Двойной заговор. Тайны сталинских репрессий - Прудникова Елена Анатольевна - Страница 148

Ответ: С К. Б. Радеком я познакомился в 1927 г. при следующих обстоятельствах: как я уже показал в протоколе допроса от 22 августа, в 1927 г. я был вовлечен в троцкистскую организацию Охотниковым Яковом, который тогда же познакомил меня с Л.Троцким. Встреча моя с Л.Троцким состоялась на Малой Дмитровке в Главконцесскоме.

При этой встрече я интересовался у Троцкого рядом вопросов о внутрипартийном положении. Так как, по мнению Троцкого, мои политические знания были ограничены (Л.Троцкий считал, что я плохо осведомлен о позициях троцкистов), он предложил Охотникову направить меня к одному из лидеров оппозиции, в частности к Карлу Радеку.

После встречи с Троцким, я с Охотниковым поехал в Кремль на квартиру к Радеку К. и после знакомства остался жить на квартире Радека в течение 7-10 дней.

Проживая у Радека, последний стал меня знакомить с оппозиционными документами. Радек показывал мне ряд писем Ленина и всячески старался компрометировать Сталина. Радек учил меня, как следует вести оппозиционную работу и особенно подчеркивал, что делегация, которая будет избрана на 15 съезд ВКП (б), должна быть обработана в троцкистском духе, т. к. на 15 съезде троцкисты собираются дать генеральный бой ЦК ВКП(б).

Вопрос: Встречались ли вы и где именно с Радеком после 1927 г.?

Ответ: После 1927 г. с Радеком я встретился в Москве в конце 1931 г. Встреча эта произошла в ресторане дома Герцена и носила случайный характер. Радек тогда интересовался местом моей работы, я объяснил ему, что приехал в Военную академию. Радек дал мне свой адрес и просил заходить к нему на квартиру. Летом 1932 г. я зашел к Радеку на квартиру. Жил он в то время в доме правительства. К этому времени в прессе было несколько статей, разоблачающих Радека в протаскивании троцкистской контрабанды в истории ВКП(б), где Радек выдвигал мысль, что партия складывалась из «ручейков».

(…) Радек мне сказал, что, несмотря на критику, он остается при своем мнении и выругался по адресу критикующих. Вскоре к Радеку на квартиру пришли Дрейцер, Охотников, Леонов Иван и еще какой-то знакомый Радека, фамилию которого я не знаю.

…После того, когда собрались перечисленные выше лица, Радек завел разговор, являвшийся, по существу, указанием по организационным вопросам троцкистского подполья. Сущность этого разговора сводилась к следующему:

Радек в первую очередь остановился на том, что для всякого троцкиста совершенно ясно, что отход от троцкизма является только тактическим шагом, так как «смешно думать (дословное выражение Радека), что мы – руководители, занимавшиеся в течение долгих лет теорией, будем менять свои убеждения в угоду Сталину. Мы теоретически доказывали правоту троцкистских взглядов, и в наш отход не верит даже ЦК, который делает только демократический жест».

Тогда же Радек, помимо этих общих определений позиций троцкистов, остановился на ряде практических вопросов. Радек считал необходимым заняться восстановлением организационных связей с бывшими троцкистами и созданием подпольных групп. Однако предупреждал о большой осторожности.

Третья моя встреча с Радеком была в 1934 г., в феврале м-це в гостинице «Астория» в гор. Харькове. По словам Радека, он приезжал в Харьков для того, чтобы встретить ряд нужных ему лиц из участников троцкистской организации на Украине. С кем персонально, он мне не говорил. Внешне его приезд был им обставлен каким-то докладом по международному вопросу.

Во время нашей встречи Радек интересовался у меня, как ведется работа по созданию в армии троцкистских ячеек, подчеркивая, что работе в Красной Армии руководство троцкистской организации и он лично придают огромное значение, так как, по словам Радека, в ходе дальнейших событий именно на эти группы троцкистов в армии придется опираться в решающий для организации момент.

Вопрос: Еще с кем вы были связаны?

