Как начать карьеру - Романова Галина Львовна - Страница 47

— Ну. — Я почувствовал себя глупо. — В старинных замках часто бывают такие… призраки, привидения, духи. Обычно это следствие наложенного родового проклятия. Иногда неупокоенные мертвецы или заложники…

— За… кто? — У нее сел голосок.

— Заложники. Ну заложенные покойники… Иногда бывает, что кто-то зарывает в подземелье клад и убивает рядом с ним человека, чтобы его дух сторожил сокровища. Иногда кого-либо замуровывают в фундамент крепости, дабы та стояла прочнее, — это так называемая закладная жертва. А что у вас?

Девушка побледнела, невольно схватилась за горло. «А она хорошенькая, — промелькнула в голове мыслишка. — Совсем молодая… Впечатлительная, наверное!»

Моя собеседница действительно оказалась очень юной — ей на вид было около шестнадцати лет. Впрочем, ее фигурка говорила о том, что, несмотря на возраст, она вполне созрела для материнства. И явно не девушка — ее светлые косы были убраны под сеточку, что указывало на статус замужней женщины. А то, как быстро испуг на ее лице сменился спокойствием, уже могло сообщить о многом. Нет, она какая угодно, только не излишне впечатлительная. Просто очень сильно волнуется…

— У нас ничего нет, — промолвила собеседница. — Этому замку меньше двух веков, тут еще не завелось привидение. У нас немного другое… Скажите, а вы можете… ну… облегчить страдания?

— В каком смысле?

— Есть один человек, — заговорила девушка. — Его возраст и состояние здоровья… ну… он слишком стар и слишком болен, чтобы жизнь была для него в радость. И все вокруг тоже страдают от этого. Но смерть почему-то не избавляет его от тягот существования. Он очень мучается… Вы могли бы… договориться со смертью, чтобы она забрала его поскорее? Поверьте, этим вы облегчите жизнь всем!

Я представил бледный лик Смерти. У меня, конечно, с нею особые отношения, но не настолько же!

— Простите, а… о ком идет речь?

Меня одарили двусмысленным взглядом — мол, ты сам-то понял, что спросил?

— Вы отказываете мне в помощи?

— Я должен знать, о ком договариваться! Смерть не любит напрасных визитов. Если я не смогу ей сообщить имя человека, как она узнает, за кого я прошу?

— Это отговорки! — Миловидное лицо вспыхнуло. — Вы знаете, кто я? Я — леди Гемма Байт! Жена виконта Ладиана!

Стоп-стоп, где я уже слышал это имя? Ах да, месяц назад, от самого виконта! Он все волновался, чтобы леди Гемма не узнала о трупе посторонней женщины в его постели. Ну не придурок ли этот Ладиан? Хотя если их поженили но расчету, взаимные чувства вряд ли связывают молодых людей. Среди знати очень редки браки по любви — любовь может прийти потом, когда супруги лучше узнают друг друга. Но намного чаще они так и остаются совсем чужими и оказываются в одной постели лишь ради зачатия наследника. Не зря среди благородных дам так популярны любовные романы — графини, виконтессы, маркизы и баронессы пытаются через книги восполнить пробелы в нежных чувствах. И леди Гемма не зря затащила меня именно в библиотеку — небось частенько читает романы о чужом счастье!

— Миледи, прошу меня простить. — Я отвесил почтительный поклон, отступил на шаг. — Я просто никогда не встречал вас и… не думал, что вы решитесь обратиться ко мне по-простому…

— Так вы мне поможете? Этот старик выжил из ума, он мучается сам и мучает окружающих. Все вокруг будут вам только благодарны, если его заберет смерть! А Ладиан получит графский титул!

И тут я все понял. За прошедший с ночного визита в замок месяц мне удалось кое-что услышать о семействе Байт — в провинции слухи и сплетни распространяются мгновенно. Да и вообще, каждый горожанин был просто обязан хоть немного знать о правящем семействе.

