Развод за одну ночь - Калинина Дарья Александровна - Страница 20

– Девоньки мои, да кто же знал, что привидение это бедокурить и хулиганить примется?! Ведь я же, когда брату этот дом советовала, догадывалась о том, что там дело нечисто. С чего бы иначе прежние владельцы стали дешево дом продавать?

– Зачем же посоветовали брату эту сделку, если чуяли в ней подвох?

– Да ведь Павел-то совсем небогат. А дом отличный. Ну, думаю, богатые с жиру бесятся, а брату моему выбирать не приходится. Да и семья у него огромная. Где там в шуме и гаме привидению ужиться. Удерет, только его и видели. А вы смотрите, как все обернулось. Совсем не так, как я думала!

– Тетя Катя, но вы лично привидение своими глазами видели?

– Да уж как не видеть? Все его видели. И я тоже.

– И… И как оно выглядело?

– Как? Ну… Белое, мороз по коже, как встретишь. И голос в голове жалобный-жалобный, страх, как на душе тоскливо делается. Такое ощущение, словно всю радость жизни из этого существа вытянули. Ходит, мается, а покоя найти себе не может.

– Но оно вам ничего не говорило?

– Упаси бог, нет! Чего не было, того не было.

После плотного завтрака, состоящего из рисового пышного мусса со свежей вишней, жареных колбасок и нескольких зеленых салатов, которые тетя Катя настрогала на быструю руку еще с утра, подруги почувствовали себя полными сил. Теперь они были готовы к новым встречам и неожиданностям.

– Тетя Катя, спасибо вам огромное. Вы нас так вкусно кормите, поите! Как родных.

– Да что вы, девочки. Это вам спасибо!

– Но знаете, вы не должны думать, будто вы нам что-то должны, – предупредила ее Кира. – То, что мы делаем, мы делаем потому, что нам это и самим интересно.

– Правда?

Тете Кате явно очень хотелось поверить подругам, но она не осмеливалась.

– Да, правда, – подтвердила слова подруги Леся. – Самое, что ни на есть честное слово!

И все равно тетя Катя осталась при своем мнении.

– Мне страшно неудобно, что Паша так на вас насел со своими проблемами.

– Ничего он на нас не наседал. Мы сами хотим помочь! Вот сегодня, к примеру, вашего брата и рядом-то нету, а мы все равно по его делу в город отправимся.

Тетя Катя лишь покачала головой и пообещала, что в таком случае приготовит на обед все, что подругам захочется. Девушкам стало даже неудобно, оттого что кто-то спрашивает у них, какой суп сварить. Совсем как в детстве, когда заботливые мама или бабушка не упускали ни единой возможности, чтобы побаловать своих маленьких девочек.

Детское отделение городской больницы располагалось в уютном особнячке, который, в свою очередь, находился на территории старинного парка. Деревья окружали больничный корпус со всех сторон. И маленькие пациенты, едва только предоставлялась такая возможность, отправлялись бродить среди зарослей. Наверное, для них пребывание в больнице становилось каким-то удивительным приключением, где люди в белых халатах занимали далеко не главное место.

– А тут довольно приятно.

– Болеть я не люблю, но если бы все же довелось, то хотела бы поболеть именно в таком месте.

Главный врач была где-то на конференции. С подругами встретилась ее заместительница.

– Елена Николаевна Кузякина? – с удивлением переспросила она у девушек. – Я такого врача и не припомню. А она точно работает у нас?

– Раньше, во всяком случае, работала.

– И как давно это было?

– В начале девяностых годов.

– О-о-о, милые вы мои! – протянула заместительница. – Да ведь сколько воды с тех пор утекло! И долго она у нас работала?

Увы, этого подруги не знали.

– Кузякина, Кузякина… вроде бы фамилия знакомая. Вертится что-то такое на слуху. Вера Ивановна, вы не помните, Кузякина… работала такая у нас?

Остановленная заведующей невысокая колбочка в белом халате удивленно воззрилась на нее.

– Да что вы, Майя Леопольдовна! Кузякина – это же фамилия нашей Тараскиной! В девичестве она Кузякина была, а замуж вышла, Тараскиной стала.

