Игра на желания - Малиновская Елена Михайловна - Страница 69

Я прикусила язык, сдерживая нелицеприятное высказывание в адрес столь мерзких способов добиваться подчинения. Увы, но я сейчас не в том положении, чтобы язвить и дерзить.

— Условия я предложил более чем достойные. — Себастьян издалека кольнул меня внимательным взглядом, убедился, что я не намерена его перебивать, и продолжил: — Тайной канцелярии платят намного больше полиции. Более того, я пообещал Седрику поставить перед королем вопрос о даровании ему фамилии. Правда, он немного разочаровал меня во время испытания в лесу. Ну когда Аннет собиралась вас спалить заживо. Но, надеюсь, больше таких промашек он не совершит. В конце концов, сумел ведь он вырезать на вашем запястье знак подчинения, когда призвал душу Мизерда, заблудившуюся между мирами.

Я промолчала и на этот раз, невольно потерев полностью зажившую руку под столом, хотя видела, что Себастьян ждет от меня хоть какой-нибудь реакции.

— И вы тоже будете служить на благо короне, — заверил он меня после очередной паузы. — Иначе…

После чего перегнулся через стол и пододвинул ко мне ближе первые две карты из моего расклада.

— Крайняя нищета и позор, — прошептал он. — А возможно, и гибель. Не стоит забывать, что вы помогли своему отцу бежать, зная, что тот является преступником. То есть препятствовали правосудию. Право слово, рудники — не место для столь очаровательной особы, как вы.

— Зачем вам я? — спросила я. — Неужели в тайной канцелярии мало гадалок?

— Если честно — вообще нет. — Себастьян вновь откинулся на спинку кресла. — Никогда не верил этим шарлатанкам. Но ваш дар… Беатрикс, я приятно поражен. Не знаю, правда, пока, как его использовать, но уверен — я найду ему применение.

— Идите к демонам, — не выдержав, посоветовала я, ни капли не прельщенная необходимостью работы под началом этого чудовища.

Себастьян, впрочем, не обиделся. Лишь негромко рассмеялся, позабавленный таким искренним пожеланием.

— У вас есть время до завтрашнего утра, — напомнил он мне после недолгого приступа веселья. — И мое предложение повторит уже король. Дам вам искренний совет — не расстраивайте его величество отказом. Но самое главное — не расстраивайте меня.

Я могла бы сказать, что в гробу видела его и короля. Но опять промолчала, почувствовав холодное дуновение опасности. Нет, Трикс, подобный враг точно не по твоим мелким зубкам.

— Отлично, — произнес Себастьян и встал. Замер, глядя на меня сверху вниз, затем подтолкнул в мою сторону письмо и кольцо. — Вы заслужили, Беатрикс. И еще одно. Седрик собирается сделать вам предложение. Теперь, когда вы лишены дворянства, а он всего в шаге от обретения фамилии, этот союз больше не выглядит для него безумием.

— И что? — буркнула я, даже не пытаясь скрыть неприязнь в голосе. — Вам не кажется, что это не ваше дело?

— Я ни в коем случае не говорю, что вы должны принять это предложение. — Себастьян пожал плечами. — В общем-то я был бы даже рад, если бы мои люди не отвлекались на улаживание семейных проблем. Речь не о том, Беатрикс. — Он помолчал немного и с явным усилием завершил: — Подумайте: вам двадцать пять, а вы до сих пор девственница. Это ведь действительно смешно. Седрик кажется мне более чем достойной кандидатурой, чтобы сделать ваш первый раз поистине незабываемым.

— Пойдите прочь! — гневно взвыла я, окончательно потеряв всякое терпение. — Да какое вы имеете право!..

Первыми в наглеца полетели карты, от которых он прикрылся рукой. Затем я отвернулась, выискивая что-либо потяжелее, схватила в руки первую попавшуюся книгу, намереваясь запустить ею в мерзавца, но, когда обернулась, — комната была уже пуста. Самое удивительное, что я не слышала ни звука закрывающейся двери, ни шума торопливого бегства. Себастьян исчез так же внезапно и таинственно, как и появился.

