Летящая против ветра - Кузьмина Надежда М. - Страница 35

— Тим, а лорд Ансаби по-прежнему с тобой не разговаривает? Я тут смотрела на него в столовой — та-а-акой красивый! Я не могу! Если б он подошел ко мне ближе, чем на три шага, я б, наверное, в обморок упала от счастья!

— На уроках нет. Как с истуканом рядом сидишь. Но помнишь, я за словарем ходила? Так я с ним в библиотеке столкнулась, — жуя, не очень внятно сообщила я.

— И?! — в голосе Бри звучала надежда на нечто, мне непонятное. Наверное, ей зрились романтические поцелуи за стеллажами.

— Что и?! Он на меня налетел, я уронила ему на ногу энциклопедический словарь, он сказал какие-то слова, которых в том словаре не было, — хмыкнула я. — Я выслушала, подняла книгу и пошла дальше.

— Тим! Ну что ж ты такая!

— А что я должна была сделать?

— Ну, всплеснуть руками, ойкнуть, захлопать ресницами, начать извиняться, заплакать, наконец… и добиться, чтобы он сам поднял словарь.

— Зачем?! — изумилась я. — И ты не забыла, что меня все принимают за мальчишку?

— А это неважно! Ваши руки бы соприкоснулись, вы почувствовали бы волнение и томное стеснение в груди… — с завываниями начала вещать Бри.

Так, надо сообразить, что за ерунду она читала последней. Кажется, что-то эльфийское. Представила эльфийку, роняющую эльфу на ногу энциклопедический словарь, и прыснула от смеха, рассыпая по кровати крошки. Ой, а спать-то теперь тут как?

— Тим, что с тобой? — обеспокоенно поинтересовалась Бри.

— А вот представь… — начала я, как могла, в ярких красках расписывать сцену романтического эльфийского знакомства. В итоге Бри закашлялась и тоже оплевала мою постель пирогом. Потрясающе. И что теперь? Что-что, вытряхнуть надо, иначе спать невозможно будет. А куда? Не на пол же?

Взяв белую простыню за четыре угла, забралась на стол. Распахнула одной рукой створки окна. Высунулась наружу и только начала трясти полотнищем, как снизу послышался знакомый голос:

— Краш фэк! Какого тролля?!

Я чуть не упустила простыню в окно и не улетела туда сама. Свалилась с подоконника, сложившись вдвое от истеричного хохота.

— Ти-и-им?! Да что с тобой?

— Три шага, Бри, да?! Ты знаешь, кто под нами живет? А я ему крошек твоего пирога за шиворот насыпала! — и заржала снова, колотя по воздуху пятками.

Нет, ну надо же!

Бри выпучила глаза и тоже начала хохотать.

— Краш фэк! — передразнила я низким голосом, копируя негодующие интонации.

— Ыы-ы! — поддержала меня Бри.

С ума сойти!

Вот зачем, спрашивается, в выходной, когда нет никаких занятий, устраивать перекличку? Дали бы поспать хоть раз в неделю!

Мы с Бри, подпирая друг друга, стояли, как обычно, за спиной Кирана. Тот обернулся, зевнул:

— Вот вы приходите вместе, за руки держитесь. Создается впечатление, что у вас что-то есть. Может, вы и живете вместе?

Мы с Бри переглянулись и по-дурацки захихикали. Потом подружка в своей манере толкнула меня локтем в бок:

— Смотри, кто здесь! А недово-о-ольный, жуть! Как вспомню вчерашнее…

Я покосилась туда, куда уставилась блондинка. В стороне ото всех, сложив руки на груди и задрав подбородок, стоял мой упырь с непроницаемым выражением на высокомерном бледном лице. Темно-серый элегантный костюм с приподнятым кроем плеч, свободно распущенные черные волосы до талии, на пальцах видной мне руки пара колец. В ухе — серьга, казавшаяся в утреннем тусклом свете каплей синей мглы. На четыре шага вокруг — пустота, будто он своей волей создал запретную зону. Зато за ней, и справа и слева, собрались группки шушукающихся девиц. Парни неодобрительно косились на все это издали.

Зевнула. И что они в нем находят? Зато у Бри восторг, к моей радости, повыветрился. И теперь при виде этого типа она начинала не глаза в экстазе закатывать, а прикусывать губу, чтоб не захихикать.

