Игра на желания - Малиновская Елена Михайловна - Страница 60

Внезапно я споткнулась о какой-то предательский корень, с приглушенным шипением рухнула в кучу листвы — и заскользила вниз по склону, набирая и набирая скорость.

Удивительно, что я не сломала себе шею и ничего серьезно не повредила. Ну если не считать жестоко разодранных ладоней, которыми я безуспешно пыталась остановить падение. И лишь в самом конце затяжного спуска я со всего размаха приложилась головой обо что-то очень острое и твердое. Наверное, камень, скрытый под травой. Из глаз посыпались искры, а ночь сразу же заиграла всеми цветами радуги, однако сознание я не потеряла. Тихонечко всхлипнула, с трудом сдержавшись от болезненного вскрика, перевернулась на живот и принялась бережно ощупывать стремительно вспухающую на затылке шишку. Ничего, жить буду. Вроде бы даже кровь не пошла, хотя тяжело судить в таком мраке.

— Найна! — заходился во встревоженном реве наверху обрыва извозчик, видимо силясь разглядеть меня в чернильном мраке. — Вы живы?

Я скептически хмыкнула, не собираясь отзываться на его крик. Не за меня он боится, а за то, что я сбегу и сообщу про его ночные шалости. Ну ничего, сволочь, дай мне только до города добраться! Всю полицию на уши поставлю!

И я с беззвучным кряхтением заворочалась в ворохе листьев, пытаясь подняться на ноги. Получалось, если честно, плохо. У меня болело все тело. Ох, поди вся в синяках! Но зато руки-ноги слушаются.

— Найна! — опять взревел наверху негодяй извозчик. — Если вы ранены — не шевелитесь! Я сейчас спущусь и помогу вам.

Ага, как же, разбежался. Его угроза лишь придала мне сил встать. Я с трудом поднялась, тут же вцепилась в ствол ближайшего дерева, пережидая приступ неожиданной тошноты, и заковыляла прочь, не имея ни малейшего представления, куда иду. Главное — подальше отсюда. А то ведь действительно спустится и схватит меня.

От каждого шага у меня в глазницах вспыхивала горячая боль. Видимо, удар камнем по голове все же не прошел для меня бесследно. Отчаянно хотелось пить, но еще больше — выбраться живой и невредимой из леса. Поэтому я не позволяла себе ни секунды передышки. Лишь опасалась вновь упасть, не заметив очередного крутого склона. Не думай о плохом, Трикс! Ты выкарабкаешься, обязательно выкарабкаешься из этой передряги! Хотя бы для того, чтобы высказать Доре много ласкового и хорошего насчет ее умения находить извозчиков. Поэтому сосредоточься только на движении вперед. Шаг, второй. Еще один шаг.

Увлеченная борьбой со своим ноющим телом, отчаянно умоляющим меня об отдыхе, я не сразу заметила, как в мире вокруг меня что-то изменилось. Просто вдруг тишина сильно надавила на уши, а тьма вокруг стала почти физически осязаемой. Я остановилась, напряженно вглядываясь во мрак. Я чувствовала, нет, я совершенно точно знала, что рядом что-то или кто-то есть.

А в следующий миг мои несчастные, и без того изрядно пострадавшие от падения ребра жалобно хрустнули от чьей-то железной хватки, и я едва не потеряла сознание от острой вспышки боли. Хотела было заорать во все горло, но рот уже зажимала чужая рука.

— Ну что же вы такая упрямая, найна, — укоризненно шепнул мне на ухо голос, показавшийся смутно знакомым. — Мало того что едва не убились, так еще и мой замечательный план почти сорвали.

Я рванулась было, пытаясь вырваться и дать свой последний решительный бой, но не смогла пошевелить и пальцем. Вокруг меня распустился черный цветок небытия, вызванный усыпляющими чарами.

Я лежала на животе, уткнувшись носом в колючую хвою и прелые листья, и старательно притворялась, будто до сих пор без сознания. Даже ноющая боль в жестоко вывернутых и связанных за спиной руках меня не особо отвлекала от этого занятия. Дело в том, что над моей головой велся очень интересный разговор, непосредственно касающийся моего ближайшего будущего, и я не собиралась показывать похитителям, что очнулась.

— Как и договаривались, я доставил вам найну Беатрикс Ильен, — хриплым рыком известил извозчик. Беда была только в том, что это не он поймал меня в лесу. И я никак не могла сообразить, что же все это означало.

— А почему она в таком виде? — недовольно полюбопытствовал женский голос, и я невольно задержала дыхание от удивления, поскольку узнала его. Затем вновь заставила себя размеренно дышать, чтобы не привлечь к себе внимания раньше времени. Найна Аннет, а именно она стояла рядом с моим похитителем, тем временем продолжила: — Ты что, ее бил? Одежда разорвана, на затылке запекшаяся кровь. Только не говори, что пытался с ней развлечься, пока дожидался меня, она начала сопротивляться, а ты огрел ее камнем.

