Как начать карьеру - Романова Галина Львовна - Страница 67

— Но вы говорите, что неизвестно, когда он вернется…

— Подождите до завтра!

Не добившись больше ничего, я повернул назад. Подозрения расцвели махровым цветом. Где на самом деле градоправитель? Что происходит?

— Вон он!

В конце улицы нарисовалась толпа человек в пятьдесят, если не больше. Заметив меня, люди резво прибавили скорости, перешли на бег.

— Э-э… вы чего?

— Хватай его!

Раздумывать было некогда — развернувшись на пятках, я со всех ног бросился бежать. Не то чтобы мне было что скрывать, но инстинкт подсказывал, что когда в твою сторону мчится столько народа, да еще размахивая дубинами, цепами и топорами, надо сматываться.

Бегаю я хорошо (физической подготовке в Колледже уделялось много внимания), мог бы легко оторваться от преследователей где-нибудь на повороте, но, к несчастью, запутанные улочки Больших Звездунов таили в себе много неприятных сюрпризов. Завернув за угол и промчавшись всего несколько шагов, внезапно обнаружил, что путь преграждает высокий забор.

Не теряя времени, метнулся обратно, нырнул в соседний проулок — и, вывернув из-за угла, столкнулся нос к носу еще с десятком «ловцов».

— Ага! Попался!

Не понял! В городке что, проходит массовая акция «Лови некромантов»? Растянувшись цепью, добровольные загонщики погнали «дичь» на плотные ряды остальных охотников.

А, была не была! Подпрыгнув, вцепился руками в верхний край ближайшего забора, подтянулся — и почувствовал, как чужие руки сомкнулись на моих лодыжках.

— Поймали!

Сильным рывком сдернули вниз, схватили за руки.

— Отпустите меня!

— Ща, отпустим! Не дергайся!

Легко сказать! В памяти тут же всплыла неудавшаяся попытка проверки «на колдунство». Тогда меня чуть не утопили, и если бы не Анджелин Мас… Но где сейчас носит градоправителя?

— Помогите!

— Да не ори ты! Сейчас-сейчас! Тащи его, парни!

Трудно сопротивляться, когда в руки, ноги и даже, кажется, уши и волосы вцепилось десятка два человек. Подергавшись для очистки совести, я обмяк в руках похитителей, решив сберечь силы для решительного рывка. Конечно, и из этой позы можно ударить каким-нибудь простеньким, но зрелищным заклинанием — только чтобы ярко вспыхнуло и громко бумкнуло. Такие психические атаки должны быть в арсенале любого мага — нужно уметь отвлекать внимание, пугать «массовку», просто разминаться перед решительным ударом.

— А куда вы меня несете?

— Там узнаешь!

Скорее бы! Хотя… Ой, нет! Только не говорите мне, что мы уже пришли! Ведь это… это же жальник при храме! Ну да — массивная каменная стена, распахнутые ворота, вдалеке (меня торжественно подняли на вытянутых руках, так что с обзором проблем не было) виднеется храм.

Подозрительно притихшая толпа прошествовала мимо рядов камней, под которыми ждали своего часа останки казненных преступников, к массивному строению, сложенному, казалось, из необработанных каменных глыб. Две старые статуи замерли справа и слева от черного провала входа. Сквозь плиты, устилавшие землю, давно проросла трава. Молодые деревца вскарабкались на крышу, стены покрывали пятна мха и лишайников.

— Вот, пришли, господин некромансер!

Насколько яростно и энергично меня ловили, настолько же бережно и вежливо поставили на ноги, отряхнули и решительно ткнули между лопаток — мол, вперед!

Мы оказались у входа в старинный склеп — это было понятно даже постороннему. Проросшая между плитами трава и молодые деревца, нашлепки мха и лишайников, трещины красноречиво свидетельствовали о том, что склепом давно не пользовались по назначению. То есть если народ и хоронили, то редко. И уж во всяком случае, сюда не приходили опечаленные родственники помолиться о душах усопших близких.

На массивной двери был изображен герб благородного семейства, представители которого нашли здесь последний приют. Время и упомянутые мхи здорово поработали над ним, но еще можно было разглядеть, что это голова то ли волка, то ли огромного пса, держащего в пасти зеленую ветвь.

А ведь точно такой же герб, только значительно более свежий, красовался над воротами ратуши, то есть бывшего замка семейства Мас! Вот, значит, куда меня принесли!