Стоит ли говорить, что после визита Себастьяна я не спала всю ночь. Дора как раз уехала навестить родственников в деревне, видимо торопясь поделиться с ними последними сплетнями об ужасах городской жизни, поэтому никто не мог помешать мне бесцельно слоняться по всему дому и негромко жалобно вздыхать, молчаливо оплакивая собственную невезучесть.

Письмо матери я перечитала раза три, не меньше. А затем со злостью скомкала его и отшвырнула в самый дальний угол кабинета. Потому как выходило, что матушка прекрасно знала о той афере, в которую ввязался отец. Знала — и одобряла ее, не видя ничего дурного в подобном способе заработка. Матушка просила прощения за то, что они с отцом втянули меня в эту историю, звала присоединиться к ней в Прерисии. Правда, при этом не предлагала ни одного способа, при помощи которого я смогла бы беспрепятственно миновать границу. А в конце сделала приписку, что оставляет мне бабушкино кольцо на долгую память о моих беспечных родителях и просит не держать на них зла.

Когда за окном окончательно воцарился влажный непроглядный мрак, я с ногами залезла в любимое кресло. Потушила все свечи и магический шар, в полной темноте слушая, как по крыше и окнам барабанит упругий дождь.

Рассвет я встретила на ногах. Приготовила самое скромное свое платье — шерстяное, темно-серое, как у послушниц какого-нибудь монастыря. Сбегала в салон сьерры Элоизы и сняла с себя остатки иллюзорной магии. Все равно заклинание уже давно требовало обновления, а деньги на это у меня вряд ли в ближайшее время найдутся. Теперь из зеркала на меня строго смотрела невысокая девушка с пепельно-русыми волосами и серыми глазами. Ни намека на прежнюю обжигающе красивую гадалку. Только одно украшение я себе позволила — тонкую серебряную цепочку, на которую повесила фамильный перстень. Да и то спрятала кольцо за ворот наглухо застегнутого платья.

Я убрала волосы в тугой пучок, скрепленный множеством шпилек. Нацепила шляпку с густой вуалью, за которой так легко было скрыть мои покрасневшие от недостатка сна глаза. И села в гостиной дожидаться обещанной кареты.

Ровно в десять утра, когда часы наверху начали отбивать положенные удары, в дверь постучались. Я открыла и вздрогнула от неожиданности, почувствовав, как тщательно сберегаемое спокойствие собирается изменить мне. На пороге стоял знакомый извозчик — тот самый, который завез меня в лес к Аннет.

Он понял, что я узнала его. Смущенно затоптался на пороге, тяжело вздыхая, словно медведь, загнанный в западню.

— Простите, найна, — наконец уныло протянул он. — Да, это я… Видите ли, я служу на Себастьяна, но я не думал, что вы так пострадаете…

Я молча развернулась и взяла с кресла шаль. Накинула ее на плечи, не желая слушать никаких оправданий. Себастьян, опять этот вездесущий Себастьян! Как же я ненавижу этого чванливого самодовольного типа! Наверняка он давно знал про аферу, поэтому успел внедрить своих людей в окружение Аннет и Флавия. Но никогда не признается в этом, до последнего играя в невинную добродетель.

Хорошо, что карету подали закрытую, поэтому я была избавлена от необходимости всю дорогу выслушивать извинения извозчика. Наслаждаясь краткими минутами отдыха перед предстоящей встречей, я откинулась на спинку сиденья. Подставила лицо лучам солнца, пробивающимся через занавески. Утром погода улучшилась, и на короткий срок тучи разошлись, даровав горожанам призрачную надежду на возвращение лета.

Я никогда не была в королевском дворце, который находился всего в нескольких милях от Арильи. Но мое извечное любопытство изменило мне. Я молча шла вслед за юрким невысоким мужчиной с серым изможденным лицом, который должен был проводить меня в кабинет его величества, и не смотрела по сторонам. Слишком я была занята мыслями о своем невеселом ближайшем будущем.

Наконец после долгого бега по многочисленным коридорам и пустынным гостиным мужчина остановился и с глубоким поклоном распахнул передо мной дверь. Я вошла в залитую солнцем комнату. Сделала несколько шагов и остановилась, приподняв вуаль с шляпки и болезненно сощурившись. Свет бил мне прямо в лицо, поэтому я ничего не видела перед собой.