Катастрофа - Тармашев Сергей Сергеевич - Страница 77

— Господа! Чего же мы стоим! Скорее, идёмте на борт, нас ждут дома! Вас ждут с нетерпением! Вы должны срочно получить медицинскую помощь. Лучшие специалисты Корпорации будут заниматься вашим лечением. Пойдёмте! — он устремился по коридору к выходу. — Нас ждут дома!

Бойцы Внешней группы, пошатываясь, двинулись за ним. Тринадцатый опирался на автомат, как на посох. Наконец-то сегодня произошло хоть что-то хорошее. Удивительно, что подполью так быстро удалось перехватить власть. Видимо, диктатор и впрямь стоял у всего мира поперёк горла. Хотя, как ещё могло быть с человеком, который собирался захватить в могилу и без того невеликие остатки человечества. А с виду был сентиментальный дед. Да, вот тебе и сантименты. Телохранителя пожалел, а весь мир забыл.

Боль в голове нарастала, мысли путались, ноги пытались подогнуться. Держаться! Ну, подумаешь, контузило самую малость. Первый раз, что ли? Не падать же теперь из-за этого прямо здесь. Он упрямо переставлял непослушные ноги. Кто-то из бойцов, сквозь мутную плёнку перед глазами было сложно понять, кто же именно, вдруг упал на колени с приступом рвоты. Надо бы помочь ему подняться. Но пока Тринадцатый добрёл до упавшего, остальные уже подняли товарища и, поддерживая друг друга, шли дальше.

Пятьдесят метров до турболёта шли, как пятьсот. Когда группа поднялась на борт, майор увидел бледные и перепуганные лица экипажа. Он усмехнулся. Представляю, какой у нас сейчас видок. Побелеешь тут.

Арториус что-то сказал им на непонятном языке и принялся усаживать Внешних, устраивая их на сиденьях и пристегивая ремнями. Молодец парень. Я бы уже, пожалуй, сам не пристегнулся. Хотя лопатка вроде уже не болит. Тринадцатый пытался собрать воедино расползающиеся в бредовом тумане мысли. В этот момент турболёт взмыл вверх, грудь сдавило перегрузкой, и майор потерял сознание.

Очнулся он от того, что кто-то отстегивал его от кресла. Тринадцатый открыл глаза, но навести резкость никак не удавалось. Он хотел потереть их рукой, но та не желала подниматься. Ах вот как! Да ну и чёрт с тобой. Майор поморгал глазами и в конце концов увидел, что происходит. Рука запуталась в ремнях, которые отстегивал Четвёртый. Нет, так не годится. Надо собраться. Он напряг остатки сознания, нашарил автомат, который так удачно заменял посох, и встал.

Сон в полёте немного ослабил боль, и стало возможным идти быстрее. Бойцы, сопровождаемые Арториусом, зашли в шлюз, и спустя несколько минут широкая лифтовая платформа плавно двинулась вниз. Маленький чиновник что-то беспрерывно говорил, что-то о выдающихся врачах и новейших методах лечения, но всепоглощающая боль в голове мешала воспринимать его слова чётко. Наконец платформа достигла бункера, и Внешних встретили люди в белоснежных скафандрах медицинского отдела с передвижными госпитальными носилками наготове. Арториус строгим тоном торопил их, и многочисленные руки подхватили майора, уложили на носилки и покатили по коридорам Убежища. «Вот я и дома», — мелькнула мысль. Тринадцатый разрешил себе расслабиться и провалился в чёрную пустоту небытия.

— Как тебе это удалось, Арти? — Лемешева восхищённо смотрела на Великого руководителя.

Через прозрачную стену подуровня интенсивной терапии было хорошо видно, как Кузнецов лично руководит помещением Древних в биорегенераторы.

— Я применил всю силу своего убеждения. Я убедил их, что мы окажем им полную медицинскую помощь в обмен на прекращение кровопролития, и они согласились на временное перемирие.

— Ты сильно рисковал, — хмуро заявил Трубецкой, — а если бы ты погиб? Весь мир следил за тобой, Орбита давала изображение в прямой эфир. Кадры о том, как ты выводишь из здания Сената Древних, облетели даже сообщества. Твоя смерть сделала бы операцию спасения невозможной. Никто из наших людей не решился бы туда лететь.

— Это был необходимый риск, Денис, — многозначительно возлил Арториус. — Зато теперь нам доверяют безоговорочно во всём мире. Авторитет Роса неоспорим.

Последний биорегенератор принял пациента, и лечащий персонал, засуетившись, собрался у консолей управления. Кузнецов, тревожно нахмурившись, поспешно направился к выходу.