После завтрака я потянула подругу в конюшню — было там кое-что, мне необходимое. Сунулась в шкафчик, взяла чистый скатанный бинт. Пока возилась, Бри решила, пользуясь случаем, посмотреть на Прибоя. Лучше б она этого не делала! Я уже закрывала дверцу, когда за спиной раздался испуганный визг Бри, потом грохот копыт по перегородке — вставший на дыбы жеребец со злобным ржаньем пытался добраться до шарахнувшейся к другой стороне коридора подруги.

— И вправду, людоед! — ахнула Бри.

— Да нет, он хороший, — улыбнулась я. — Смотри сама! Только никому не рассказывай, ладно?

Блондинка неуверенно кивнула.

Я подошла сбоку к решетке. Опустившийся на четыре ноги Прибой обернулся и вопросительно коротко заржал.

— Есть, есть у меня для тебя кусочек хлеба с солью, — улыбнулась я. Открыла денник и шагнула внутрь, обнимая шею коня…

Пока шли назад, в корпус, Бри качала головой:

— Удивительно, у тебя он совсем другой, ласковый. Как ты это делаешь?

— Сама не знаю. Но меня даже пчелы не кусают, — пожала плечами я.

— Пчелы?! Ой, я не спросила — а бинт тебе зачем?

— А как? Грудь надо забинтовать. Ее у меня и нет, но вдруг кто схватится? Там все же мягче, чем должно быть у парня.

— Аа-а…

К одиннадцати утра у выхода на улицу собралась куча народа. Смотреть на голкири. Я от всей души жалела, что ввязалась в эту затею. Тем более что на фоне Кира с Заком, бывших в нашей команде, выглядела, как воробей рядом с парой петухов.

— Не бойся, — хлопнул меня по плечу Кир. — Ты быстро поймешь, что надо делать. Хотя тебе делать ничего и не надо — просто держись с нами рядом. По моему сигналу лови грушу, и мы закинем вас с ней в корзину!

Ага. Закинут. А спускаться я как оттуда буду?

— Кир, а лазить по деревьям можно? — зачем-то поинтересовалась я.

Голубые глаза захлопали. Зак тоже с интересом уставился на меня.

— Вообще, я никаких запретов не видел. А ты что, лазаешь?

Ну, я столько раз забиралась тролль знает куда за чагой, разными лишайниками и просто потому, что мне нравилось карабкаться вверх и вверх, чтобы высунуть голову из веток на вершине кроны и увидеть колышущееся море листвы, залитое светом… вот только грушу куда девать? Кстати, а какая она, эта груша?

Оказалось, действительно груша. Такая оранжевая набитая тряпками фигня в локоть [6]длиной. С кожаной ручкой-держалкой вместо черенка.

— Она зачарована, чтоб в грязи не пачкалась, — пояснил Зак.

Я потянулась к груше — надо ж хотя бы знать, сколько эта штука весит?

— А нести ее как нужно?

— Ну, обычно хватают руками за черешок — это удобно. Но в правилах ограничений нет, — Кирана, похоже, забавляли и мой интерес, и мое волнение.

За лентой, ограждавшей игровое поле, толпился народ. Я увидела тихо переговаривающихся лордов Йарби и Лина. Подол синей мантии нашего изящного математика, несмотря на талый снег под ногами, каким-то образом оставался сухим и чистым. Интересно, он такой аккуратный или это магия? Леди Изолт, подпирающая по соседству с лордами здоровую сосну ей самой под стать, поймала мой взгляд, подняла бровь и подмигнула. Ага, Валькирия знает! Как и толпа хихикающих девчонок, собравшихся вокруг нашей старосты.

Вчера вечером я сама подошла к леди Миат и предупредила ее о том, что собираюсь завтра играть с парнями в этот самый голкири. Сначала она посмотрела на меня крайне недовольно, но, когда я добавила, что спросила разрешения на это непотребство у директора и тот дал добро, кивнула.

И, наконец, еще у одной сосны стоял обладатель темно-серого костюма эксклюзивного пошива и сияющих сапог. А этот что тут потерял? Было нехорошее чувство, что приперся упырь специально, чтобы посмотреть, как я опозорюсь.

Парни из другой команды были мне незнакомы за исключением малыша Винади из нашего класса. Очевидно, ему была предназначена та же роль довеска к рыжей груше, что и мне. Сейчас Винади ерошил русые волосы, на симпатичном лице было написано недоумение. Посмотрел на меня. Встретившись глазами, мы понимающе вздохнули. Похоже, оба пытались понять, в какую фигню мы влипли и как из нее выбраться с наименьшими потерями.