– А ведь и правда! – обрадованно воскликнула заведующая. – Как это я забыла! – И повернувшись к девушкам, сказала: – Тогда вам на пульмонологию. Там детки с подозрением на воспаление легких лежат. Ваша Кузякина, то есть теперь уже Тараскина, там работает.

На пульмонологии везение подруг закончилось.

– Тараскина сегодня не работает. И завтра тоже ее не будет. И послезавтра не будет. Она из отпуска только в конце месяца выйдет.

Нет, так долго подруги ждать не могли. Им нужно было видеть врача немедленно.

– А вы не знаете ее домашний телефон?

Но медицинская сестра, вышедшая объясняться с подругами, не пожелала дать им номер своей коллеги.

– Вот еще! Если я всем пациентам буду давать домашние номера их лечащих врачей, тем и работать некогда будет. Только консультации по телефону и будут давать.

– Вы не поняли. Мы не пациенты доктора Тараскиной. У нас даже детей еще нету.

– А чего ждете? – недовольно поинтересовалась у девушек медсестра. – С этим делом никогда тянуть не надо. Вы, я гляжу, не девочки уже. Пора бы и о детишках побеспокоиться. Чего волынку-то тянете? Трясите своих мужиков, словно груши, пущай деток вам заделают. Чего канителитесь?

Вот еще, отчет ей давай, что да почему!

– Нам бы Тараскину.

– Коли у самих детей нету, тогда чего вам от доктора надо? – не сдавалась медсестра.

– Мы хотели с ней поговорить по поводу ребенка, который находился у нее на отделении двадцать лет назад.

Но даже это не убедило противную тетку.

– Вот выйдет Елена Николаевна из отпуска, тогда с ней все и обсудите!

– Но нам надо срочно.

– Если дело двадцать лет ждало, то и еще две недельки точно подождет!

С этим трудно было спорить. Подруги даже и не пытались. Они и так поняли, что мерзкая баба встала в позу и теперь ни за спасибо, ни за красивые глазки, ни даже за взятку телефона докторши им не даст. Ну и ладно! Небось Тараскину хорошо знают и другие врачи. Кто-нибудь из них окажется доверчивым и снисходительным к нуждам подруг.

Выйдя с отделения, чтобы не мозолить глаза старшей медсестре, подруги остались неподалеку от дверей, бдительно следя за теми, кто входил, и особенно за теми, кто выходил из отделения. Каждый выходивший был ими взвешен, оценен и отвергнут.

У этой врачихи лицо озабоченное, сразу видно, что своих проблем хватает, ей не до чего. Эта докторица слишком молоденькая, небось Тараскина, которая уже в возрасте, с ней и дружбы водить не станет. Этот мужик в халате с надменным взглядом, он слишком властный, такой сам с простым лечащим врачом знаться не захочет.

Но наконец подругам повезло. Из отделения вышел мужчина лет сорока, с открытым взглядом искателя приключений. Такой не откажется им помочь. Подруги, не сговариваясь, шагнули к доктору. И заговорили в один голос:

– Добрый день. Вы ведь знаете Елену Николаевну Тараскину?

Их слова оказали на врача удивительный эффект.

– А?! – судорожно дернулся он всем телом, словно по нему ударил заряд тока. – Что? Тараскину?

– Да. Елену Николаевну.

– А вы кто такие?

– Нам нужно узнать, где ее можно найти.

– А почему ко мне обратились? – нервничал врач.

Господи, какие они тут все странные. То медсестриха им допрос учинила. Теперь это дерганый перед ними прыгает, едва только они произносят имя Елены Николаевны. Но выбирать не приходилось. И подруги постарались подружиться с врачом:

– Лицо у вас симпатичное, вот мы к вам и обратились за помощью. Где сейчас Елена Николаевна?

– Дома. Где же еще? Она сейчас в отпуске.

– А вы можете дать нам ее адрес?

– Я? С какой стати? Я понятия не имею, где она живет!

Мужчина даже курить передумал. Выкинул измятую сигарету в сторону, а сам устремился прочь от подруг. При этом он так воровато на них оглядывался, что и круглый дурак бы смекнул, этому типусу есть что скрывать. Ну, что-что, а круглыми дурами подруги точно не были. Они незамедлительно последовали за мужчиной. Он скрылся за углом больницы, на ходу вытаскивая телефон. И вскоре подкравшиеся поближе к нему подруги стали свидетельницами его телефонного разговора.