Сладостный проигрыш - Мэллери Сьюзен - Страница 7

И все равно, кто перед ней: Тодд или Райан. Голый. Красивый. Но чему тут удивляться? Почему бы лживому дьяволу не выглядеть сногсшибательно?

— Джулия, подожди. Это не то, что ты думаешь.

— Даже не пытайся, — предупредила она, чувствуя головокружение от ярости, — не думай, что сможешь смягчить сложившуюся ситуацию.

— Я ничего такого и не предлагаю. Просто пытаюсь объясниться. Я не хотел, чтобы так все получилось.

Так? Это он про секс? Джулия испугалась, что может заплакать. О боже, только не это. Она не хотела разрыдаться в присутствии этого подонка.

— Что именно ты не хотел? — прошипела она. — Ужинать со мной? Или ты просто случайно назвал себя Тоддом? Ой, какой я глупый, забыл, как меня зовут.

— Мы думали… — начал Райан.

— Что вы думали? Отличное будет развлечение? Нет, подожди. Что ты тогда сказал? Ты собирался проучить меня? — Джулия бросила взгляд на настольную лампу, и у нее руки зачесались — так хотелось швырнуть ее в голову Райана. — Ты кем себя возомнил? Что я тебе сделала?

— Ты мне ничего не сделала, — честно признался он. — Совсем ничего. Ты — жертва. Прости.

— Простого извинения недостаточно.

— Я понимаю. Когда тетя Рут рассказала Тодду, что она сделала и что пообещала тебе и сестрам, он был в ярости. Его всегда донимали женщины, охотившиеся за деньгами. И ему не требовались еще три девицы, жаждущие его состояния.

— У Тодда комплексы, — обиженно сказала Джулия. — Это было не из-за денег. Ты знаешь, черт возьми! Это все ради бабушки. Мы хотели поддержать хорошие отношения. Никто и не думал, что ее предложение — настоящее. Что с вами со всеми?

— Ты даже представить себе не можешь.

— Ах, несчастный маленький богатенький мальчик. Как мне тебя жалко.

Он все еще был обнажен, поэтому мозги Джулии упорно отказывались работать. В ее памяти то и дело всплывали воспоминания о том, как ей было хорошо в его объятьях.

Она глубоко вздохнула и указала на дверь.

— Уходи.

— Джулия, ты должна простить меня. Я не думал, что встречу тебя.

Джулия поняла, что он хочет сказать, но обида заглушала голос разума.

— То есть, если бы я тебе не понравилась, ты бы легко со мной разделался?

— Я не это хотел сказать.

— Ну, уж конечно. Тебе не стыдно, что ты собирался проучить меня, не зная, заслуживаю я этого или нет. Тебе жаль, что я тебе понравилась, а ты все испортил до такой степени, что я не буду с тобой общаться, даже если ты останешься единственным мужчиной на земле. Ты никогда не сможешь убедить меня в том, что ты не лживый ублюдок, который считает себя круче всех остальных. Ты самоуверенный эгоист, подлый и жестокий. Убирайся из моего дома!

Райан вздохнул и кивнул. Собрав свои вещи, он вышел из спальни. Меньше чем через минуту захлопнулась входная дверь.

Джулия сползла на пол. По крайней мере он быстро одевается, подумала она, и тут на нее накатила волна боли и обиды. Он ушел.

Она начала дрожать. Борьба со слезами была бесполезна. И хотя Джулия ненавидела себя за это, она очень хотела, чтобы Райан вернулся. Она хотела увериться, что для него эта ночь значила так же много, как и для нее.

Но, очевидно, это была иллюзия.

Джулия надела самые узкие джинсы, так как проблема с дыханием могла отвлечь ее от утреннего кошмара. Она долго мылась в ванне, потом застирала постельное белье, но это не помогало. Поэтому по пути к сестрам она купила самую большую кружку с кофе. Может, это затопит обожженную душу.

На часах было начало двенадцатого, когда Джулия подъехала к дому, в котором выросла. Газон у крыльца благоухал, как всегда, благодаря таланту Уиллы.

Она увидела две припаркованные машины и встала на свободное место. Через минуту она уже была в доме.

— Привет, это я, — сказала она, входя в светлую гостиную.

Уилла сидела, поджав ноги, в кресле, а Марина заняла софу. Обе улыбнулись ей.

— Привет. — Уилла встала и обняла сестру. — Ты действительно собралась выпить эту кружку? Столько кофеина тебя погубит.