— Нет, как можно? — с нескрываемым возмущением фыркнул извозчик. — Я ее и пальцем не тронул! Просто девица пыталась бежать. Да по такой темноте не заметила, как в яму навернулась. Чудом шею не сломала.

— Повезло, — лениво протянула Аннет, моментально потеряв интерес к причинам моего столь помятого вида. Задумчиво добавила: — Найна Беатрикс, как я погляжу, вообще чрезвычайно везучая девица.

— Наверное, это не мое дело, найна, — осторожно протянул извозчик, — но я не понимаю: зачем вам она? Вроде бы вы выяснили, что она не была любовницей Флавия и тот не имел с нею никаких общих дел.

Я вся обратилась в слух, дожидаясь ответа Аннет.

— А это не твое дело! — резко оборвала его она. — Твоя задача была лишь привезти Беатрикс, и ты ее выполнил. Я знала, точно знала, что девчонка не усидит дома, когда ее отец в опасности, и кинется его выручать. Делов-то было заставить тебя караулить у ее дома. Теперь держи свою плату и проваливай. А дальше я разберусь сама.

Над моей головой что-то звякнуло — видимо, найна кинула своему сообщнику кошель с деньгами. Тот немного повздыхал, судя по шуму пересчитывая полученную плату, затем захрустел листьями, удаляясь прочь. Спустя некоторое время его шаги окончательно затихли вдали.

— Отлично, — пробормотала Аннет, дождавшись этого момента. И с силой пнула меня в плечо, тем самым заставляя перевернуться на спину.

От боли я взвыла, моментально забыв про свой спектакль. Неловко завозилась, пытаясь принять более удобное положение. Если, конечно, к моей ситуации было применимо такое определение. Теперь я лежала таким образом, что почти не чувствовала сведенных судорогой рук. Зато в какой-то мере мне повезло — под правой ладонью я нащупала острый осколок камня, который безжалостно впился мне в кожу. С трудом зашевелила онемевшими пальцами, перехватывая его удобнее. И с нажимом провела по веревке, гадая, сумею ли ее перепилить.

— Очнулась? — спросила Аннет.

Я с трудом разлепила один глаз и тут же зажмурила его вновь. Магический шар плясал прямо перед лицом, поэтому я при всем желании ничего не могла разглядеть, кроме белого круга ослепительного света.

— Очнулась, — уже утвердительно протянула Аннет. — Маленькая лживая дрянная девчонка. Наконец-то я заполучила тебя.

— Что я тебе дурного сделала? — с трудом двигая спекшимися от жажды губами, поинтересовалась я, правой рукой продолжая настойчиво водить камнем по веревке. Судя по тому, что меня еще не остановили — действовала я при этом достаточно незаметно.

— Лично ты — ничего. — Судя по голосу, Аннет улыбалась. — Но твой отец… О, твой отец и Флавий задумали надуть меня. Выкинуть из бизнеса, который, по сути, я и придумала.

— Мой отец? — Вопрос прозвучал совсем хрипло. Было такое чувство, будто горло изнутри безжалостно дерет наждаком.

— Ты еще не поняла? — Аннет невесело рассмеялась. — Подумай сама: твой отец — один из крупных торговцев в Итаррии. Он был нужен нам, чтобы получить доступ к его кораблям. Да, одно время его дела шли совсем плохо из-за пристрастия к азартным играм. Твой отец спускал все заработанное на игру в пакорт. Это рано или поздно должно было привести его к полному краху. Вспомни, как он пытался тебя выдать за толстого, страшного и старого приятеля, у которого из всех достоинств в наличии было лишь огромное состояние. Разве поступил бы так любящий отец, который вроде как не испытывал никакой нужды в денежных средствах? Нет, Беатрикс, он тогда был на мели. Твой отказ означал для него полный крах. Со дня на день его должны были арестовать и посадить в тюрьму за многочисленные долги. И именно тогда его встретил Флавий. Мы уже давно наблюдали за твоей семьей. Собирались провернуть обычную историю с магиснимками, но потом решили не прибегать к этому средству. Кстати, вопреки мнению этого надутого спесивого Себастьяна, мы весьма редко использовали столь радикальный способ. Шантаж все же крайне непредсказуемое занятие. Порой жертвы предпочитают обратиться к властям, наплевав на возможный позор. Как, к слову, это случилось с графом Тадеусом. Впрочем, его дурно воспитанная дочка еще получит свое. Плевать на подделку отчета — Флавий уже мертв, а я вне подозрений. Пусть вся Арилья завтра насладится видом голой Олессии верхом на камергере его величества.