Окрась это в черное - Коллинз Нэнси - Страница 36

– Мне чертовски нужна информация, Ху Тонг.

– Разумеется. Зачем бы еще ты пришла к предводителю «Кошачьих Солдат»? Вряд ли поболтать за чаем.

– Я ищу одного мужчину. Китаец, человек. Под пятьдесят лет. Правый глаз отсутствует. Имя – Несносная Муха. Псионик, и мощный. Служит ренфилдом у вампира по имени Морган.

Ху Тонг вынул руки из рукавов и поднял с конторки счеты. Четырехдюймовые ногти были покрыты защитными золотыми футлярами, чтобы не загибались крючками при росте.

– Понимаю. И чем ты предлагаешь заплатить за эту информацию – если у меня она найдется?

Соня вытащила пакет плотной коричневой бумаги, перевязанный шпагатом. Сургучная печать цвета запекшейся крови с гербом императорской династии Цинь скрепляла края. Уши Ху Тонга подались вперед.

– Это йенхопФу-Линя, первого из маньчжурских императоров. Он твой.

Когти Ху Тонга распороли бумагу и шпагат как мокрую промокашку. На свет показалась лаковая коробочка, инкрустированная перламутром и нефритом, складывающимися в контуры павлина. Дрожащими пальцами тигр-человек осторожно выложил содержимое опиумной коробочки на прилавок. Трубка была сделана из слоновой кости с серебряной филигранью, мундштук – золотой. Чашечка для опия была тоже золотой, как и игла и ножницы для разрезания брикетов. Ху Тонг взял себя в руки и поклонился, выражая благодарность.

– Ты оказываешь мне большую честь, друг мой. Я не уверен, но думаю, что человек, которого ты ищешь, из Бот Фан Гуэй, Духов Белого Порошка. Это банда, которая занимается в основном героином и живым товаром. До недавнего времени они были относительно малочисленны и несущественны по сравнению с группировками Он Леоня и Хип Синга. Но за последний год они вдруг набрали большую силу в Чайнатауне, стали заниматься контрабандным ввозом и вывозом людей и азартными играми. Славятся жестокостью в обращении с другими, а кроме того, их главарь, Кепа Хьюди, слывет чернокнижником. У него нет правого глаза, и дыра закрыта повязкой с драконом.

Соня улыбнулась и поклонилась Ху Тонгу в ответ.

– Я благодарю тебя, Ху Тонг. Надеюсь, когда-нибудь мы сможем посидеть и поболтать за чаем. Но сейчас у меня слишком много работы.

– Будь осторожна, Соня. Духи Белого Порошка – враг очень свирепый.

– Я тоже.

Несносная Муха прислонился спиной к стене, полной акул, и прихлебывал ароматный чай. Ресторан «Черный лотос» он выбрал своей ставкой из-за огромного, во всю стену, аквариума с соленой водой, где плавали акулы, рыбы-собаки, скаты, медузы и прочие заметные – если и не слишком приятные – жители глубин. Когда его видали на таком впечатляющем фоне, это способствовало его репутации къю линя -важной шишки в банде.

За один год он превратил Духов Белого Порошка из банды оборвышей-наркоторговцев в силу, с которой приходилось считаться Чайнатауну, а вскоре придется и Тайпею, и Гонконгу.

Несносная Муха увидел свое отражение в стекле аквариума и остался доволен. Дорогой костюм на заказ из акульей кожи, не менее дорогие итальянские туфли, темные волосы гладко зачесаны назад, на правом глазу вышитая бархатная повязка. Точь-в-точь босс мафии из гонконгского боевика – именно это впечатление он изо всех сил старался производить. И еще он поддерживал поверье (которое никогда не решались произнести при нем и даже друг другу передавали шепотом), будто он – чернокнижник.

Что ж, это по-своему верно. Несносная Муха – Кепа Хьюди, как называли его жители Чайнатауна, обладал силой, которая редко встречается среди людей. Он происходил от древнего рода псиоников, родоначальник которого был, если верить легенде, рожден от любовной связи крестьянской девушки и мастера из Шаолиня. Его предки служили императорской китайской фамилии со дней Чу И Чуна из династии Минь и до смерти последней императрицы на рубеже двадцатого столетия. Предков Несносной Мухи выводили тщательно, культивируя тончайшие псионические таланты, которые удавалось найти в людском стаде. В отличие от большинства сенситивов, род Несносной Мухи славился своей эмоциональной и ментальной стабильностью. Связано это с генетикой или с суровым воспитанием, физическим и ментальным, не знал и сам Несносная Муха.