— И чего надо?

Вопрос адресовался сразу ко всем и был задан через плечо самым небрежным тоном, на который я был способен.

— Ты это… ну… того. — Люди загомонили все разом. — Некромансер… давай, это… поговори с ними… Чего это они? Пущай это… ну… не безобразничают!.. Упокой их там, что ли… И спроси, как оно…

В общем, из сбивчивых криков удалось выяснить, что от меня требуется простой вызов духов. Обычно подобные сеансы приурочивают к осени — времени, когда умирает природа. Есть несколько ночей в году, когда подобные действа удаются легче всего — Святая Ночь, например, когда заканчивается осень и начинается предзимье. Есть день осеннего солнцеворота, есть… Ну в общем, сегодня был явно не тот день, да и до осени еще оставалось время, но попробовать имело смысл. Мне уже самому стало интересно, что в этой истории правда, а что ложь. Призраки могут знать ответ на этот вопрос.

И я бестрепетно шагнул в склеп.

Внутри все было именно так, как представлялось по картинкам и описаниям. Довольно мрачное подземелье, пещера с несколькими ответвлениями — из небольшого круглого зала в разные стороны вели четыре тоннеля. Каждый заканчивался небольшой пещерой, где в каменных гробах лежали представители одного поколения. Их потомки были похоронены в других пещерах, куда тоже вели тоннели. Добрые горожане вручили мне факел, так что я мог легко ориентироваться под землей. Нужно было лишь следить, чтобы не задеть головой свисающие с потолка махры грязной старой паутины да не споткнуться обо что-нибудь. Вот интересно, откуда здесь пауки в таком количестве? Кем они питаются? Друг другом? Мокрицами? Вездесущими мухами? Самые старые гробы были буквально опутаны паутиной с налипшим на нее толстым слоем пыли, так что прочитать, кто там похоронен, не представлялось возможности.

Хорошо еще, что кроме имени и последнего напутствия (дескать, спи спокойно, мы тебя не забудем!) стояли даты рождения и смерти. Так что я довольно легко сориентировался в смене поколений. История со сменой правящей городом фамилии произошла в самом конце Войны Трех Королей, когда даже самим зачинщикам все надоело. Спор ведь продолжался почти сто лет, заканчивали его внуки и правнуки той, главной, троицы. [17]Им было некогда вникать в перипетии провинциальной жизни, и они махнули рукой на то, что Звездунами отныне владеют какие-то Байты, а старый и древний (если судить по самым первым датам) род Мас куда-то делся.

В нужной мне пещере стояло три саркофага — все три мужские. Отец и два сына. Та-ак… Пересказывать надписи на могильной плите отца — долгий труд, тем более что там поработало время и некоторые буквы стерлись. Но смысл был такой: сей граф принимал участие во многих битвах, был приближенным кого-то из претендентов на престол, даже женился на герцогской дочке (поэтому, кстати, ее гроба тут не наблюдалось — она наверняка была принцессой крови, и ее прах увезли на родину), но погиб, защищая своего сюзерена. Рядом с отцом упокоился только один его сын — Розан Мас. Гроб второго, Денима, оказался пустым.

Деним Мас… Совратитель «невинной девы» или юноша, влюбленный в простолюдинку и погибший от любви? Он приехал в город после смерти старшего брата, Розана. Откуда? Из столицы? Что он там делал? Занимал должность недавно умершего отца? Если да, то Масы в свое время имели большое влияние при дворе… Кстати, надо обязательно освежить сведения по истории — какие герцогские семейства тогда стояли ближе всего к власти?

Хотя зачем освежать? Вот же она, память, лежит в фамильном склепе!

Для такого дела, как вызов духа, много вещей не требуется. Нас учили обходиться вообще без подручных средств, ибо никогда не знаешь, какие инструменты могут понадобиться. Не станешь же в самый решительный момент вежливо просить упыря: «Вы тут постойте минуточку, а я быстренько за серебряными стрелками сбегаю! Я ж не знал, что вы мне попадетесь!» Вот и сейчас соображал недолго — приткнув факел в давно опустевшее и пыльное «гнездо», скоренько начертил на полу пентаграмму, в центре которой оказался саркофаг, щелчком пальцев зажег огарок свечи, установив ее на крышку, и начал читать заклинание.