Всевластие любви - Майерс Синди - Страница 17

— Оправившись от удивления, он сказал: «Мне не раз доводилось возить интересные грузы, но никогда не встречал женщины, у которой хватило бы смелости полететь со мной». — На лице у Джи Пи появилось мечтательное выражение. — Думаю, тогда он понял, что встретил свою судьбу.

— А через шесть недель они поженились, — сказала мама Джоуни и посмотрела на дочь. — Женщины в нашей семье легко влюбляются. Когда мы встречаем подходящего человека, мы знаем, что это судьба.

Джоуни захотелось утонуть в своем кресле и натянуть на голову салфетку, как она это делала в детстве, когда хотела исчезнуть. И как только ее угораздило появиться в такой романтической семье.

— В нашу первую встречу Джоуни сказала мне, что не верит в судьбоносные столкновения.

Она бросила взгляд на сидящего рядом человека. Заткнуть бы ему рот салфеткой. Или накинуть петлю…

— Знаете, она немного упряма. — Картер подмигнул Джоуни. — Но ведь я тоже.

Почему от едва заметного подмигиванья у нее внутри все заплясало, как у девочки на первых танцах? Почему ее тело и разум не могут прийти в согласие по поводу чувств к этому человеку?

Джи Пи отложила нож и вилку и посмотрела на них.

— Вы, кажется, хотели сегодня о чем-то сообщить?

Картер взглянул на Джоуни. Она притворно улыбнулась и сложила салфетку на коленях.

— В госпитале открылась новая учебная программа, и меня попросили быть одним из инструкторов. Это для меня большое повышение.

Родители и Джи Пи с неуверенной улыбкой переглянулись, Джи Пи перестала улыбаться.

— Я имела в виду не твою работу. Разве вы не хотите кое-что нам сказать? Картер?

Она бросила на него пронзительный взгляд.

К его чести, он не растерялся.

— Нет, Джи Пи. Но когда у нас будет что сообщить, вы узнаете об этом первой.

Джоуни показалось, будто в наступившей тишине она слышит, как затвердевает подливка.

— Почему бы нам не пойти в гостиную выпить кофе с десертом? — Мать наконец сняла напряжение. — Я приготовила итальянский пирог с кремом.

Джоуни подавила стон: лично приготовленный итальянский пирог с кремом говорил о том, что вечер устроен по особому случаю. Она могла поручиться, что в холодильнике остывает бутылка шампанского.

Джоуни, Картер, отец и Джи Пи покорно прошествовали в гостиную. Джи Пи снова села в кресло-качалку, положила руки на колени и начала быстро раскачиваться, сосредоточив взгляд на руках. Обручальное кольцо еще сверкало на ее пальце, золото ровно блестело после пятидесяти лет носки.

Мать вернулась с разрезанным пирогом и чашками кофе на подносе. Картер откусил и восторженно округлил глаза.

— Миссис Монтгомери, это лучший пирог, который я когда-либо ел, — восхищенно доложил он.

Мать, обрадовавшись, покраснела.

— Я очень рада, что вам понравилось. Но вы можете называть меня Дэл. В конце концов, вы фактически член семьи.

Кусок пирога едва не выпал у Джоуни изо рта. Она потянулась за кофе и сделала обжигающий глоток.

Остаток вечера прошел без дальнейших прозрачных намеков, и Джоуни уже начинала думать, что все обошлось, когда Джи Пи поставила чашку с кофе и прочистила горло.

— Я хочу вам кое-что подарить, — заявила она.

Джоуни напряглась. Только не какую-нибудь фамильную реликвию или романтический памятный подарок.

Джи Пи встала с кресла и протянула Джоуни красный конверт. Джоуни повертела его в руке.

— Что это?

— Открой и посмотри.

Картер наклонился посмотреть. Она развернула карточку и посмотрела на выгравированные буквы.

— Что это?

Мама пододвинулась к краю кресла.

Джоуни откашлялась.

— Подарочный талон на уроки танцев.

— Точно.

Джи Пи вернулась на свое кресло-качалку с грацией королевы, жалующей своим подданным бесценные дары.

Джоуни нахмурилась.