В любом случае разумы собратьев по человечеству были для него прозрачны, как аквариум в «Черном лотосе», и звери там плавали похожие. Он умел, глядя на человека, увидеть его надежды и мечты, планы и хитрости – даже глубочайшие страхи и самые темные грехи. И если ему не нравилось увиденное в голове стоящего рядом человека, он умел раздавить его, не шевельнув пальцем. Дважды он это делал: первый раз – со своим предшественником на посту главаря банды, а второй раз – со своим помощником, когда выяснил, что тот копает под него вместе с китайскими масонами. Каждый раз жертва падала на пол, хлеща кровью из ушей, носа и глаз.

Конечно, никто не знал истинного лица за маской Кепы Хьюди, даже милая женушка, которую он взял совсем недавно. Никто не знал его настоящего имени, не знал, что страшный авторитет преступного мира работает на куда более сильного хозяина, чем гонконгские триады. Несносная Муха обосновался боссом преступного мира в Чайнатауне по приказу своего истинного хозяина – сэра Моргана, Лорда Утренней Звезды.

Уже пятнадцать лет служил Ноблю Несносная Муха – с тех пор, как Морган победил его предыдущего владельца, китайского вампира по имени Шу Ци. Своему хозяину Несносная Муха был предан безоговорочно. Ничего не было, чего он для него ни сделал бы – и чего не сделал.Он даже глаз потерял на службе своему сюзерену. И если хозяин говорит, что надо захватить власть над захудалой бандой и превратить ее в самый страшный и мощный картель в городе, это будет сделано.

Хозяин наслаждался комбинацией эмоций, порождаемых при контрабанде людей в Штаты. С одной стороны, возбуждение и предвкушение прибытия в знаменитую «страну золота», и невероятное разочарование, когда выясняется, что прибывшие связаны с контрабандистами кабальным договором на тридцать тысяч долларов и будут трудиться рабами в ресторанах и кондитерских. Отчаяние при мысли, что никогда им не заработать себе свободу, было приправлено страхом перед бандами. В конце концов вампиры не одной лишь кровью живут. Самым утонченным, вроде Моргана, требуется псионическая закуска, чтобы насытиться.

Несносная Муха оглядывал обеденный зал «Черного лотоса», автоматически сканируя каждого присутствующего. Было начало вечера, но в ресторане вроде бы ничего не происходило, и никого это не волновало. Несносная Муха платил владельцу приличную сумму, чтобы заведение было открыто, удовлетворяя свою почти ежедневную потребность в паровых мидиях с устричным соусом. Ресторан занимал верхний этаж делового здания на краю Чайнатауна, совсем рядом с городской тюрьмой, и единственным способом сюда добраться служил лифт. Несносная Муха всегда садился к нему лицом.

В этот вечер в ресторане помимо хозяина, его жены и кухонного персонала были только телохранители Несносной Мухи, Бинь Ян и Жонь Минь. Оба молодые, энергичные, глупые и жестокие. Да, они далеко пойдут в банде. По привычке Несносная Муха просканировал мозги всех присутствующих. Никто ничего опасного для него не думал. А некоторые, как эти двое телохранителей, вообще ничего не думали. И отлично, это его устраивало.

Со звоночком раскрылись двери лифта, и вырвалось облако кипящей ненависти, густое, как рой разъяренных шершней.

Соня Блу вышла из лифта в обеденный зал. Несмотря на излучаемую ненависть, с виду она держалась беззаботно до оскорбительности. Руки засунуты в карманы кожаной куртки, плечи ссутулены. Владелец ресторана, в костюме с бабочкой, вышел вперед, нервно улыбаясь и прикрываясь меню как щитом.

– Да? Обедать один? Курить?

Соня мотнула головой и показала подбородком на Несносную Муху:

– Нет, спасибо. Я пришла поговорить вон с тем человеком.

Улыбку владельца будто смыло с лица. Он стрельнул глазами в сторону Несносной Мухи.

– Это возможно не быть.