Спаси меня - Мюссо Гийом - Страница 35

Он принадлежал к первой.

22

С сумкой на плече Грейс брела по улицам Ист-Виллиджа. Когда она только начинала работать в полиции, ее часто посылали патрулировать эту часть города. Она помнила, что здесь всегда кипела жизнь, тут можно было встретить стариков-эмигрантов из Восточной Европы, панков, растаманов и готов. Теперь этот квартал стал более благополучным, хотя некоторые островки бедности вокруг Алфавит-Сити [34]продолжали цепляться за прошлое.

Было очень холодно, но утреннее солнце обещало, что день будет хорошим. Грейс зашла в кондитерскую на углу, заказала кофе навынос и кусок шоколадного торта. Жизнь полна соблазнов, которым невозможно сопротивляться!

Джоди Костелло шла вверх по Первой авеню в сторону Томпкинс-сквер-парк. Толпы продавцов-барахольщиков разложили свой товар по обе стороны улицы. Спрятавшись за прилавками, Джоди осмотрелась, чтобы убедиться в том, что поблизости нет полицейских. Когда она собиралась на охоту за чужими сумками, то выбирала туристов: вероятность того, что у них с собой наличные, была гораздо выше.

Сегодня она выбрала не самое привлекательное для туристов место, но и полицейских тут было меньше. Джоди была не в форме. Ее била дрожь, живот сводило, она едва держалась на ногах. Сегодня нужно было выбрать что-то попроще. И не дай бог, кто-нибудь решит изображать героя и погонится за ней.

Джоди заметила женщину, которая стояла к ней спиной. На ней была кожаная куртка. Женщина выглядела спортивной и довольно молодой. Затея была рискованной, но обе руки у будущей жертвы были заняты — она держала стаканчик кофе и коробку из кондитерской. Ее кожаная сумка выглядела дорогой — вероятно, женщина была богата.

Джоди прикинула все «за» и «против»: «рискнуть, не рискнуть, рискнуть, не рискнуть…» Господи, как она все это ненавидела. Она была отвратительна сама себе, и еще ей было страшно. «Рискнуть, не рискнуть…» Но ей нужны деньги. У нее началась ломка, по спине тек пот. «Рискнуть, не рискнуть». Внезапно она решилась: рискнуть!

Левая рука Грейс дернулась вперед и едва не вылетела из сустава. Стаканчик с кофе взлетел и упал на асфальт. Грейс пошатнулась и не смогла удержаться на ногах. Она лишь мельком увидела, кто на нее напал: это была женщина — вернее, девушка в куртке военного покроя. Еще Грейс заметила ярко-красные волосы и ногти, выкрашенные черным лаком. На секунду их взгляды встретились. В потухших глазах Джоди вспыхнула надежда, боровшаяся с недоверием. Это длилось всего лишь мгновение, но время словно остановилось, превратилось в осколок стекла, впившийся в память каждой из них.

И вдруг все понеслось с бешеной скоростью. Джоди бросилась наутек, прижимая к груди украденную сумку. Раздались возмущенные крики. Грейс вскочила и бросилась вдогонку. Что-то поразило ее в этой девушке, но она не понимала что. Джоди перебежала через дорогу, едва не угодив под колеса. Обернувшись, она с досадой увидела, что жертва гонится за ней.

Она попыталась прибавить скорости и мчалась, задыхаясь и почти не чувствуя ног. Под рев гудков Грейс лавировала между машинами, чтобы добраться до тротуара на другой стороне улицы. Расстояние между ней и воровкой постепенно сокращалось. Джоди чувствовала, что ее выворачивает наизнанку; если бы она хоть что-то съела сегодня, ее бы сейчас точно вырвало. Грейс нагоняла девушку, и с каждым шагом ее волнение росло.

Джоди изнемогала. Еще чуть-чуть, и ее схватят. На перекрестке Четырнадцатой улицы она повернула налево. Впереди станция метро, осталось продержаться всего несколько минут.

— Вон она! — крикнул какой-то мужчина.

Джоди быстро обернулась и увидела двух полицейских, которые бросились за ней.

Снова встретившись с воровкой глазами, Грейс вздрогнула. Она поняла, что ее так поразило в этой девушке, но это было настолько невероятно, что она отказывалась верить.