— Но, Джи Пи…

— Никаких «но», дорогая. Думаешь, я не знаю, как ты сбегала с уроков танцев в зоопарк, да? — Она посмотрела на внучку поверх очков. — Я гораздо умнее, чем ты думаешь, от меня ничего не ускользает.

Джоуни снова взглянула на карточку, и внутри у нее все сжалось. Казалось бы, вполне невинное замечание, но бабушку не проведешь.

— Но почему ты именно сейчас мне ее даришь?

— Она на двоих. Я хочу видеть, как вы будете танцевать на свадьбе, а для этого вам нужны уроки.

— Но…

Рука Картера, сжавшая ей запястье, прервала ее протест.

— Спасибо, Джи Пи, — сказал он, — вы очень внимательны. Я уверен, нам понравится.

Джи Пи кивнула.

— Вы проследите, чтобы она ходила с вами?

Картер взял Джоуни под руку и теснее прижал к себе. Она встретила эту поддержку с радостью. Ему удавалось справляться с ее родственниками гораздо лучше, чем ей, может быть, потому, что они не были его семьей.

— Нам наверняка понравится танцевать вместе, — сказал Картер.

Вероятно, он прав, подумала Джоуни. Ей понравится танцевать с ним. Вся штука заключается в том, чтобы не получить от этого слишком большого удовольствия.

Следующие восемнадцать часов Джоуни изо всех сил старалась не думать о Картере. Если не считать нескольких часов сна, ее попытки закончились полным провалом.

Теперь, на работе, ей это удавалось значительно лучше. Утро тянулось медленно. Джоуни было поручено привести в порядок бумаги, но как можно сосредоточиться на государственных бумагах, когда всеми ее мыслями владеет столь сексуальный мужчина?

Она обрадовалась утреннему звонку, отвлекшему ее от бумажной работы, пока не услышала на другой стороне линии голос Картера.

— Наш первый урок танцев в четверг, — сообщил он.

Она прислонилась к стойке, повернувшись спиной к сослуживцам.

— Тебе не стоило заботиться об этом, я бы сама составила расписание уроков.

— Если не считать, что ты бы все время откладывала урок.

Она вздохнула.

— А куда торопиться? Джи Пи не останется в Сан-Антонио навечно. Через две недели начинается авиашоу в Таксоне, а она его никогда не пропускает.

— Даже ради любви? — поддразнил он.

Она крепче сжала трубку.

— Даже ради этого. Несмотря на то, что в моей семье все очень сентиментальны.

— Кроме тебя.

— Кроме меня. Этот ген меня миновал.

— Кто знает? Может быть, он тебя еще не коснулся?

Его тихий голос волновал каждый ее нерв.

— Ты так говоришь, потому что сам романтик, — проворчала она.

— Обвинение справедливо. Или, может быть, дело в компании. В сексуальной, красивой женщине, пробуждающей во мне сентиментальность. Когда я смогу снова увидеть тебя? Обнаженную?

Его голос настроил ее на лирический лад.

— Не думаю, что нам нужно заниматься этим снова, Картер. Тогда было…

— Невероятно? Фантастично? Потрясающе?

Даже больше. Именно поэтому она стремилась избежать повторения.

— Мы оба были эмоционально возбуждены. У нас был трудный день. Мы…

— Перестань придумывать предлоги. Просто я завел тебя, а теперь ты нервничаешь, потому что потеряла контроль над собой.

При воспоминании у нее напряглись соски и она почувствовала напряжение между ногами.

— Мы должны притворяться, что между нами существуют определенные отношения, помнишь? То, что мы переспали, все осложняет.

— В том-то и дело. Между нами действительно существуют определенные отношения. Возврата нет. Может быть, это не романтическая связь, как полагают твои родственники, но определенные отношения существуют. Не лги ни себе, ни мне. И только от нас зависит, будем ли мы их развивать.

— Доктор Кармайкл, срочно в отделение неотложной помощи, — прозвучал в громкоговорителе голос оператора.

Зачем главного хирурга-травматолога госпиталя вызывают в отделение неотложной помощи в такой час?

— Доктор Гейнс, доктор Ранджа, срочно в отделение неотложной помощи. Доктора Кармайкл, Гейне и Ранджа, в отделение неотложной помощи.

— Послушай, я больше не могу разговаривать, сказала Джоуни. — У меня полно работы.

— Хорошо. Но мы должны поговорить об этом позже.