Сама графиня Лавина Байт, вдова графа Верина, формально оставалась виконтессой, ибо жив-здоров был ее свекор, дед Ладиана. Он-то и являлся графом и носителем титула. Старику стукнуло восемьдесят, если не больше, он болел последние пять лет, но упрямо продолжал жить. По его словам — то есть по слухам, — старик обещал дожить до возвращения своего младшего сына, брата графа Верина, Дарина Байта, который много лет назад уехал из города, чтобы не вводить Верина в искушение избавиться от конкурента. Дело в том, что младший брат, Дарин, влюбился в юную леди Лавину, но «уступил» ее брату, узнав, что девушка сама к нему неравнодушна. В общем, старый граф ждал домой виконта Дарина, и, пока был жив, никто не имел права претендовать на графский титул. Старика терпели и побаивались, и лишь леди Гемма, ставшая виконтессой Байт примерно полгода назад, решилась на активные действия. Только связей и опыта у шестнадцатилетней девочки оказалось мало, вот она и пошла напролом.

— Так вы мне поможете?

— Умертвить старого графа? Я должен подумать.

— Думайте. Пяти минут вам хватит?

Ого, а девушка-то настроена решительно!

— А вы считаете, что вот так легко решить судьбу человека? Это очень непростой вопрос. И некоторые люди…

— Все люди продаются и покупаются, — заявило шестнадцатилетнее создание. — Вопрос в цене. Кстати, ста золотников вам хватит?

Я не успел ответить на этот последний вопрос — в коридоре хлопнула дверь.

— Леди, простите, но сейчас меня будут искать. — Повод удрать подвернулся подходящий. Во всяком случае, можно было отсрочить решение щекотливого вопроса на неопределенное время. Но как бы не попасть из огня да в полымя!

И я понял, что пропал, потому что Анджелин Мас, мрачный, как демон спросонья, смотрел на меня в упор.

— Познакомились с леди Геммой, — странным тоном констатировал он. — У вас талант…

Не прибавив более ни слова, градоправитель развернулся и чеканным шагом направился прочь. Я счел за благо направиться следом.

Глава 10

А жизнь в последнее время стала удивительно насыщенной!

Грохот.

— Мр-р-ряу!

— Ё…!

А? Что? Где? В два часа ночи!

От неожиданности я кубарем скатился с кровати, приложившись боком и выдав парочку крепких выражений. Внизу что-то громко стукнуло, звякнуло, послышалось злобное кошачье шипение.

Подхватив меч, через три ступеньки скатился в гостиную, взмахом руки зажег оставленную на камине свечу.

Посреди комнаты виднелось перевернутое кресло. Второе было сдвинуто в сторону, валялась какая-то тряпка, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся полупустым мешком — в него напихали разные вещи. Дверцы стенного шкафа, где мой начальник хранил выпивку, распахнулись настежь, и несколько разбитых бутылок валялись в луже вина. Одно из окон тоже было открыто — грабитель выбрался через него, очевидно предупрежденный о том, что коридор «закодирован» от незаконных проникновений.

— Ур-рау!

Кошачью подстилку, которая все это время лежала у камина, кто-то скомкал. Ее владелец стоял, неловко опираясь на забинтованную лапу и выгнув спину дугой. Глаза черного кота горели таким жутким огнем, что я бы не удивился, если бы он обматерил меня по-человечески.

— Ур-р-р-р-о-оу-у-у…

Почти «урою»!

— Кто это был?

Черный кот аж подпрыгнул и на миг перестал сверлить тяжелым взглядом окно.

— Что произошло? — Я прошел к окну, выглянул наружу. Там конечно же никого не оказалось. Только слабо качалась туда-сюда вымахавшая в рост человека старая жесткая крапива. Она закрывала половину вида, но скосить ее было лень.

Можно, конечно, попытаться сплести поисковое заклинание, чтобы выследить грабителя, но что-то подсказывало: человек, который прекрасно знает, что в этот дом нельзя заходить через дверь, сумел подстраховаться и от магического поиска. Что же тут искали?

Осмотр брошенного мешка ничего не дал. Самые обычные вещи. Рубашка. Пара носков. Какие-то бытовые мелочи…

Я поднял глаза на камин. На широкой полке стояло несколько вещичек, которые не представляли никакой ценности — просто безделушки, таких полно в любом обжитом доме. Их принесла госпожа Гражина и поставила тут «для уюта», явно надеясь показать мэтру Куббику, что она хорошая хозяйка. А вот над камином… Хм, арбалет. Тоже простой, без изысков и чеканки на ложе. Но рядом — колчан, в котором лежали болты с серебряными наконечниками!