Гордый, жестокий... желанный - Майо Маргарет - Страница 4

Пенни заметила, как изменилось лицо Санто. Надо было действовать быстро, иначе она сама поддастся искушению и потеряет работу, подобной которой никогда не сможет найти.

Очевидно, было что-то в том, как небо отражалось в воде, что заставило их чувства обостриться. Это было место для влюбленных. Вечер веял волшебством, все было тихо и спокойно — и все вокруг дышало искушением. Совсем не место для прогулок работницы и работодателя, если только она не поняла его неправильно и он не собирался целовать ее, но она не была уверена и точно не была готова рискнуть. Это испортило бы все, несмотря на то что он был самым потрясающим мужчиной из всех, кого она встречала. Ему не нужны были серьезные отношения, просто небольшое развлечение, которое не нужно было ей. Многие ее подруги — к примеру, Луиза — посчитали бы это удачей и обвинили бы ее в глупости, если бы она не бросилась в омут головой. Миллионеры, миллиардеры, не важно, они всегда осыпали своих подружек дорогими подарками, благодаря чему не чувствовали себя виноватыми, бросая их. Что ж, эта девушка была не из таких и не собиралась переводить исключительно деловые отношения на другой уровень.

— Вы давно живете здесь? — спросила она, отходя от него на пару шагов и делая вид, что наблюдает за утками у противоположного берега, нарушавшими тишину своим кряканьем.

Вместо ответа он спросил:

— Почему у вас нет парня? За такой красивой женщиной они должны ходить толпами.

Пенни пожала плечами:

— Моя карьера для меня важнее, чем мужчины.

— Вы намерены работать няней всю жизнь? — спросил он, как будто это было самое худшее, чем она могла заниматься.

— Почему бы и нет? — воинственно спросила она.

— Ни за что не поверю, — пренебрежительно заявил он. — Вы слишком красивы, чтобы стать старой девой, это ведь так называется, да?

Пенни улыбнулась и кивнула. Старая дева! В его устах это прозвучало так старомодно и неожиданно.

— Однажды ваш мужчина придет и собьет вас с ног. И прежде чем вы успеете это осознать, вы уже будете замужней женщиной с оравой собственных детей. Уверен, это доставит вам куда большее удовольствие, чем возня с чужими детьми.

— А вы, похоже, считаете себя знатоком в этом вопросе? Вы, которому требуется няня для собственного ребенка.

Он нахмурился, и Пенни поняла, что вышла за рамки, но слова почему-то не хотели останавливаться. Он нашел ее больное место: она очень хотела иметь детей, однажды подумала, что нашла того самого мужчину, который подарит их ей, и со времени этих закончившихся катастрофой отношений сомневалась, что найдет своего мужчину.

— Скажите, мистер Ди Люка, если уж мы решили быть откровенны друг с другом, что случилось с вашей женой? Она бросила вас, потому что вы слишком много работаете?

Едва произнеся эти слова, она пожалела о них. Когда он заговорил, отвечая на ее вопрос, ей захотелось убежать, взмахнуть волшебной палочкой и исчезнуть. Это был самый ужасный момент в ее жизни.

Глава 2

— Жена умерла, — холодно сказал Санто, — и да будет вам известно, я не намерен снова связывать себя узами брака.

Он повернулся и зашагал к дому. Несколько секунд Пенни смотрела ему вслед: он ссутулился, его походка стала неуверенной. Она чувствовала себя ужасно. Что за глупый, опрометчивый вопрос! Что он о ней подумал? Она нарушила границы приличий и не слишком удивилась бы, если бы он велел ей собрать вещи и уйти, хотя очень этого не хотела.

Она должна загладить вину. Догнав его, она сказала:

— Простите, я не знала. Я не стала бы спрашивать, если бы…

Он резко остановился и повернулся к ней:

— И вы не думали, что неплохо бы узнать меня получше, прежде чем выносить приговор?

Его голос был очень резок, в темных глазах невозможно было что-либо прочесть — высокий гордый мужчина, разгневанный тем, как с ним разговаривали. Пенни подумала, что он все еще скорбит; должно быть, это случилось не так давно. Может быть, в этом и была причина того, что он так много работает и не уделяет дочери внимания, в котором она нуждалась. Он хотел забыть все, и единственный способ сделать это — заработаться до полусмерти.

