Голливудские жены - Коллинз Джеки - Страница 105

– Когда? – настаивала Лина.

– Скоро.

– Когда скоро?

– Да оставь ты меня в покое, глупая баба!

Она бросилась в спальню и шарахнула дверью. Вот она, преданность. Смех, да и только. Лина работает на нее восемь лет. Она ей регулярно платила – и когда та болела, и когда была в отпуске.

И теперь, казалось бы, что ей стоит подождать денек-другой!

Прислуга чертова! Если бы Лина не была экономной, она бы ее уволила и сама вела хозяйство.

Надо было завести детей, Элейн. Так бы он не смог оставить тебя без гроша.

Отвяжись, Этта. Думаешь, я сама не знаю?

Она слонялась по пустому дому и страдала от одиночества.

Черт с ними, с деньгами! А может, и вправду было бы здорово, если бы были дети. Предпочтительно взрослые. Ей никогда не светило заниматься пеленками, игрушками и всей этой младенческой ерундой. И раз уж не получилось, так зачем вообще об этом думать? И Росс не возражал. В сущности, он был этим совершенно доволен. Типичный актер. Конкуренты ему ни к чему.

Собравшись с духом, она отважилась выйти из спальни.

С Линой лучше помириться. Глупая служанка все-таки лучше, чем вообще без служанки.

Литгл С. Порц три раза проехал мимо дома Копти. Войти он не решался. Миссис Конти он никогда не встречал, а жены иной раз такие когти выпускают, когда им показывают фотографии их мужей в постели с другими женщинами; но поскольку мистер Конти на встречу так и не явился, самое лучшее, на его взгляд, – теперь обратиться к ней.

Мимо медленно проехала патрульная машина, и полицейский бросил на него внимательный взгляд. Литтл живо свернул на аллею, ведущую к дому Конти, и припарковался. Из газет он узнал, что Конти разошлись. Если миссис К, нужны улики для бракоразводного процесса, они у него есть, да еще какие. А если заплатит, они – ее.

Он вышел из машины и направился к парадной двери, отметив по пути, что некоторые, бесспорно, жить умеют.

Дверь отворила угрюмая латиноамериканка с лицом как грозовая туча.

– Ну? – грубо бросила она.

Он выпрямился во весь свой рост, во все свои пять футов пять дюймов, и протянул ей потрепанную визитную карточку.

– Передайте это миссис Конти, – произнес он со всей важностью, на которую был способен. – Скажите, я пришел по поводу ее мужа.

– Мистер Конти здесь нет. Он уходить… вы возвращаться другой раз. – Она стала закрывать дверь.

Он применил «ножной трюк»– вставил ногу в проем. Научился он этому по книжкам Микки Спиллейна, которых прочел ужас сколько.

– Убери свой проклятые нога, – заголосила Лина.

– Я хочу видеть миссис Конти. Миссис Конти, – не отступал он. – Передай ей мою карточку.

Лина метнула подозрительный взгляд.

– Почему не говорить сначала про хозяйка?

– Я сказал.

– Ждите.

Она захлопнула дверь с бешеной силой, шарахнув его по ноге и чуть не оставив на всю жизнь калекой. От жуткой боли и ярости он просто взвился. Какой бы ни была Элейн Конти, она наверняка лучше своей служанки.

– Ах, Лина, вот ты где, – приветливо сказала Элейн. – Я хочу извиниться за грубость.

Лина бросила на нее злой взгляд и сунула ей под нос карточку.

– Что это?

– Мужик у дверь, – буркнула она и с ворчанием направилась на кухню.

Близоруко щурясь, Элейн разглядывала карточку. Контактные линзы она не надела, а надпись на карточке была заляпана пятнами грязи. Она пошла за Линой на кухню.

– Что надо этому человеку?

Лина с безразличным видом пожала плечами: «Не знаю».

И занялась раковиной.

О господи, кредитор! Росс перестал платить по счетам.

– Лина, – принялась обхаживать ее Элейн, – пожалуйста, скажи ему, что меня нет дома.

Лина гремела посудой, не обращая внимания.

– Линочка, прошу тебя.

Служанка повернулась и уставилась на нее волком.

– Очень грубый мужчин. Я не иметь с ним дела.

Элейн топнула ногой.

– Я плачу за то, чтобы ты имела дело.

