Джентльмен-повеса - Маккензи Салли - Страница 13

Эта женщина определенно не имела ничего общего с дамами, окружавшими его до сих пор. Она чем-то напоминала его сестру Джейн, хотя его чувства к Энн были очень далеки от братских.

— О ней уже знает весь Лондон. Не забывай о леди Данли.

Энн застонала:

— Черт! Черт! Черт! Что же делать?

Стивен бросил взгляд на Селесту. Она смотрела на него поверх склоненной головы Эви и дерзко улыбалась. Подмигнув, она отвела глаза. Вероятно, француженка считала, что Энн страдает от неутоленного желания. Ах, если бы!

— Мы будем помолвлены, по крайней мере, до конца зона, — с томной улыбкой прошептал Стивен на ухо Энн. Селеста должна была подумать, что он говорит слова любви. — Если нет, погибнет не только твоя репутация, и сезон Эви. Вспомни сцену, ставшую всему причиной. — И то, что впоследствии происходило в странно украшенной комнате Крейн-Хауса, конечно. Впрочем, об этом Стивен предпочел не напоминать, хотя сам ничего не забыл. Покинув Крейн-Хаус, он снова и снова переживал каждое мгновение — сладкий аромат кожи Энн, влажное тепло ее рта, дрожь ее хрупкого тела.

У него было много женщин — ну ладно, очень много, — но ни одна из них так не притягивала и не интриговала его.

— Конечно, я помню. Разве такое забудешь? Я никогда в жизни не испытывала такого стыда.

Стивена раньше никогда не привлекали женщины-воительницы. Некоторые мужчины считают, что несдержанные женщины особенно горячи в постели. Однако практика показывает, что если женщина кричит и спорит в гостиной, в спальне она занимается тем же самым. Энн была другой. Он мог бы побиться об заклад на годовой доход, что ее колючесть вызвана не плохим характером, а чем-то иным. Возможно, тут есть какая-то связь с маркизом Брентвудом.

— Не могу поверить, что стала участницей такой позорной сцены, — сказала она. — Если бы ты не был так пьян…

Стивен прижал палец к губам Энн и почувствовал, как она задержала дыхание. Ее глаза изумленно расширились.

— Если бы ты дала мне должный отпор, Энн, я бы остановился. Даже совершенно пьяный, я не стал бы настаивать. Я уже говорил и могу повторить еще раз: не надо меня бояться.

Энн тряхнула головой:

— Я вовсе не боюсь тебя, наглец!

Она лгала и сама это понимала. Она очень боялась, если не его, то чего-то другого. Чего?

Он это выяснит со временем — не сейчас. Усмехнувшись, Стив взял Энн за подбородок и повернул к себе лицом.

— Что-то ты слишком волнуешься, когда речь идет обо мне. Твоя сестра сказала правду? Ты давно сохнешь по мне?

Энн покраснела и отвела глаза.

— Конечно же, нет. Мы только что познакомились.

— Да, но сестрам обычно известны самые страшные тайны друг друга.

Энн на мгновение встретила его взгляд, но тут же отвела глаза. Высвободившись, она подошла к столу, за которым сидели Эви и Селеста.

— Ты уже нашла для себя платье, Эви? — весело поинтересовалась она. Только ее веселость казалась неестественной.

Леди Энн Марстон определенно была интересной, необычной штучкой. Энергичная и робкая, смелая и в то же время застенчивая. Такое сочетание может свести с ума.

Хорошо, что он любит загадки.

— Много платьев, Энн! — Эви едва дышала от восторга. — Для поездок и прогулок, вечерние и бальные. О, ты только посмотри, какая очаровательная амазонка! Жаль, что мы не привезли сюда лошадей.

— Не привезли, и, слава Богу. Подумай о расходах. Лошади едят, как крокодилы. — Восхитительный голос Энн теперь звучал так язвительно, что на нее с недоумением уставились и Эви, и Селеста.

Да, сезон, безусловно, обещает быть интересным, если Энн будет и дальше бросаться в бой с каждым встречным.

— Я тоже не держу лошадей в городе, поскольку слишком редко здесь бываю, — сказал он, — но у меня есть друзья, имеющие хорошие конюшни. Уверен, что смогу найти вам лошадь для прогулок, Эви.

— Да, мадемуазель, вы обязательно должны кататься на лошади в Гайд-парке. Так принято.