— В этом и заключается план, — ответила Джулия, выдавив из себя улыбку, чтобы Уилла подумала, будто она шутит.

Марина тоже встала.

— Привет. Как дела?

— Нормально. Мама в больнице?

— Ага. — Марина плюхнулась на софу и погладила подушку. — Сегодня же день открытых дверей.

— Точно. — Джулия села рядом.

Один раз в, месяц по субботам доктор Гринберг, босс Наоми, открывал офис для всех желающих и делал вакцинации по дешевке. Это была мамина идея. Она всегда хотела спасти мир. Джулия же считала, что маме стоит потратить чуть больше времени, чтобы спасти себя.

— Как у вас дела? — спросила она.

Сестры переглянулись.

— Что? — сразу напряглась Джулия.

Уилла вздохнула.

— Мы говорили о папе.

Прекрасно. День не мог продолжиться более худшим способом, подумала Джулия.

— Прошло уже несколько месяцев, — заметила Марина, — он скоро должен вернуться.

— Потрясающе, — пробурчала Джулия и отпила кофе.

— Джулия, не надо, — взмолилась Уилла. — Это несправедливо. Ты не даешь ему шанс.

— Простите, что не одобряю семью, которую отец все время бросает, а мать позволяет ему это делать.

Марина нахмурилась.

— Ты не права. Она любит его.

Джулия была слишком зла, чтобы затягивать этот разговор. Тем более она уже знала, что собираются сказать ее сестры.

— Умоляю, только не утверждай, что он — ее судьба. Он приходит в нашу жизнь, когда пожелает. А мы потом разгребаем последствия.

Детство Джулии было связано с приездами отца, а потом со слезами матери. Получилось так, что ее сестры запомнили лишь радость от его возвращений, а Джулия могла вспомнить только их последствия. Джек Нельсон был как буря. Много шума, яркое шоу. Но после его отъезда приходилось все чинить. И обычно латала дырки именно Джулия.

Она сделала еще один глоток кофе. Нет, это не поможет, и ей придется лицом к лицу столкнуться с позором прошлой ночи и утра.

— Все мужчины подонки, — пробормотала она.

Голубые глаза Уиллы расширились.

— Джулия, нет! Не все мужчины похожи на Гаррета.

Точно. Ее бывший жених. Джулия застонала. Она-то думала, что он окажется самым ужасным эпизодом в ее жизни, но по сравнению с Тоддом-Райаном это просто цветочки.

— Кстати, об этих животных, — продолжила Джулия. — Я ходила на свидание с Тоддом.

— Что? — Марина кинула подушкой в Джулию. — Ты шутишь? Почему молчала так долго?

— Я здесь всего пять минут.

Уилла закатила глаза.

— Я тебя умоляю… Об этой новости нужно было кричать прямо с порога, и ты это знаешь. — Она села на краешек кресла и подмигнула. — Так, теперь расскажи нам все. Начни сначала и говори медленно. И ничего не упускай. Он шикарный? Очаровательный? По нему видно, что он богат?

В любых других обстоятельствах Джулия рассмеялась бы. Уилла считала, что мужчина с деньгами должен заплатить за себя и не просить сделать это девушку. Ей всегда попадались бедняки или безработные.

— Он был…

Джулии хотелось преподнести эту историю с иронией, но она не могла подобрать ни единого слова и в конце концов расплакалась.

Обе сестры в мгновение ока оказались рядом. Марина обняла ее, а Уилла села рядом. Кто-то взял кружку с кофе из ее рук, и затем ее обняли так сильно, что у нее начала болеть грудь. Или на то были иные причины?..

Джулия вытерла слезы и сказала:

— Он не инвалид и не грубиян. Он был милым и обходительным. Мы танцевали, и он смешил меня весь вечер.

Еще до прихода сюда Джулия решила, что не будет рассказывать о проведенной с ним ночи. Она, конечно, признается сестрам. Но позже.

— И где же все пошло не так? — спросила Уилла. — Он что, оказался женщиной?

Это замечание рассмешило Джулию. Она дотронулась до щеки сестры.

— Нет, хотя это было бы забавно. Он солгал…

И она рассказала сестрам о том, как Райан притворился Тоддом, чтобы проучить ее.

— Он утверждал, что я согласилась на это только из-за денег. Поэтому составил план, по которому я должна была в него влюбиться, а потом он с треском и позором разорвал бы наши отношения.