Слово президента - Клэнси Том - Страница 257

— Норм! — послышался возглас. Это была Паула Майклз, агент Секретной службы, ведущая наблюдение из магазина «7-одиннад-цать» на противоположной стороне улицы. Она стояла, сжимая двумя руками пистолет.

Норман опустился на колено позади автомобиля, троих пассажиров которого он только что застрелил. Паула подбежала к нему, и внезапно, тяжело дыша, с бешено бьющимися сердцами оба повернули головы в сторону детского сада.

— Ты успел сосчитать их?! — выдохнула Паула.

— По крайней мере один сумел вбежать внутрь…

— Двое, я видела двух, один ранен в ногу. О Боже, Норм! Дон, Энн, Марселла…

— Хватит. Там дети, Паула. Проклятье!

Значит, подумал «Артист», операция всё-таки закончится неудачей. Чёрт возьми, молча выругался он. Я ведь предупредил их, что в доме напротив находятся три — три! — человека. Почему они не подождали и не прикончили третьего? Тогда уже можно было бы увезти ребёнка, увезти девочку прямо сейчас! Теперь ничего не поделаешь. Вообще-то он не надеялся, что операция пройдёт успешно. Он предупредил Бадрейна об этом и соответственно выбрал исполнителей. Сейчас ему оставалось только одно — наблюдать и ждать — чего? Что те двое, оказавшиеся внутри, убьют ребёнка? Такой вариант обсуждался. Но те двое могут не успеть убить девочку, прежде чем убьют их самих.

Прайс находилась в пяти милях от «Гигантских шагов», когда по кодированному радиоканалу поступил сигнал о нападении на детский сад. Меньше чем через две секунды она до предела выжала педаль газа, и автомобиль помчался, разгоняя перед собой остальные машины ревущей сиреной и огнём мигалки. Свернув на север и выехав на Ритчи-хайуэй, Андреа увидела, что шоссе заблокировано стоящими машинами. Без малейшего колебания она свернула на разделительную полосу и перескочила через бетонный бордюр, сумев удержать автомобиль, начавший разворачиваться. Ей удалось оказаться на месте за несколько секунд до прибытия первого патрульного автомобиля мэрилендской полиции с характерной оливково-чёрной окраской.

— Прайс, это ты?

— С кем я говорю?

— Это Норм Джефферс. По-моему, внутри детского сада два вооружённых преступника. Убиты пять агентов. Со мной Майклз. Я сказал ей, чтобы она обошла дом сзади.

— Через секунду буду с вами.

— Будь поосторожнее, Андреа, — предостерёг Джефферс.

О'Дей потряс головой. У него все ещё звенело в ушах и болела голова от удара о стену. Его дочь была рядом с ним, и он прикрыл её своим телом от двух террористов, которые сейчас осматривали помещение, обводя его дулами автоматов. Малыши продолжали кричать. Миссис Даггетт медленно вышла вперёд и встала между мужчинами и «своими» детьми, инстинктивно держа пустые руки на виду. Ребята прижимались к ней сзади. Слышались крики:

«Мама! Мама!». Как ни странно, понял О'Дей, никто не звал папу. Почти у всех были мокрые штанишки.

— Господин президент? — Раман плотнее прижал наушник. Что происходит, черт побери?

В католической школе Сент-Мэри тоже был получен сигнал тревоги «Песчаная буря». Охрана «Тени» и «Ванночки» отреагировала на него, как на удар молнии. Агенты, стоявшие у дверей классных помещений, ворвались в комнаты с пистолетами в руках и вывели детей, которых им было поручено охранять, в коридор. Слышались вопросы, но на них никто не отвечал. Агенты мгновенно приступили к осуществлению заранее разработанного плана, который предусматривал подобное развитие событий. Обоих детей усадили в один «шеви сабербен», и микроавтобус тут же двинулся, но не на шоссе, а в сторону подсобного здания на противоположной стороне школьного стадиона. Агенты исходили из того, что при выезде на шоссе их может ждать засада, а террористы способны замаскироваться под Бог знает кого. В Вашингтоне лётчики вертолёта морской пехоты включили турбины и приготовились лететь в школу Сент-Мэри за детьми Райана. Второй «сабербен» занял позицию посреди футбольного поля, в ста пятидесяти ярдах от здания, в котором находились дети. Школьников, у которых сейчас был спортивный урок, увели с поля, агенты укрылись за своей машиной, бронированной листами кевлара, держа наготове крупнокалиберные пулемёты и оглядываясь вокруг в поисках противника.