Селеста, конечно, старалась обеспечить себе несколько лишних пенсов, но, по сути, она была права.

— В любом случае вам понадобится амазонка для вечеринок в загородных домах, частью которых всегда является верховые прогулки.

Лицо Эви загорелось, а Энн напряглась.

Хм… Его нареченная явно не одобряет вечеринок в загородных домах, а поскольку, судя по всему, она принимала участие лишь в одном подобном мероприятии, имевшем место в имении барона Геддинга десять лет назад…

Ему придется выяснить, что там случилось. Геддинг был в городе, а Стивен всегда гордился своим умением вытягивать информацию у людей так ловко, что они об этом и не подозревали. Геддинг был не слишком умен, так что разговорить его можно довольно легко, а вот подвести к нужной теме… пожалуй, будет проблемой.

— А вы, леди Энн? — обратилась к ней Селеста. — Вам же тоже нужны платья. Извините, но это, — она с гримасой отвращения покосилась на платье Энн, — совершенно никуда не годится. — Она выбрала несколько рисунков и протянула их Энн. — Взгляните, думаю, вам понравится.

— Нет, я… то есть я не… — Энн с ужасом смотрела на рисунки в руках Селесты, словно портниха держала клубок ядовитых змей.

— Позвольте мне. — Стивен взял рисунки и быстро просмотрел их. Его внимание привлекло одно бальное платье с глубоким декольте. — Вот, пожалуй, это. Ты будешь выглядеть в нем восхитительно, Энн. Оно такого же цвета, как твои глаза.

Энн покосилась на картинку и замотала головой:

— Нет, ни в коем случае.

— Почему? — недоуменно нахмурился Стивен. Он показал рисунок Эви и Селесте: — Вы не считаете, что это платье будто создано для Энн?

— Оно мне не подойдет! — Энн едва не подавилась этими словами. Для мужчины с якобы превосходным вкусом мистер Паркер-Рот не заметил очевидной, можно сказать, бросающейся в глаза проблемы. Ее бедная маленькая грудь была слишком плоской, чтобы ее выставлять напоказ таким образом, даже с учетом героических усилий самого лучшего корсета.

— Оно очаровательно, Энн. — Эви внимательно рассматривала изображение. — Мне не приходило в голову — я имею в виду, что ты ничего подобного раньше не носила, — но, думаю, мистер Паркер-Рот прав. Ты будешь в нем выглядеть изумительно. Что тебе не нравится?

— Да, леди Энн, в чем проблема? — Мадам Селеста улыбалась, но в ее голосе слышались нотки раздражения. — Платье очень милое, вы в нем будете настоящей красавицей, месье будут завидовать все мужчины.

Они все были слепыми. Или безумными.

— Платье действительно красивое, но мне оно не подходит, — сообщила Энн и почувствовала, что краснеет. Черт бы побрал ее белую кожу!

Мистер Паркер-Рот, Эви и мадам Селеста — все смотрели на нее в полном недоумении.

— У вас наверняка есть что-то еще. — Энн потянулась за рисунками, но Стивен отодвинул их на край стола.

— Нет уж, просветите нас, леди Энн, что вас не устраивает?

Она повернулась к Селесте. Портниха ее поймет. По крайней мере, миссис Уоддингли ее всегда понимала, она всегда добавляла лишний ряд кружев, бант или ленты на лифы Энн в тщетной попытке скрыть грудь, точнее сказать, ее отсутствие.

— У вас найдется что-нибудь более скромное?

— Скромное? — Мадам Селеста несколько мгновений молча переводила глаза с Энн на мистера Паркер-Рота. — Но что в этом платье нескромного?

Эта мерзкая женщина определенно решила заставить ее произнести постыдную правду вслух.

— Мне необходимо что-нибудь более закрытое. — Энн улыбнулась, понимая, что изобразить веселье ей не удалось. — В конце концов, я всего лишь компаньонка и не хочу привлекать внимание к себе.

Мадам Селеста открыла рот от удивления:

— Компаньонка?

— Конечно. Это выход в свет моей сестры, а не мой. Я только буду сидеть у стены с другими зрелыми женщинами. — Таков был ее план, когда стало очевидно, что Джорджиана решила поручить сезон Эви ей. И тем более сейчас, когда выяснилось, что лорд Брентвуд здесь. Она не хотела встречаться с этим мужчиной.

— Но вы же нареченная месье! К вам будут прикованы взгляды всего Лондона!