— В чём дело, Саша? — Великий встретил академика прямо у порога. — Я объяснял, надо как можно скорее поместить их обратно в анабиозные камеры! Сколько займёт подготовка?

— Возникло серьёзное препятствие, — Кузнецов был растерян. — Мы не сможем погрузить их в анабиоз.

— Как! Почему?! — Арториус не ожидал такого ответа и не сразу понял состояние академика. — Ты что, хочешь выпустить этих кровожадных монстров на свободу?!!

— Да ты что?! — Кузнецов опешил. — Конечно, нет! Но дело в следующем. Как только биорегенераторы приняли пациентов, «Пирогов» перехватил управление процессами. На всех консолях горит одно и то же сообщение: «Выполняется целевая функция». Мы ничего не можем сделать, это полностью автоматизированный стационар!

Ну конечно, догадался Арториус, великий Серебряков! Он задумал всё это ради излечения отца и оставил парочку сюрпризов.

— Что теперь будет? — тревожно спросила Лемешева. — Мы не сможем помешать «Пирогову». Известно, какова его цель?

Академик в бессилии развёл руками:

— Он продержит пациентов в состоянии сна примерно две недели и по истечении этого срока выпустит их оттуда абсолютно здоровыми. Даже лучше, чем они были раньше.

Лемешева сдавленно всхлипнула. Трубецкой посмотрел через стекло на зловещие камеры биорегенераторов и тихо спросил:

— Что же будет, когда они выйдут оттуда?

Мысль пришла в голову Арториуса мгновенно. За прошедшие сутки его талант руководителя вырос неизмеримо, и Великий знал, что уже ничто в мире не способно помешать ему. Арториус удовлетворённо улыбнулся.

— Всё будет в порядке, я беру это на себя, — спокойно произнёс он уверенным тоном. — Саша, тщательно следи за временем выхода Древних из лечения. К моменту открытия биорегенераторов я должен стоять на этом самом месте. Денис, готовь анабиозные камеры. Самые лучшие, самые долговечные. Устанавливай их в подуровне Древних, — и, поймав недоумевающие взгляды друзей, Великий снисходительно объяснил: — «Пирогов» излечит Древних. Но предупредить их об этом он не сможет. Древние покинут биорегенераторы, не зная ничего о своём состоянии. Я смогу убедить их погрузиться в анабиоз. А сейчас нам надо заняться спасением Ромба.

Следующие две недели были заполнены работой настолько, что Арториус сократил свои и без того непродолжительные перерывы на сон до одного раза в двое суток. Он был везде, и везде он был нарасхват. Приходилось решать множество самых разнообразных вопросов, порой далеко выходящих за рамки спасательной операции. Более четырёх тысяч специалистов Роса, срочно переброшенных на помощь гибнущему Ромбу, нуждались в полном и своевременном обеспечении. Ежесекундных неустанных забот требовали почти шестьдесят медико-научных стационаров, развёрнутых в ходе осуществления операции. Одно только грамотное размещение такого количества медицинских учреждений вызвало массу хлопот. Растерянные должностные лица Орбиты и Ромба в спешке ломали головы над этой проблемой, и Великий руководитель, бросив мимолётный взгляд на карту, мгновенно предложил решение. Флот лёгких турболётов был срочно перемещён, и на моментально стерилизованных специалистами Ромба бетонных площадках закипела работа. Сама по себе очистка и стерилизация территории не представляла для специалистов Корпорации особых трудностей. Гораздо больше проблем оказалось с боязнью открытого пространства у проживших всю жизнь под землёй людей, не все специалисты были способны работать вне коридоров бункера, и с этой задачей Арториусу пришлось изрядно повозиться, перераспределяя людей между участками работ.

Невероятные возможности медицинских технологий Роса вызывали у людей благоговейный трепет, и один только вид знаменитого на весь мир серебряного скафандра с эмблемой Роса, красным крестом на фоне белого микроскопа, обеспечивал его владельцу полное доверие и повсеместное уважение. Арториуса, прекратившего кровавые злодеяния Древних, узнал весь мир. Его авторитет за эти дни вырос недосягаемо. Каждый человек знал его в лицо, узнавал его скафандр, и даже на турболёт командира Нолла, ставший в эти дни транспортом Великого руководителя, едва завидев в небе, указывали со словами: «Летит Арториус». По любым вопросам шли к нему. Он держал в голове все ответы, а в руках все нити. Сортировка больных, отправка самых тяжёлых в Рос, выписка уже излечённых, доставка медикаментов, аппаратуры, оборудования, снаряжения, питания, организация отдыха специалистов, расписание полётов турболётов, обслуживание транспортных челноков Орбиты — он успевал быть везде и следить за всем. Ни одно решение не принималось без одобрения Арториуса, ни один план не составлялся без его совета.