— Простите, — повторила Пенни, чувствуя острую жалость к нему.

Ее сердце трепыхалось в груди, ей хотелось обнять его, сказать, что время лечит и она помнит, как больно ей было, когда умерла ее мать. Но все это ему было не нужно. Ему был нужен кто-то ответственный, кто сможет присмотреть за Хлоей, раз уж дела не позволяли ему быть с ней самому. Он даже не знал, как с ней обращаться, ему, добытчику, главе дома, никогда не приходилось делать подобные вещи.

— Не берите в голову, — проворчал он и пошел к дому.

На этот раз Пенни не пошла за ним. Она подождала несколько минут и быстро поднялась к себе в комнату, не в силах не думать о том, какой была жена Санто. В доме не было ни одной фотографии, ничего, что напоминало бы ему о ней. Было ли это не случайно? Принадлежал ли он к роду людей, не способных смириться со смертью и притворяющихся, что ее нет? Так много вопросов без ответов.

Когда Пенни проснулась на следующее утро, Санто уже ушел. Она неважно спала, думая о том, как расстроила его вчера, и, собирая Хлою в школу, особенно крепко обняла ее. Хлоя была так похожа на своего отца: те же черные как смоль волосы и огромные карие глаза, иногда становящиеся печальными. Пенни знала, что глубоко внутри девочка страдала и была сбита с толку, потому что как можно убедительно объяснить ребенку в этом возрасте, что ее мама никогда не вернется к ней? Однако лезть с расспросами Пенни не могла, пока Хлоя сама не поднимет эту тему.

Оставив Хлою в школе, она прошлась по магазинам и навестила сестру, прежде чем вернулась в поместье Ди Люки, как она про себя называла дом Санто. Трудно было поверить, что один человек жил в таком огромном доме, если только он не развлекался постоянно, по крайней мере, пока была жива жена.

Позади дома был ряд гаражей, один из которых отвели под машину Пенни; она была удивлена, увидев черный «астон-мартин» Санто на месте. Он дома! В это время? Она посмотрела на часы: было время ланча.

— Где вы были? — спросил он, когда она вошла в дом.

Казалось, он ждал ее. Его черные волосы стояли дыбом, и она представила, как он нервно ерошит их своими длинными пальцами.

— Прошу прощения, — сказала она, вздергивая подбородок, возмущенная тем, что он ожидал всегда заставать ее дома, когда он возвращается. — Не знала, что должна уведомлять вас о своих перемещениях. Я была у сестры. Вы сказали, что днем я свободна.

— Я хотел пообедать с вами.

Пенни не смогла скрыть изумление.

— Со мной? Почему?

Няня, обедающая со своим боссом? Это было неслыханно, особенно если речь шла о таком мужчине, как Санто.

— Вчера вечером мы не договорили, — сказал он. — Но если вы не хотите… — Он небрежно пожал плечами.

— Мне очень жаль по поводу вчерашнего вечера, я…

— Тема закрыта, — перебил ее Санто. — Оставьте сумки. Мы выходим через десять минут.

Значит, о своей потере он говорить не хотел, и она едва ли могла винить его. Люди по-разному справляются со скорбью, и Санто определенно не хотел выставлять свою напоказ.

Пенни поднялась к себе. Обедать с ним было неправильно, но кто она такая, чтобы спорить? Она причесалась, но переодеваться не стала. На ней были длинная коричневая юбка и скромная блузка, сравнительно недавно купленные и очень подходящие к случаю; она только сменила сандалии на туфли на каблуках, накрасила губы блеском и надушилась.

Билось ли ее сердце чаще оттого, что она быстро спустилась? Санто ждал ее в огромном зале у изогнутой лестницы. Или оно билось потому, что она шла с ним обедать?

Зал был красивый, с начищенным полом и столом в центре, на котором стояли свежесрезанные, сладко пахнущие розы. В углу стояло кресло-качалка, а на двух стенах висели зеркала в затейливых рамах. Но Пенни ничего этого не заметила, глядя на неулыбчивое, но неописуемо прекрасное лицо Санто. Она не верила, что действительно идет с ним куда-то. За всю ее карьеру не случалось ничего подобного. С другой стороны, она никогда и не работала на кого-то вроде Санто. Он был совершенно другой, и от этого ее сердце билось почти болезненно.