– Ничего вы мне не платите, – ликуя, прокаркала Лина.

Элейн выбежала из кухни. Господи! С каким-то паршивым кредиторишкой она как-нибудь разберется сама, и нечего было умолять служанку. Да как она посмела так себя вести!

Она решительно направилась к входной двери и рывком открыла ее.

– Да? – взвизгнула она. – Что вам надо?

Литгл взглянул на Элейн Конти в бледно-розовом пеньюаре, с сумасшедшими глазами, отступил на два шага, зацепился за что-то и упал, едва не сломав себе шею.

Элейн помогла ему подняться, не забывая ни на минуту, что он на ее территории и если что-нибудь себе сломает, то может ведь и иск ей вчинить.

– Я Литтл С. Порц, – задыхаясь, проговорил он. – Частный детектив. И у меня тут фотографии, которые, кажется мне, могут вас заинтересовать.

– Чем ты потом будешь занят? – шепнула Джина Бадди на ухо.

Прием для прессы подходил к концу. Только что объявили, что бар закрылся, а это, как правило, означало массовый исход.

– Не знаю, как ты, а я буду учить свою роль, – сказал он.

Она облизала пухлые, глянцевитые от помады губы и улыбнулась зазывной улыбкой.

– Хочешь вместе поучим? Кинозвезду хочешь трахнуть?

Он изобразил удивление.

– Эй… ты и вправду думаешь, что Росс Конти мне позволит?

Она нахмурилась.

– Если ты гомик, дорогуша, тогда я – мама Сейди Ласаль!

– Как скажешь. – Он отступил и, пока вокруг еще толклись люди, быстро слинял. Кто бы подумал, что наступит день, когда он пошлет подальше живую настоящую кинозвезду! Ого-го, с возрастом он явно набирался ума. Раскусил ее с первого взгляда, и даже желания не возникло. Как это говаривал Пол Ньюмен?

Зачем есть гамбургер, если дома ждет сочный бифштекс!

Только у него дома ничего не было. А надо, чтобы ждала его Ангель.

Он должен сделать первый шаг. Чем дольше он ждет, тем будет труднее. Бадди решительно направился к телефону-автомату. Половина седьмого, но, может, она еще не ушла.

Ответил тот же мужской голос:

– «У Коко».

– Мне нужна Ангель, – сказал Бадди.

– Всем нужна, – пропел голос.

Началась медленная пытка.

– Там она или нет?

– Сожалею, нет. Что ей передать?

– Где я могу ее застать?

– Нигде.

– Но мне надо с ней поговорить.

– Сожалею. Что-нибудь передать?

С неохотой он оставил свое имя и телефон.

– Позаботьтесь, чтобы ей передали. Это срочно.

Коко все записал, но не знал, как быть – сказать ей или нет.

Она сейчас такая умиротворенная и счастливая. Так нужно ли ей, чтобы в ее жизнь вернулся муж? Наверное, нет, подумал он, сложил листок и сунул в карман рубашки. Позже он переговорит с Адрианом, послушает, что думает он. Адриан всегда принимает правильные решения.

Джина Джермейн, обиженная равнодушием Бадди, взялась за Оливера – к его великому ужасу.

– Твоя звезда свободна для ужина с тобой в «У Чейсена», – промурлыкала она. – Если ты, конечно, не предпочитаешь что-нибудь поуютнее. Тогда можем поехать ко мне и заказать что-нибудь из китайского ресторана.

– В «У Чейсена», – поспешил согласиться он. – Я уже позвал Росса. – Вранье, но его легко сделать правдой. – И как раз собирался пригласить тебя.

Росс уже договорился об ужине с Пусскинсом Малоне. Они давным-давно были знакомы и любили предаваться воспоминаниям о бурном прошлом.

– Можешь захватить Пусскинса, – кисло предложил Оливер – он не любил раскошеливаться.

Росс хотел отказаться. Но с продюсером надо ладить – таковы правила игры, а потому он сказал:

– Конечно, придем.

Он не знал, что Оливер намерен пригласить Сейди Ласаль.

Если бы знал, то не согласился бы и под пыткой.

Оливер решил пригласить также Монтану и Бадди. Ему не хотелось, чтобы кто-то чувствовал себя обойденным. А кроме того, уж если все равно платить, так можно, наверное, один раз и выложиться. Расходы он в любом случае включит в смету на фильм.