— Док!

Кэти Райан подняла взгляд от стола. Рой никогда раньше не обращался к ней таким образом и никогда раньше не держал в руке пистолета, так как знал, что ей не нравится зрелище огнестрельного оружия. Её реакция была чисто инстинктивной, и Кэти побледнела, как её лабораторный халат.

— Это Джек или…

— Кэтлин. Это все, что я знаю, док. Прошу вас немедленно пройти со мной.

— Нет! Только не снова, не снова! — Альтман бережно обнял «Хирурга» за плечи и вывел её в коридор. Там стояли ещё четыре агента с пистолетами в руках. Лица их были мрачными. Служба безопасности больницы старалась держаться в стороне, хотя одетые в форму полицейские Балтимора образовали кольцо по периметру больничного комплекса. Они старались заставить себя смотреть наружу, готовясь отразить неизвестную угрозу, а не внутрь, где за их спинами находилась мать, чей ребёнок оказался в смертельной опасности.

Райан протянул руку и опёрся ладонью о стену кабинета и, прикусив губу, прежде чем заговорить, спросил:

— Скажите, что вам известно. Джефф?

— Двое преступников сумели проникнуть внутрь детского сада. Дон Расселл и четверо агентов убиты, сэр, но детский сад окружён. Позвольте нам заняться этим, — Раман протянул руку, чтобы поддержать президента.

— Но почему опять мои дети, Джефф? Ведь это я — я в Белом доме. Если кто-то ненавидит меня, пусть изливает свою злобу на мне, а не на детях! Почему люди преследуют детей, скажите мне это…

— Это омерзительно, господин президент, омерзительно в глазах Бога и людей, — отозвался Раман, и в Овальный кабинет вошли ещё три агента. Зачем он сказал это? — спохватился Раман. Кто его тянул за язык?

Они говорили на непонятном ему языке. О'Дей оставался на полу, он сидел рядом с дочкой, держа её на коленях и стараясь выглядеть таким же безвредным, как и она. Боже милостивый, он столько лет готовился к подобному, но никогда не задумывался над тем, что может оказаться на месте преступления в момент, когда оно совершается. Будь он снаружи, О'Дей знал бы, как поступить. Он точно знал, что сейчас происходит. Если в живых остался хотя бы один из агентов Секретной службы — да, наверняка кто-то уцелел, он слышал три или четыре очереди из автомата М-16, ему был хорошо знаком характерный звук выстрелов этого оружия. В помещение больше не вошёл ни один преступник. Его мозг автоматически принял во внимание все эти обстоятельства. О'кей, снаружи сотрудники правоохранительных органов. Первое, что они сделают, — это окружат детский сад, чтобы никто не мог выйти отсюда или войти. Далее они вызовут помощь — кого? У Секретной службы есть, наверно, своя группа быстрого реагирования, вооружённая специальными средствами, но где-то рядом будет находиться команда спасения заложников ФБР, готовая прийти на помощь. У неё есть свои вертолёты, с помощью которых они немедленно окажутся здесь в случае необходимости. И тут он услышал стрекот вертолёта над головой.

— Это «Полиция-три», мы совершаем облёт района, — произнёс голос по радио. — Кто у вас главный?

— Специальный агент Прайс, Секретная служба Соединённых Штатов. Сколько времени вы можете оставаться с нами, «Полиция»? — спросила она по радиоканалу полиции штата.

— У нас запас горючего на девяносто минут, затем на смену прилетит другой вертолёт. Сейчас мы смотрим вниз, агент Прайс, — сообщил пилот. — Вижу человека к западу от здания, по-видимому женщина, стоит за деревом, наблюдает за обстановкой. Это одна из ваших?

— Майклз, это Прайс, — сказала Андреа по своему радиоканалу. — Помаши рукой вертолёту.