Ответ: Вспоминаю, что в 1928 г., будучи в Москве, я остановился в гостинице «Селект», куда ко мне зашел б. начальник Особого отдела Запорожской дивизии Червонного казачества Коган. В беседе со мною Коган рассказал мне, что он троцкист, меня он также знает как троцкиста, и что он, желая активно работать, просит связать его с троцкистской организацией. Когану я объяснил, что порвал с троцкистами. Тогда Коган начал меня уверять, что он активный троцкист и имеет намерение честно работать в организации, и чтобы я не расценивал его обращения ко мне с какой-либо другой целью, поскольку он был чекистом.

После этой встречи я еще раз встречался с Коганом в период 1932–1933 гг., но обстоятельств этой встречи сейчас вспомнить не могу. Помню лишь, что Коган мне рассказывал, что он связался с кем-то из руководителей троцкистской организации и продолжает вести троцкистскую работу.

Показания записаны правильно с моих слов, мною прочитаны: (Шмидт)

Допросили: нач. особого отдела ГУГБ НКВД Комиссар госбезопасности II ранга (Гай) Нач. 7 отдела ОО ГУГБ НКВД Капитан госбезопасности (Южный) Д/особ. поруч. ОО ГУГБ НКВД Лейтенант госбезопасности (Радин)

Из протокола допроса Д. А. Шмидта от 27 сентября 1936 г.

Вопрос: Вы назвали не всех известных вам участников троцкистской организации. Следствию известно, что до ареста вы поддерживали близкую связь с Туровским С, которым вы были предупреждены об аресте руководителя террористической группы троцкистско-зиновьевского центра Дрейцера. Что вам известно о троцкистской деятельности Туровского С?

Ответ: Туровский Семен Абрамович, заместитель командующего войсками Харьковского военного округа, мне известен как участник троцкистской организации.

(…)

Вопрос: Говорил ли вам Туровский о своем участии в троцкистской организации?

Ответ: Да. При встрече с Туровским в январе месяце 1936 года в Киеве он, рассказывая мне, что знает о том, что я являюсь участником троцкистской организации, признался, что он также в троцкистскую организацию вовлечен Дрейцером Е.

Вопрос: Какие поручения организации выполнял Туровский?

Ответ: Об этом Туровский мне не говорил. За несколько дней до моего ареста в Киев приехал Туровский и заехал ко мне в лагерь. Туровский сообщил мне, что арестован Дрейцер и по этому поводу проявлял большое беспокойство. В той же беседе Туровский мне передал, что кроме него Дрейцером Е. к работе троцкистской организации был также привлечен Савко (зам. начальника ПУОКР'а ХВО (Харьковский военный округ. – Авт.). Туровский мне тогда сказал, что со слов Савко ему известно, что нач. ПУОКР'а ХВО Кожевников – троцкист и поддерживает связь с Мрачковским, которого он знает по Сибири. Далее Туровский мне сообщил, что он имел беседу с Кожевниковым Сергеем – начальником ПУОКРа ХВО и прощупывал его позиции по отношению к троцкистам и при этом оказалось, что Кожевников знал о существовании троцкистской организации, о чем Кожевников уже был информирован Мрачковским С. и Смирновым И. Н., с которыми он поддерживал связь еще по 5-й армии.

Вопрос: С Савко вы в течение ряда лет поддерживали дружеские отношения и неоднократно встречались с ним на квартире Туровского. Вы лично имели беседу с Савко о работе троцкистской организации?

Ответ: В начале 1936 г., во время приезда в Киев Туровского, с ним вместе в Киев приезжал и Савко.

…Тогда же Савко мне рассказал, что он знает о моем участии в организации непосредственно от Дрейцера и здесь же подтвердил, что Кожевников Сергей в курсе деятельности троцкистской организации.

Кроме того, Савко мне сообщил, что в Харькове имеется троцкистская организация, и назвал мне ряд лиц из числа участников организации, но т. к. этих лиц я совершенно не знал, то фамилии их я не запомнил.

Показания записаны правильно с моих слов. Мною прочитаны. (Шмидт)

Допросили: начальник ОО ГУГБ НКВД СССР Комиссар госбезопасности II ранга (Гай) Начальник 7 отд-ния ОО ГУГБ НКВД Капитан госбезопасности (Южный) Для особых поручений ОО ГУГБ НКВД Лейтенант госбезопасности (Радин)