Тень скандала - Карлайл Лиз - Страница 64

Грейс охотно проследовала с ним через бальный зал. Ее теплая рука доверчиво покоилась на локте Эдриена. Впрочем, он всегда знал, что они родственные души. Они были предназначены друг для друга, и ничто, даже Дар, не могло встать между ними. И все же ему хотелось доказать Грейс, что для него не важно, что готовит им будущее. Они — одно целое, и такова их судьба.

— А вот и вы! — радостно улыбнулся досточтимый мистер Сатерленд. — Примите мои поздравления и позвольте пожелать вам долгого, счастливого и плодотворного союза.

— Уверен, что так и будет, — отозвался Рутвен, ответив на его рукопожатие. — Благодарю вас, сэр, за помощь и одобрение.

— Боже, это звучит слишком легковесно, Рутвен! Я намерен предложить вам кое-что более долговечное и постоянное, чем просто одобрение. — Он вытащил из-за спины что-то вроде свитка, завернутого в цветную бумагу. — Итак, вы скоро отплываете в Калькутту. Наконец-то окажетесь дома!

— Да, пора, — сказал Рутвен, бросив любящий взгляд на Грейс. — Моя новобрачная — в тайном сговоре с моей сестрой — настаивает на немедленном отъезде.

Он знал, что Грейс хочет уехать как можно скорее, прежде чем появятся внешние признаки беременности. И хотя Рутвен сомневался, что в Индии он найдет руководство, которое поможет ему обрести контроль над своим Даром, был совсем не прочь попытаться. Кроме того, ему было приятно, что его сын и наследник родится в том самом доме, где он сам вырос.

— Но, прежде чем вы покинете Англию, я хотел бы вручить вам свой скромный труд, — сказал Сатерленд, протянув Грейс свиток театральным жестом. — Полагаю, он даст вам пищу для увлекательных бесед во время долгого морского путешествия. И, уверен, вы найдете в нем немалое утешение, Рутвен. Я закончил его только вчера.

— Похоже на рисунок, — заметила Грейс с улыбкой. — У вас, несомненно, есть талант художника, мистер Сатерленд, который вы тщательно скрывали от нас?

— Отнюдь! — Глаза его лукаво блеснули. — Просто упорство и острый глаз. Понимаю, что это несколько необычно, но я хотел бы, чтобы вы развернули свиток и посмотрели.

— Почему бы нет? — Грейс бросила неуверенный взгляд на мужа. — Дорогой, не окажешь ли мне эту услугу?

Стоявшие поблизости гости повернули головы, привлеченные шелестом разрываемой бумаги. Не обращая на них внимания, Рутвен положил свиток на ближайший стол и осторожно развернул толстый лист пергамента.

— Боже! — произнес он, пробегая глазами ветви и столбцы с аккуратно вписанными именами. — Это… это ведь генеалогическое древо.

— Смотри, Эдриен! — воскликнула Грейс. — Вот и наши имена!

— Да, но здесь имеется еще один весьма интересный брак, дорогая. — Склонившись над столом, Сатерленд указал на линии в верхней части свитка.

— Послушайте! — сказал Рутвен. — Это же сэр Ангус Мьюирхед.

— Он самый! — Сатерленд помедлил, с улыбкой глядя на них. — И, как показано здесь, в 1660 году сэр Ангус женился на Энн Форсайт — причем выяснилось, что та была его дальней родственницей.

Глаза Грейс расширились.

— Моn Dieu, вы нашли его! — прошептала она.

— Рекомендую вам проследить вот за этой линией… — Сатерленд провел пальцем, отслеживая все ветви, почти до самой верхушки дерева, — вы увидите, что Анна и Ангус происходят из той же линии, что и леди Джейн Маккензи.

— Простите, а кто это? — Грейс прищурилась, вглядываясь в мелкий шрифт.

— Мать Сибиллы, — пояснил он. — Все это отражено здесь.

Грейс понадобилось несколько мгновений, чтобы переварить эти сведения.