Джоди в панике бросилась в метро, скачками спускаясь по лестнице. Собрав последние силы, она перепрыгнула через турникет, пытаясь оторваться от Грейс и полицейских. Грейс не могла упустить ее. Чтобы попасть на платформу, она, расталкивая пассажиров, ринулась вниз по эскалатору, ехавшему наверх.

Она снова увидела девушку в толпе, и ее сердце заговорило раньше, чем рассудок.

— Джоди! — крикнула она. — Джоди!

Девушка остановилась как вкопанная. Ее словно ударило током. Она медленно обернулась, уронила сумку. Ее сердце колотилось так, словно рядом взорвалась граната. Этот голос, это лицо!..

Застыв на месте, они смотрели друг на друга.

— Мам? — Голос Джоди дрожал. Она опять открыла рот, но не могла произнести ни слова, ее сотрясали беззвучные рыдания.

Время снова замерло, это было их мгновение. Мгновение, выпавшее из времени, из реальности. Узнавание.

Поезд ворвался на станцию, неся с собой ураганный порыв ветра. Джоди шагнула навстречу матери. Но двое полицейских уже нагнали их, и тот, что был крупнее, схватил Джоди.

— Я держу ее! — крикнул он, бросив девушку на пол. Он повернул ее лицом вниз и заломил руку назад, чтобы надеть наручники. Он застегнул один браслет, как вдруг получил сильный удар под ребра. Не понимая, что происходит, он повернулся к Грейс в тот самый момент, когда она нанесла ему сокрушительный удар в лицо.

— Прыгай в вагон! — приказала Грейс дочери.

Второй полицейский выхватил дубинку, чтобы защитить коллегу. Джоди не могла сдвинуться с места.

— В вагон! — повторила Грейс, когда раздался сигнал, предупреждающий о том, что двери вот-вот закроются.

Первый удар дубинкой обрушился ей на голову, за ним второй. Прежде чем потерять сознание, Грейс показалось, что она увидела, как Джоди прыгнула в вагон. Поезд тронулся. Прижавшись лицом к стеклу, Джоди смотрела, как полицейские тащат ее мать по лестнице.

Шейк Пауэлл был взволнован. Он не хотел показать это Сэму, но история о «посланнике небес» потрясла его. В его голове бился один вопрос. Он узнал в справочной телефон больницы Святого Матфея, дозвонился, представился и попросил соединить с доктором Гэллоуэем.

— Шейк?

— Скажи, старик, как зовут женщину, о которой ты говорил?

— Грейс Костелло, — ответил Сэм. — Это тебе о чем-нибудь говорит?

— Нет, — соврал Шейк. — Извини, что побеспокоил.

Он поспешно повесил трубку, опасаясь, что друг станет его расспрашивать.

«Грейс Костелло», — повторил он про себя. Это было то самое имя, которое он был готов услышать. Но как это вообще может быть? Сердце его билось так, что отдавало в виски. Ему нужен был воздух. Пошатываясь, он спустился по лестнице и вышел на баскетбольную площадку.

«Грейс Костелло!» Может быть, все-таки нужно было предупредить Сэма? Он еще раз обдумал это, но так ни к чему и не пришел. Решив, что так тому и быть, он вошел в церковь и перекрестился. Все эти годы он, чтоб сохранить веру, убеждал себя в том, что существует Бог, который все понимает и всем сострадает. Но что на самом деле ему известно о природе Небес? Конечно, Бог, с которым он постоянно говорил, был милостив и щедр. Но существует ли этот Бог где-то еще, помимо его сознания?

Жюльет проснулась, наслаждаясь уютом, который так разительно отличался от бесприютности голых стен камеры, в которой она провела три дня. Она потянулась под одеялом, мягким и теплым, как перина, посмотрела одним глазом на будильник и тут же подскочила: уже половина девятого! А ведь иммиграционная служба вызывает ее к десяти. Чтобы продлить визу, нужно пройти медицинский осмотр и сделать прививки.

Жюльет выскочила из постели, вызвала такси и посмотрела расписание поездов. Еще можно успеть, но нужно торопиться. Жюльет собиралась в душ, когда увидела записку, которую оставил ей Сэм. Она прочитала ее. Потом перечитала еще раз и еще. Набросив на плечи одеяло, она вышла на пляж, навстречу океану, ветру, небу. Она с восторгом окунулась в совершенно новое ощущение счастья, прокручивая в голове события последних часов.