губами его зовущие губы.

« Кинкейд… я так люблю его… Невозможно представить, что никогда больше не увижу его смеющиеся глаза, не услышу его пылкие слова о любви. Прощай мечты о будущей счастливой жизни… Никогда больше не услышу, как ласково он называет меня «Мэг»…»

Во сне она беспокойно металась по постели.

« Мэг… Мэг…»

На ее лице появилась блаженная улыбка. Ей снилось, что Кинкейд гладит ее плечи, ласкает грудь… Волны страсти катились по ее телу, заставляя трепетать под нежными и в то же время настойчивыми руками.

« Мэг… — пылко шептал он. — Моя Мэг… Мне тебя не хватало сегодня, всегда«.

Голос Кинкейда звучал у нее в ушах так явственно, что Мэг не понимала, снится ей это или происходит наяву.

Их губы сливались в жарких поцелуях, Мэг охватила слабость, она тихо постанывала и прижималась к Кинкейду все сильнее, желая вобрать его тело и раствориться. Ее рука ощущала железные мускулы его бедер.

« Я не могу потерять тебя, — пульсировала назойливая мысль. — Как я буду жить без тебя…»

« Мэг, любимая моя, сердце мое… — звучал в ушах голос Кинкейда. — Не думай ни о чем плохом«.

— Кинкейд! — в отчаянии выкрикнула Мэг, когда их губы разомкнулись. — Кинкейд! — Разгоряченная, она во сне сбросила с себя простыню. Ей хотелось быть с ним.

— Что, любимая? — произнес хорошо знакомый голос.

Мэг открыла глаза и села в постели. Рядом с ней лежал Кинкейд. Он улыбался, держа ее за руку. Его язык коснулся ее груди, она всхлипнула.

— Это… ты? — прошептала Мэг. Сон и явь смешались, и она растерялась: происходило ли все на самом деле или ей снилось.

— Это ты? — повторила она.

Кинкейд рассмеялся.

— Ты выглядишь такой удивленной, — он пошутил: — Вы ожидали кого-то другого, мадам?

Мэг тряхнула головой, пытаясь сбросить остатки сна. Он должен быть в замке. Неужели она вызвала его в воображении, потому что очень хотела.

— Но почему ты вернулся так рано? Ты же собирался провести в замке несколько дней. Что-нибудь случилось?

Мэг охватила тревога. Кинкейд был в замке Ратледж. Что он узнал там, кого увидел? Хранит ли замок следы ее преступления?

Стараясь придать своему голосу беспечность, она спросила:

— Надеюсь, твоя поездка прошла удачно? Ты виделся там с кем-нибудь?

— Никого, кроме двух слуг и конюха. Да я, собственно, и не рассчитывал встретиться там с кем-нибудь. Так, просто побродил по замку, вспомнил детство…

Кинкейд обнял Мэг и крепко прижал к себе.

— Знаешь, я так соскучился по тебе, хотя прошло всего несколько часов, — признался он. — Я уже начал тосковать по тебе, еще когда только поехал в замок! Извини, что разбудил, — он стал покусывать ее маленькое ушко.

Ее желание было таким сильным, что она больше ни о чем не думала.

— Прекрасная манера будить. — Она обвила его шею руками, прильнула к нему всем телом, раздвинула бедра, почувствовала его ствол и терпкий сок между своими ногами. Последний раз они вместе, последний раз они будут любить друг друга. Она извивалась под ним в экстазе, а он, двигаясь ритмично, поддразнивал ее, заставляя трепетать.

— Кинкейд, пожалуйста, быстрее. — Она неистовствовала. Он тоже уже не выдерживал сладостного соития. Они вознеслись на край обрыва и вместе низверглись при луне в эту волшебную ночь…

Но невидимая тревога вползла вновь в душу Мэг.

— Почему ты не остался в замке, как хотел?

— Мне там нечего было делать. Та же гнетущая атмосфера, те же холодные стены, пустота, безжизненность. Нет, никогда замок Ратледж не станет для меня домом! — воскликнул он. — Мэг, мой дом здесь, рядом с тобой! Как я рад, что вернулся домой!

Мэг погладила его по щеке. Господи, неужели завтра она покинет Кинкейда? Думать об этом было невыносимо.

— Я пробыл в замке несколько часов, — продолжал Кинкейд, — а потом, по пути в Лондон, остановился отдохнуть в одной таверне. Угадай, кого я там встретил?

— Кого же?

— Того, чья фамилия значится последней в нашем списке! Мистера Джеффри Гилберта! Знаешь, с кем он увлеченно беседовал, сидя за столом? С Монти. Я все выяснил, завтра вечером Джеффри Гилберт покидает город и возвращается домой.

— Ты хочешь сказать…

— Да, Мэг, завтра вечером я должен встретить его карету.

Кинкейд вскочил с постели и возбужденно заходил по комнате.

— Гилберт — последний в нашем списке, — говорил он, потирая руки. — А это значит, совсем скоро наши с тобой мечты о новой жизни начнут сбываться! Я напишу последний памфлет, и потом мы с тобой уедем в американские колонии!

Мэг молча сидела на постели, прислонившись спиной к подушке, и смотрела на расхаживающего по комнате Кинкейда. Что она могла сказать ему? Что их мечтам о новой жизни никогда не суждено сбыться?

Кинкейд резко остановился на середине комнаты и взволнованно сказал:

— Мэг, но прежде, чем мы отправимся в американские колонии, ты выйдешь за меня замуж!

Сердце Мэг сжала тоска.

— Так что начинай потихоньку готовиться к свадьбе!

Кинкейд подошел к постели, сел и обнял Мэг.

— Я так устал, — прошептал он. — Давай спать, любовь моя.

Мэг прижалась к его широкому сильному плечу. Итак, сегодня последняя ночь в объятиях любимого. Она тяжело вздохнула и закрыла глаза.

— Кинкейд, ты твердо решил пойти один? — Мэг стояла в ночном пеньюаре у камина. — А вдруг тебе потребуется наша помощь? Мало ли, как все может обернуться!

Кинкейд улыбнулся, поправляя перед зеркалом шелковый шарф.

— Не волнуйся, дорогая, все будет в порядке! Дело несложное: мне известно, в какое время на дороге появится карета Джеффри Гилберта. Он будет без охраны, и я легко справлюсь один.

Мэг с сомнением покачала головой. Тревога за Кинкейда не оставляла ее ни на минуту.

— Но почему бы тебе не дождаться возвращения Монти? Он знает о твоих планах и наверняка скоро появится здесь. Подожди его, и вы пойдете на дело вместе.

— Нет, Мэг, я не могу. А если он не появится, что тогда? Гилберт уедет домой, и когда еще мне представится возможность встретиться с ним? Он, может, несколько месяцев не появится в Лондоне?

Мэг пожала плечами.

— Я очень волнуюсь за тебя.