— Господи, да ведь мы же родственники! — изумленно воскликнула она, схватив Рутвена за руки.

— Ну, правда, всего лишь седьмая вода на киселе, — уточнил Сатерленд. — Не уверен, что это можно считать родством.

Но когда счастливая пара даже не взглянула на него, он громко прокашлялся.

— Кажется, Бессет машет мне, — пробормотал он. — А вам надо побыть наедине, прежде чем начнется празднество.

Грейс первой вышла из транса.

— О, благодарю вас, мистер Сатерленд! — воскликнула она, запечатлев поцелуй у него на щеке. — Я не могла… — Она помедлила, положив руку на живот и сморгнув слезы. — Мы не могли получить более дорогого свадебного подарка, чем этот.

Тот внезапно смутился.

— Я знал, что беспокоит вас, — признался он. — И в конечном итоге — с помощью увеличительного стекла и долгих ночей — нашел недостающее звено.

— Но где? — спросил Рутвсн, проглотив ком в горле. Он знал, что Сатерленд занят поисками сведений о сэре Ангусе и дважды съездил в Шотландию — один раз даже в разгар зимы, что было настоящим безумием. Он собрал по кусочкам историю семьи Грейс, французскую и шотландскую линии, но последнее звено все время ускользало от него.

— На полях одной из семейных Библий Форсайтов я увидел имя Ангус Мьюир, но уголок страницы был загнут. Я отвернул его и увидел остальное, — сказал Сатерленд. — Тогда этот человек еще не имел титула. Видимо, после обрушения моста он выздоровел и съездил в Шотландию, чтобы жениться, а позже был посвящен в рыцари. Но это, разумеется, только мои предположения.

— Но это точно он? — прошептала Грейс. — Вы твердо уверены?

— Да, миледи, — сказал Сатерленд. — Он ваш прапрадедушка. Когда я прочитал его имя, все встало на свои места.

Рутвен схватил свиток и взял Грейс за руку.

— Сатерленд, вы лучший из людей, — заявил он на ходу, увлекая ее к выходу из бального зала.

Грейс бросила взгляд через плечо на гостей, которые, казалось, уже устали ждать молодых.

— Постой, куда ты меня тащишь? — спросила она.

— В оранжерею, — нетерпеливо отозвался он, вне себя от облегчения и радости. — Хочу рассмотреть подарок Сатерленда при ярком освещении.

Оказавшись среди стеклянных стен, Рутвен разложил свиток на столике поблизости от клетки Мило, который важно расхаживал взад-вперед по своей жердочке, с любопытством косясь на документ круглыми как бусинки глазками.

Они устроились вдвоем в плетеном шезлонге, изучая ветви фамильного древа и колонки имен, написанных немыслимо мелким шрифтом, многие из которых были знакомы Рутвену как его собственное. На схеме было ясно видно, откуда пошла семейная ветвь Грейс, с сэром Ангусом и леди Анной в основании и длинной чередой французских потомков.

Наконец Рутвен повернулся к Грейс, чувствуя себя счастливее, чем когда-либо в жизни.

— Ты пронимаешь, что это означает, Грейс?

Ее глаза сияли.

— Да, — сказала она с улыбкой, которую он так любил. — Это означает, что ты никогда не узнаешь, что у меня на уме.

— О, мне это хорошо известно, — вкрадчиво отозвался Эдриен.

— Вот как? — Она выгнула бровь. — И что же?

— Ты собираешься бросить меня на этот шезлонг, — заявил он, — и предаться разврату. — С этими словами он заключил ее в объятия и упал на подушки, повалив на себя девушку в роскошном свадебном платье.

Грейс рассмеялась, приподнявшись на локтях.

— До сих пор я думала, что это фокус, но ты действительно умеешь читать мысли, — сказала она, глядя на Эдриена горящими от желания глазами.

А затем прильнула к его губам в медленном и настойчивом поцелуе.

— Британский пленный! — выкрикнул попугай Мило. — Помогите!